Невеста на уикенд - Алекс Коваль

Настя замолкает. И впервые за весь вечер я вижу отразившийся в ее невероятных глазах испуг. Чувствую, как ее ладонь сжимает мою, устроившуюся у нее на плече, и лихорадочно соображаю, как объяснить присутствующим ее такую осведомленность о моей работе.

В наших “кругах” так заведено, что жены мало знают о работе мужей. Просто потому, что им не до этого. Включая и мою мать. Для них бизнес – это  параллельная вселенная.

А тут Настя. Которая со мной рука об руку прошла на фирме уже не через один проект и которая некоторые нюансы знает даже лучше меня. Настя, которая определенно лучше вписалась в нашу мужскую половину компании, сидящей за столом. Тот же Костя весь вечер взгляда от нее не отводит. Это жутко нервирует!

Конечно, умница, красавица, а тут еще и в бизнесе шарит… 

– Настя, откуда вы так много знаете о бизнесе Ильи? – первой подает голос Лукреция. 

Загорская жмется ко мне, смотрит все еще испуганно, и я понимаю, что спасать в этот раз нас буду я. Обнимаю ее крепче, в успокаивающем жесте пробегая пальцами по голому плечу, и говорю:

– Просто мне невероятно повезло с невестой, – выдаю дежурную улыбку матери Анжелы. – Я мало что понимаю в модельном бизнесе, ну, кроме визуального наслаждения, разумеется, – меня поддержали дружные ухмылки мужчин за столом. – Но зато Настя прекрасно разбирается в финансах, и, признаю, она моя беда и выручка в плане связей с общественностью.

– Эм… – откашливается Загорская, немного приходя в себя, – иногда мне кажется, что Илья любит свою работу сильнее меня. Готов там пропадать днями и ночами.

– Бывает и такое. Не до отдыха и дома, – киваю, залпом осушая виски в бокале.

– И чтобы быть ближе к нему, я решила, что нужно тоже вникать во все его бизнес-проекты, – говорит уже уверенней Настя. – В конце концов, мы будущая семья и должны поддерживать друг друга.

– К тому же Настя сопровождает меня почти на всех встречах с инвесторами, соучередителями, – машу рукой, ни капли не соврав. – Да и в офисе ее отлично знают мои сотрудники. Иногда мне кажется, что они ее любят даже больше, чем меня, – посмеиваюсь и ловлю теплый, благодарный взгляд Загорской, который приятно отдается в груди. – Порой по рабочим вопросам они ко мне идти боятся, и на выручку приходит моя Настя. 

Моя Настя – проскальзывает сегодня за ужином уже второй раз. И вслух это звучит странно и непривычно, но так… правильно.

– И когда это ты все успеваешь? – нарочито вежливо интересуется Анжела, заставляя посмотреть на себя. – И модельный бизнес строить, и на фирме жениха работать. У тебя что, Илья, нет личной помощницы? 

– Вообще-то бизнес – это дело не женское, – говорит мать, не дав Насте возможности ответить. – Женщина должна быть хранительницей очага, а не бегать по офисам и решать проблемы работников. 

– Сейчас уже двадцать первый век, Эмма Константиновна, – говорит Настя, подхватывая бокал с шампанским и, слегка пригубив игристое, продолжает:

– Женщины уже давно и очень успешно ведут свои мегакорпорации и при этом остаются замечательными женами, матерями, любовницами и подругами своим мужьям. По мне так это, наоборот, сближает. Когда муж и жена, так сказать, на одной волне. 

– Вот, Анастасия! – неожиданно вклинивается в разговор Лев Викторович. – Я абсолютно с вами согласен. Какое счастье, когда жена разделяет увлечения своего мужа! – поднимает бокал мужчина и чокается с Настей, которая сияет ярче солнца. Так, что смотрю на нее и глаз отвести не могу. 

– Ничего подобного, – передергивает плечами Лукреция. – Так можно слишком быстро друг другу наскучить, если мелькать перед глазами мужа целыми днями. Разве нет, Илья? – тонкую шпильку с намеком кидает женщина, получая в ответ мою легкую ухмылку.

– Нет. Настя – моя поддержка и опора. К тому же ей это нравится, а мне нравится, что она под боком и на такую красоту, пока я поблизости, никто не позарится. 

И знала бы Загорская, какую правду я сейчас сказал, и сколько раз я ставил на место Вадика, который все так и норовит ее заграбастать себе! 

Хотя даже мое присутствие за этим столом не мешает братцу Анжелы буквально съедать глазами Настю, которая еще и улыбками его одаривает. И, поймав очередной такой “момент”, чувствую, что в груди начинает разрастаться что-то очень темное и очень яростное, сдавливая грудную клетку и заставляя сжать кулаки до боли, а зубы до скрипа! А когда они с Костей снова возвращаются к теме сноуборда, я уже искренне сожалею, что ляпнул про единственное увлечение Насти, о котором знаю. И о котором узнал совершенно случайно, как-то зимой заприметив ее на горнолыжной базе. 

Меня она тогда не видела и не замечала. И такой настоящей, счастливой и довольной свою личную помощницу я тогда увидел впервые. Горящий в глазах азарт, довольная улыбка и заразительный смех.

Не знаю, почему я вспомнил именно сегодня и сейчас об этом, но положа руку на сердце надо признаться, что после тех выходных я еще очень долго не мог выкинуть ее из головы. 

– Слушайте, Эмма Константиновна, – неожиданно восклицает Анжела, выводя меня из забытья. – Я только сейчас заметила, что вы сменили занавески на окнах, – девушка подскакивает с бокалом в руках, притягивая к себе всеобщее внимание.  

– Да-да, мы с Сергеем объездили пол-Ниццы, чтобы найти эту красоту!

– М-м-м, они и правда смотрятся потрясающе!  – выпучив и без того большие глаза и стуча каблуками, направляется к окнам Анжела. К окнам, которые, к несчастью, были за нами с Настей.