Надежды и радости - Элисса Дин

«Перестань сейчас же!» – приказала себе Роксана. Разве не могло случиться, что его задержали какие-то неотложные дела? Те самые, по которым он и уехал?

Воткнув вилку в кусочек жаркого из курицы, Роксана поднесла было его ко рту, но остановилась и обвела взглядом зал. Около центрального большого окна рассаживался оркестр. Музыканты, одетые в белые костюмы, настраивали инструменты, ярко блестевшие при свете газовых ламп и сотен свечей. Хотя нестройные звуки тонули в общем шуме, Роксана все же различала звуки скрипки и виолончели. Первые звучали высоко и нежно. Вторые – меланхолично и даже несколько сурово, как скрытое в глубине души мучительное желание...

«О, Колльер, где же ты?!»

Неожиданно большой белый мотылек пролетел совсем рядом со свечой. Роксана заметила, как по плечам и спинам некоторых из ее соседей пробежала чуть заметная дрожь. Несколько голов повернулось в сторону пролетевшего мотылька, усмотрев в его появлении какое-то нехорошее предзнаменование...

Слуга очень быстро поймал мотылька сачком на длинной палке и выпустил за дверьми на волю. Но прежнего веселья за столом уже не было. Повисла зловещая тишина. Роксану неожиданно охватило странное предчувствие надвигающейся беды. Она повернулась к Юнити. Та улыбнулась ей своей обычной лучезарной улыбкой. Видимо, на душе у мисс Стентон было легко и спокойно...

Но если Колльер был прав? Что тогда может ожидать всех собравшихся сейчас в этом зале? Юнити и ее родителей? Что будет с ними? Или с этой взбалмошной Роуз Пибоди и ее матерью?

Роксана еще раз пристально посмотрела вокруг. Даже здесь, на блестящем балу, белых европейцев было вдвое меньше, чем смуглых индийцев, призванных их обслуживать.

Почувствовав, как у нее вдруг пересохли губы, Роксана провела по ним кончиком языка. Казалось, кусок курицы застрял у нее в горле. Роксана поднесла ко рту платок, закашлялась и, повернувшись, сделала знак слуге, появившемуся в дверях с подносом, уставленным бокалами шампанского. Но кто-то, шедший позади слуги, опередил его, схватил с подноса бокал и, подбежав к Роксане, поднес игристый напиток к ее губам. Она жадно сделала глоток и только после этого с благодарностью посмотрела на того, кто помог ей...

– Колльер! – воскликнула Роксана и рассмеялась.

– Мисс Шеффилд, – с легким поклоном произнес Гаррисон. – Я прощен?

– А я? – задыхаясь от волнения, с трудом вымолвила Роксана.

– Конечно!

Он улыбнулся и подал ей руку в белой перчатке. Роксана встала и посмотрела в глаза Колльеру. Тот снова чуть склонил голову и сказал тоном, полным достоинства:

– Итак, мисс, позвольте пригласить вас на первый танец.

– О да!

Оркестр выдал громкий аккорд, возвестивший начало бала. Колльер, поддерживая на локте вытянутую руку Роксаны, вывел партнершу на середину зала.

По традиции бал открывался вальсом. Гаррисон встал в требуемую позицию, лицом к партнерше, взял левой рукой правую ладонь Роксаны, а правой полуобнял ее за талию. Запах, напоминавший лаванду, легкий беспорядок в волосах опьяняли Колльера, заставляя сердце биться сильнее, дыхание участиться, а кровь в жилах бежать быстрее.

Роксана улыбалась. Гаррисон заметил серебряную ленту, вплетенную в ее волосы, и мысленно поблагодарил того, кому пришла в голову столь прекрасная идея.

– Это платье вам очень идет, – сказал он, оглядев девушку с ног до головы.

– Спасибо!

Оркестр заиграл вступление к известному вальсу. Гаррисон еще раз посмотрел на партнершу и спросил:

– Вы готовы?

– Вполне!

Роксана танцевала прекрасно. И Гаррисон удивился, почему она ни разу не демонстрировала своего искусства. Он хотел спросить ее об этом, но удержался. Он видел, что Роксана чувствовала себя в его объятиях легко, как ни одна женщина до нее. И этого было достаточно для Колльера. Тем более что она чутко реагировала на каждое его движение и как бы сливалась с музыкой.

– А вы сильно опоздали! – сказала Роксана без тени упрека в голосе.

– Я знаю, дорогая.

Она не спросила, почему он опоздал, но ее улыбка сияла все ярче, а на щеках проступил розовый румянец.

– Колльер... – прошептала Роксана одними губами.

– Что?

– Сегодня волшебная ночь, правда?

– Неужели у вас было мало подобных?

Роксана рассмеялась звонким девичьим смехом:

– Многим вообще не дано испытать их. И я рада, что на мою долю выпало такое счастье. Даже если это будет в первый и последний раз.

Гаррисон с нежностью посмотрел на нее и улыбнулся:

– Мне очень бы хотелось поцеловать вас, мисс Шеффилд!

– Вы не должны этого делать, капитан Гаррисон!

Его улыбка стала чуть насмешливой.

– Что ж, я могу и подождать! – И он принялся кружить Роксану в вальсе по всему залу, шутливо отсчитывая вслух размер в три четверти.

Глаза Гаррисона горели. Ноздри раздувались от пьянящего аромата ее духов и от сознания того, что Роксана, пусть даже только на эту волшебную ночь, принадлежит ему одному...

Музыка замолкла, танец закончился, а Гаррисон все продолжал держать ладонь Роксаны в своей руке. Заметив у нее под браслетом карточку танцев, Колльер осторожно вытащил ее и пробежал глазами.

– Кто это? – ткнул он пальцем в следующее по очереди имя в довольно длинном списке.

– Этот? Ей-богу не знаю! Наверное, один из тех, кто попал в список с одобрения миссис Стентон!

– А где он? Вы его видите?

Роксана повертела головой в разные стороны.

– Нет. Впрочем, вот он!

Она кивнула подходившему к ним молодому кавалерийскому офицеру.

– Гм-м... – промычал Гаррисон.

Он вернул Роксане карточку танцев, крепко взял девушку за руку и снова вывел в центр зала. Тут же заиграла музыка, Они закружились в танце, оставив молодому кавалеристу роль завистливого наблюдателя.

– Это же несправедливо! – обиженно воскликнул тот, когда Роксана и Гаррисон вихрем проносились мимо него.

– Я знаю, – усмехнулся Колльер, с улыбкой глядя на смущение Роксаны. – А вы хотели бы танцевать с кем-нибудь еще?

– Нет.

– И я тоже!

Мимо них проплыла еще одна пара. Это были Юнити с ее блондином.

– Мамочка будет вне себя от гнева! – крикнула она Роксане и исчезла вместе со своим кавалером в толпе танцующих.

– Кто этот молодой человек, танцующий с Юнити? – спросил Гаррисон.

– Очаровательный юноша! – рассмеялась Роксана. – Капрал Дональд Льюис. Юнити уже вообразила, что влюблена в него.