Безумная погоня - Элоиза Джеймс

Когда Данте создавал свой «Ад», описывая круг за кругом с их непривлекательными обитателями — обжорами, прелюбодеями и прочей нечистью, ему следовало бы включить в список и дамский кружок шитья. По мнению Эсме, его члены даже заслуживали отдельного круга. Правда, воспоминания об «Аде» Данте были весьма смутными, но разве наказание чревоугодников за чрезмерное обжорство не состояло в том, чтобы они были навечно обречены сидеть за столом и без устали поглощать пищу? Для чересчур добродетельных женщин ад в представлении Эсме заключался в том, чтобы сидеть на маленьких стульчиках с прямыми спинками и прокладывать бесконечные стежки на грубом белом полотне под монотонное чтение миссис Кейбл.

Они уже минут пятнадцать занимались шитьем, когда миссис Баррет-Дакрорк вдруг улыбнулась Эсме и сказала:

— Ваш ребенок больше не желает ждать.

Эсме опустила глаза на свой выступающий живот и подавила гримасу, когда маленькая ножка лягнула ее под ребра.

— Акушерка говорит, что все произойдет в ближайшие дни.

— Они не все знают, — возразила леди Уинифред, откладывая в сторону простыню.

Эсме заметила, что все, кроме миссис Кейбл, поспешили использовать подвернувшийся предлог, чтобы бросить шитье.

— Моя повитуха на протяжении целого месяца твердила мне, что сегодня настал тот самый день, — продолжала между тем леди Уинифред. — В результате, когда пришло время родов, я отказывалась всерьез верить, что это так и есть. Надеюсь, леди Уидерс присоединится к нам сегодня, дорогая? Арабелла — такая веселая женщина и такая смелая! Я знаю, что потеря трех мужей стала для нее настоящим жизненным испытанием, но она никогда не падает духом.

— Сомневаюсь, что леди Уидерс способна встать в столь ранний час, — ледяным тоном заметила миссис Кейбл.

В этот момент в двери легкой походкой вошла Арабелла, изящно посылая во все стороны воздушные поцелуи.

— Дамы! — объявила она. — Я пришла к вам с миссией милосердия.

На Арабелле было утреннее платье из муслина небесно-голубого цвета, открытое спереди, так что виднелась нижняя юбка из муслина, украшенная замысловатым узором. Она имела обворожительный, элегантный и, как показалось Эсме, чуть плутоватый вид.

— Надеюсь, вы слышали, кто прибыл к нам вчера вечером? — спросила она, как только закончила раскладывать вокруг себя складки юбки.

Даже миссис Кейбл оторвалась от работы.

— Мужчина с самой скандальной репутацией во всей Англии! — Голос Арабеллы прозвучал с нескрываемым триумфом.

Эсме чуть не застонала.

— Герцог Йоркский? — предположила леди Генриетта.

— Ну нет, несколько пониже рангом, хотя тоже человек весьма достойный. — Арабелла вся светилась радостью. — Эсме, дорогая, в будуаре чересчур жарко, не слишком ли сильно для этого времени года растопили камин? — Она раскрыла маленький голубой веер и принялась неистово обмахивать себя.

— Ну так кто это? — нетерпеливо полюбопытствовала миссис Баррет-Дакрорк. — Кто прибыл вчера вечером?

— Боннингтон, — провозгласила Арабелла и после многозначительной паузы добавила: — Он вернулся с континента — и сразу сюда!

Эффект оказался просто потрясающим, и Эсме наверняка похлопала бы Арабелле за столь выдающиеся артистические способности, если бы не тот факт, что теперь она еще больше подвергалась риску стать объектом сплетен.

— Кстати, он полностью исправился, — бодро произнесла Арабелла в установившейся тишине.

— В чем я очень сомневаюсь. — Миссис Кейбл явно была не в состоянии дольше сдерживаться.

— Как ни удивительно, но это правда. — Арабелла решительно сложила веер и обвела дам многозначительным взглядом. — Он прибыл в Англию, чтобы пасть к ногам моей племянницы!

— А что ему еще остается делать, — буркнула миссис Баррет-Дакрорк довольно угрюмо. — В конце концов, он… — Она вовремя спохватилась, вероятно, осознав, что не совсем прилично говорить здесь о том, что произошло между Себастьяном и мужем Эсме, которая, уткнувшись в шитье, сосредоточенно прокладывала по краю простыни кривые стежки.