Ветер с Востока. Лгунья - Галя Шенец

Они уже уходили, отблагодарив старуху, но она вдруг крикнула вслед:

— Асман, расскажи девчонке про себя. Всё расскажи, кто ты и откуда и про мечты свои не забудь, тогда и сердце между двумя не будет разрываться.

Асман всю обратную дорогу молчал, и Тахир не стал лезть к нему в душу. Им так и не удалось поговорить, потому что Асман очень быстро собрался и рано утром снова увёз Анисью на горное озеро.

Глава 11

Этот ритуал стал для них повседневным. Как только из-за гор показывалось в их милом укромном уголке солнце, так Асман тут же тянул Нис на берег и спешно, нетерпеливо, раздевал.

Нис видела, как менялся взгляд Асмана, как он иногда облизывал губы и как прерывисто дышал, касаясь своими огромными ладонями её тела. После того, как Нис начинала замерзать в прохладной воде горного озера, Асман выносил её на руках на берег и заворачивал, как ребёнка, в большое полотенце. Тётушка Халида дала ему с собой таких пять. Он их тщательно полоскал и сушил, а потом старательно мял, скручивая, чтобы они стали мягкими и пушистыми.

Неожиданно ночью, как будто вынырнув из страшного сновидения, Анисья пришла в себя. Закричала и резко села прямо в спальном мешке, тяжело прерывисто дыша, словно и не спала, а пробежала стометровку. Странно, но действие препарата, которым напичкали Нис, прошло в одно мгновенье, оборвалось, возвращая Анисью к нормальной жизни. Асман подпрыгнул следом за ней и тихо сидел, давая девушке окончательно прийти в себя. Отдышавшись, она повернулась и испуганно посмотрела на мужчину.

— Наконец-то, Анисья. Ты меня не бойся.

Кивнув, девушка попросила:

— Зови меня просто Нис. Так привычнее.

— У тебя красивое имя, такое же красивое, как и ты.

Глаза девушки вспыхнули радостью, а сама она, покраснев, отвернулась.

— Я не сделаю тебе ничего плохого.

— Я боюсь другого, боюсь, что ты оставишь меня. А я пропаду без тебя.

— Нет. Ты думаешь, я могу бросить беременную кошку?

Они посмотрели друг на друга и их дружный смех прокатился над озером.

— Я помню, как твой друг говорил тебе про меня в больнице. Но ты всё равно меня забрал.

— Забрал и теперь уже не отпущу, — хрипло проговорил Асман. — Я решил присвоить тебя себе. Но хочу услышать твоё желание. Уйдёшь от меня?

Немного помолчав, сминая нервно одеяло, Нис отрицательно покрутила головой:

— Мне понравилось, как ты целовал меня и обнимал, но мне очень стыдно.

— Ты сейчас о том, что я ухаживал за тобой?

Нис кивнула и ещё ниже наклонила голову.

— Знаешь, если бы мне раньше кто-то сказал, что я способен на такое, никогда бы не поверил. А когда забрал тебя, то уже позже понял, что не испытываю никакой брезгливости, наоборот, хотелось заботиться. И знаешь?

Асман замолчал, на губах мужчины играла странная улыбка.

— Что?

— Твоя попочка такая сладкая, что я готов её мыть, вытирать и целовать.

— Как ты можешь такое говорить? — возмущаясь, Нис отодвинулась от Асмана.

— Могу, с ума схожу от твоей близости. Не отталкивай.

— А я и не отталкиваю, только мы же совсем не знаем друг друга.

— Значит, будем узнавать, — облегчённо выдохнул Асман, подтянув к себе поближе спальный мешок Анисьи, заставил её лечь, укрыл, как делал это всегда, а потом уже обнял, повернувшись к ней лицом.

— Спи. Самое главное мы выяснили. Я тебя никуда не отпущу. Мне ещё тебя вылечить надо.

— И что мы будем делать?

— Теперь мы будем купаться, целоваться, ну и тра…

Понимая, что с каждым словом заводится всё сильнее и сильнее, а член скоро приподнимет не только его лёгкие спортивные штаны, но и тяжёлый брезент спального мешка.

— Всё, давай спать. Потом разберёмся.

Через несколько минут, Асман уже думал, что Нис спит, но она вдруг повернулась к нему и зашептала:

— Всё это время хотела сказать тебе: Асман, мне кажется, что для тебя это самое интересное раздевать меня, ты как будто играешь со мной, трогаешь где нельзя.

— Девочка, ты даже не представляешь, как ты права. Каждый раз жду не дождусь, когда снова увижу тебя голенькой и буду гладить, трогать. Привыкай, мне можно трогать тебя везде.

Улыбаясь, Нис закрыла глаза и впервые за все эти долгие дни своего странного состояния, своей беззащитности и беспомощности, спокойно уснула.

С этой ночи, после водных процедур и невинных ласк в воде, Нис с Асманом лежали в палатке и просто разговаривали.

— Нис, послушай, а как ты оказалась в Эмиратах? Что с тобой случилось? Расскажи, если конечно готова поделиться.

— А что такого? Запросто. Слушай. Шехерезада в эфире, — довольная Нис посмотрела на мужчину, лежащего рядом и начала.

— Меня пригласил эмир. Предложил посетить его страну и пообещал сам лично показать красоты своей родины.

— Эмир? Сочиняешь? — Асман даже привстал на локте, заглядывая в глаза Нис.

— Нет. Что ты. Я вообще никогда не вру. Мне претит обман во всех его проявлениях.

— Ага, а сама поди за спиной пальчики скрестила, потому что сейчас нагло врёшь. Эмир? Ха-ха. Одно слово — лгунья, — Асман не злился, он любовался девчонкой, которая на глазах, а скорее всего на свежем воздухе расцветала в его руках, что с каждым днём делало ей желаннее, а обладание ею для Асмана становилось уже навязчивым желанием.

— Вот ещё, — надула губки Нис. — Сам же спросил и сам же обвинил во вранье. Если не хочешь слушать и знать правду, то и не спрашивай.

— Ладно, ладно. Пусть будет эмир. Ты его хоть раз в глаза-то видела?

— Я же была его гостьей.

Асман пряча улыбку, подумал: «Вот ты и