Дальний и Ближний - Вийя Шефф

Двигаюсь, ловя каждую эмоцию на её лице. Сжимает пальчиками простыню, царапает. Почти плачет, хныкает точно.

Моя страстная девочка.

Целую её, останавливаясь и давая шанс передохнуть. А потом с удвоенным темпом вколачиваюсь в неё, пока мы оба не кончаем.

Вот сейчас она плачет. И я зацеловываю каждый глазик, убирая слёзы.

— Это от счастья или тебе не понравилось? — укладываю на бок и обнимаю.

— У меня никогда так не было… — шепчет признание.

— Обещаю, теперь будет, — чмокаю в носик.

— А можно, чтобы он не подглядывал? — кивает на дверь.

У входа лежит Дикий и наблюдает за нашими «танцами».

Забыл про него.

— Надо ему тоже подружку найти, — посмеивается Белка.

* * *

— Передай Красниковой, что я ко второй паре приеду. Мне в банк нужно сгонять, — целую свою рыжую красотку.

— Когда ты начнёшь учиться, как следует? — хмурится.

— Никогда… Не забудь записать всю лекцию, я потом скопирую.

— У меня ощущение, что ты со мной встречаешься только для того, чтобы я за тебя конспекты писала.

— Ты меня вычислила, — угораю. — Конечно ради этого.

— Глеб, я серьёзно… Возьмись за ум…

— Я попробую, но позже.

Тяну её за воротник к себе и крепко целую.

— Встретимся позже, любимая…

Выходит из машины и, перепрыгивая через лужу, бежит к университету.

— Раз… два… три…

Поворачивается и с улыбкой машет рукой.

Как догадался, что она так сделает?

Понятия не имею… Просто у нас с ней, кажется, появляется какая-то ментальная связь.

В банке закрываю кредит за джип, а остатки денег кладу на свой счёт. Продажей машины я занимался по своей инициативе, парни к ней не имеют никакого отношения, так что и делиться ни с кем не нужно.

Надо Белку по магазинам прокатить, а то она в своей тонюсенькой куртке скоро воспаление лёгких заработает.

После учёбы пройдёмся за покупками.

Успеваю как раз ко второй паре, опережая препода всего на несколько шагов. И то, я его просто обегаю, чтобы не опоздать.

— Морозов! — гневно в спину.

— Извините, Пётр Вадимыч! — складываю руки в мольбе и пячусь задом к партам. — В последний раз.

— Ты ври-то да не завирайся. Ты мне это каждый год обещаешь.

А ну тебя!

Ты каждый год нудишь одно и то же, не меняя пластинку.

Я уже наклоняюсь и слегка кусаю Белку за ушко, проходя за её спиной.

Вскрикивает. Хватается за ухо.

Вся аудитория весело косится на нас и хихикает.

— Глеб! — шипит осуждающе.

Чмокаю воздух.

Красникова, сидящая рядом, качает головой и прячет весёлый взгляд.

— Рассказала уже, да? — киваю в её сторону.

Алина тупит виновато глаза и покрывается румянцем.

Рассказала.

Вот вы, девчонки… Не умеете язык за зубами держать. Всё растрындеть надо.

А как же — счастье любит тишину?

И ведь все по нашим взглядам друг на друга понимают, что между нами. Смотрят, улыбаются. Немного неловко…

Забей!

Похуй, что они думают. Главное, что мы счастливы.

«Я тебя люблю», — отсылаю ей сообщение на телефон.

Закричать-то я об этом не могу.

Читает.

— Я тоже, — беззвучно губами в ответ.

Блин… Я потёк…

Глава 30

Вроде неплохо, — беру в руки теплый костюм из трикотажных брюк и кофты бежевого цвета.

Но цена… Треть моей зарплаты.

Нет.

Не умею я тратить чужие деньги, пусть Глеб и сказал, что я могу брать что угодно.

Неудобно мне. Он не обязан оплачивать мои покупки.

Поищу подешевле.

Морозов сидит на мягкой скамеечке между рядами и внимательно за мной наблюдает, поглядывая на часы.

Хотели уложиться в час, чтобы успеть погулять перед моей работой, а я уже полчаса здесь брожу, и ничего не выбрала.

— Так, всё! — нетерпеливо встаёт и снимает с вешалок вещи, которые я смотрела. — Ещё куртку тёплую, — щёлкает пальцами и тянет в отдел с верхней одеждой.

— Глеб, дорого же, — уговариваю не брать ту, что он смотрит.

Классный, стильный белый пуховичок.

— Нравится? — прикладывает ко мне.

— Нравится…

— Размер твой? — смотрит на бирку и показывает мне.

— Угу…

— Тогда пошли мерить.

И вся одежда подходит. И красивая… Но…

— Никаких «но», — отрубает Морозов мой единственный довод о дороговизне. — Смотри, комплект подходящий, — берёт с прилавка вязаную шапку, шарф и рукавички нежно-розового цвета. — Зачёт! — надевает на меня.

Мягкие, пушистые. И тёплые…

Он всё покупает.

— Я верну деньги… — обещаю, когда выходим из магазина.

— Это подарки, Белка. Никаких возвратов. Пошли ещё в обувной зайдём.

Покупаем короткие дутые сапожки, идеально подходящие под пуховик.

Едем на Набережную.

Здесь сегодня фестиваль китайской кухни, и вечером много людей. Тепло к тому же, гуляющие ловят последние хорошие деньки перед похолоданием.

Вода в Амуре сошла, но Глеб говорит, что всё равно выше обычного.

Ужасно. Тут-то ничего, а ниже по реке дома под воду ушли, и люди всё потеряли.

Морозов тянет меня на площадку, где китайские повара прямо на улице готовят национальные блюда.

— Вот это скорость! — внимательно наблюдаю, как мелькает нож в руках одного из шефов.

Глеб посмеивается. И исчезает…

Кручусь на месте, пытаясь выхватить знакомое лицо в толпе.

Появляется с двумя контейнерами чего-то съестного, отдаёт мне вместе с палочками.

— Ммм… — вкусно. — Это что?

— Жареный тофу с овощами.

— Никогда не пробовала.

— Жаль сейчас не лето. В июне у нас проходит фестиваль русско-китайской культуры. И всё это, — обводит рукой площадь, — растягивается на несколько дней. Плюсом выставки, ярмарки, концерты. С обоих берегов, кстати. Наши к ним, они к нам, — показывает палочками на Хэйхэ.

— Круто… С виду большой город. Сколько там жителей?

— Около двух миллионов.

— Сколько⁈- давлюсь. — Ты шутишь?

— Нет. Загугли, — Глеб постукивает мне по спине. — А у нас примерно двести пятьдесят тысяч.

— Офигеть…

— А тридцать лет назад на месте Хэйхэ была обычная деревня. Представляешь, как они всё быстро раскрутили до таких масштабов?

Я не представляю, я вижу!

Жаль не могу попасть туда. Было бы очень интересно посмотреть.

— Как ты к китайской выпечке относишься? — забирает у меня пустой контейнер и выбрасывает.

— Не пробовала никогда, — жму плечами.

Глеб удивлённо приподнимает брови, а я развожу руками.

— Серьёзно? Ну, тогда тебе точно понравится. Она у них с небольшим количеством сахара и очень воздушная. А пирожные и торты — вообще бомба. С детства обожаю.

Мы выбираем из большого количества всего жутко аппетитного для себя булочки.

— Можно я для Дикого одну возьму, — держу над пакетом.

— Алина, не порть мне собаку, — шутливо строго смотрит на меня.

— Ну, пожалуйста… Он там один, ему страшно. А