(Не)Холостяк - Вийя Шефф

Честно? Перед нашей встречей я жутко нервничаю. Очень не хочу опоздать. Пульс зашкаливает, руки трясутся, как у алкаша, после загула. Ни перед одним свиданием я себя так не чувствовал. Что вообще со мной происходит?

Просто девушка... Просто деловая встреча... На которую она, кстати, приходит, не при параде, а в джинсах и свитере. Но есть в её взъерошенности что-то очень привлекательное.

На фото она без очков, а в остальном такая же: милая и улыбчивая.

Твою мать! Я влюбился. Сразу, как только посмотрел в её лучистые золотистые глаза. Дыхание спёрло, а внутри что-то затрепыхалось. Кажется это моё сердце. Только в области живота. Даже мышцы пресса сжались от спазма.

Додавил... Уговорил работать... Я же после этой встречи уже бы спокойно жить не смог, откажись она. Успокоился только, когда она подпись в трудовом договоре поставила.

А ещё меня кроет. Так, что я готов на руках носить и делаю это. Спасибо погоде и гололёду.

Губы так близко, что наклони я голову, и мы сольёмся. Но поцеловать её через пару часов знакомства — это присвоить статус девушки на одну ночь. И я не решаюсь.

* * *

Как у Алисы это получилось? Она успокоила мою ярость буквально за минуту. Всего пара надавливаний на плечи и я от удовольствия закрываю глаза.

Да, продолжай...

Но на нас смотрят.

Включи мозг, придурок! Не могу... Слишком хорошо...

Останови сама...

Меня к ней тянет, как магнитом. И ощущения такие, что это взаимно. Она краснеет и начинает глубоко дышать, окажись мы рядом. Нервничает и вздрагивает от моих почти невинных прикосновений. А для меня они словно обжигающие языки пламени.

Я не злюсь за облитые кофе вещи. Поцеловать хочу.

Почти было...

Какого чёрта принесло этого маменькиного сынка, который при виде глубокого декольте впадает в ступор?!

Алиса чмокает в щёку на прощание, а у меня такая тахикардия, будто я марафон пробежал. Сердце гулко бухает в груди.

Ты должен держаться!

Не отпугни её. Сделай вид, что она не особенная для тебя. Сложно. Знаю... Но надо.

Правильно, отчитай при всех перед коллегами, поставь на один уровень.

Не получается... Я не могу на неё злиться.

Только звонок от офтальмолога заставляет меня хоть немного вспылить. Что за безалаберность по отношению к своему здоровью!

Не люблю просить, но за неё готов. Захар быстро откликается на мою просьбу, помнит старый, ещё с Питера, должок.

Волжина, что ж ты упертая-то такая! Быстро и бесплатно, а не за пол ляма, которые ты отвалишь за операцию в другом месте.

Странно, что тебе твой звёздный друг не помог. Хотя... Вероятнее всего тоже отказалась от помощи. Для него такие деньги — это один ужин с друзьями в ресторане.

* * *

Смотрю на стеклянные, бездвижные глаза Алисы и не понимаю, что происходит. Она всего лишь притронулась к затылку поступившего. Морщится от боли. Что за...

А потом её выворачивает наизнанку в туалете. Вид такой, будто из неё вытянули всю силу, слегка покачивает.

Свиной цепень в мозге? Первый раз с этим сталкиваюсь. Такое в тропиках возможно, но у нас?

Бред какой-то... Проверим.

Но это самое начало. Её рассказ на грани какой-то мистики. В такое трудно поверить. Но я его уже знаю. Она писала про это. Значит про себя...

Давай, докажи мне, что это правда!

* * *

Сжимаю её руку, сняв перчатку.

— Отпустите, мне очень больно,— почти теряет сознание.

Подхватываю на руки и доношу до дивана. Мягко опускаю и сажусь рядом.

Алиса не шевелится, просто лежит с закрытыми глазами, а меня съедает изнутри вина, что я причинил ей боль.

— Вы меня обманули,— прерывает молчание.— Ваша жена была немкой и бросила она вас не из-за того, что вы на работе пропадали, а признались ей в измене. Это было всего раз, но она не смогла простить...

Да уж... Она глубоко влезла в меня, задев за живое. Я об этом никому, кроме лучшего друга, не рассказывал. По пьяни на вечеринке с коллегой получилось. Жалел жутко, совесть замучила. Я и рассказал жене...

— Уходите, мне нужно отдохнуть,— поворачивается на бок и по-детски подкладывает ладошки под щеку.

Уже у двери я слышу её слова:

— Не любите меня... Я другого люблю.

Глава 26

Почему Ник не отвечает? Самолёт три часа назад уже приземлился. Лиля позвонила и сказала, что едет домой. А этот до сих пор вне зоны доступа.

Обещал сразу...

Нервно постукиваю пальцами по столу, гипнотизируя телефон. Ну, давай, Ник!

У меня ещё один пациент через пять минут и только потом смогу уехать.

Стук в дверь.

— Войдите.

Сначала в кабинет вваливается огромный букет красных роз, а потом уже тот, кто их принёс.

— Ник!— срываюсь с места и лечу к нему, повисая на шее.

Держит одной рукой, второй сжимает цветы, бросает на пол и обхватывает двумя.

От поцелуев перехватывает дыхание и становится жарко. Я так соскучилась... Слезы радости начинают течь из глаз.

— Эй, ты чего?— опускает на пол и вытирает слезинки.

— Это от счастья,— улыбаюсь сквозь пелену в глазах.

— Я тоже очень скучал,— обхватывает моё лицо и покрывает поцелуями.

Выглядывает в коридор — никого нет. Ногой закрывает дверь и сжимает меня в объятьях, оттесняя к дивану.

— Я чуть не сдох там без тебя,— начинает расстёгивать мой халат.

— Ник, нет! У меня сейчас пациент, он может войти,— хватаю его за руки.

— Этот пациент я. Ян записал меня под чужим именем,— целует в шею.

А у меня ноги начинают подкашиваться от его прикосновений и ласки, блуждающих по телу рук.

Блин! А если доктор Грозный припрётся? Он не сильно церемонится и не ждёт приглашения войти. Чувствует себя здесь хозяином и заходит сразу.

А ещё у него фантастическая способность появляться тогда, когда о нём думаешь.

И сейчас тоже.

Стук и открывается дверь, подвигая в сторону тяжелый букет, которым Ник её подпёр.

Мы не сразу успеваем с Гасом разлепиться от поцелуя, и главный становится его свидетелем.