Я хочу тебя купить - Альбина Уральская

— Я убью его! — мрачно заявил отец. — Отсижу, выйду, зато его не будет в нашей жизни!

— Папа, всё скоро решится, я напишу завещание. От Макара очень много дорогих подарков, квартира, машина. Мне ещё удалось вывести с его карты крупные суммы денег незаметно, — спокойно объяснила Полина. — Я смогу долго скрываться, имея в наличии такой капитал. Да и мёртвую он вряд ли меня будет искать.

Брата тоже посвятили в план с фальшивой смертью.

Полина на дрожащих ногах возвращалась в квартиру Макара. Она боялась связывания, фобия к физическому ограничению у неё появилась после порки Макара ремнём.

На улице лето уже захватило территории, зелень была везде. Тёплый ветер касался кожи и волос. Она застыла у дверей подъезда, оттягивая время казни. Она видела его автомобиль, Макар был дома.

Глубоко вдохнув, она дёрнула дверь.

В лифте внутренности опустились вниз и её затошнило.

Мир плыл как в тумане…

Было страшно…

Безумно страшно…

Дверь в квартиру была не заперта, Макар ждал её с нетерпением. В его руках была верёвка.

— Ты поговорила с родителями? — в голосе чувствовались властные нотки.

— Да. Они придут. Они благодарны тебе за помощь, — побелевшими губами ответила Полина, с ужасом глядя на верёвку в его руках.

— Тогда у тебя полчаса на то, чтобы сделать всё, чтобы ты хотела. Ты будешь очень сильно ограничена в движениях связанной, я бы на твоем месте обязательно посетил туалет, — он получал удовольствие от своих слов. В глазах было предвкушение и маниакальный блеск.

— Но ты не на моем месте, — грустно с иронией усмехнулась Полина.

— Я просил быть послушной. Накажу! — зло предупредил он её за своеволие.

Через полчаса Полина стояла перед ним абсолютно нагой в спальне, с гордо поднятой головой. А страх ест нутро, фобия, как паук, напоминает о себе. Сердце начинает лихорадить в приступе паники.

Он обошёл её. Рабочий костюм он так и не снял. Только ослабил галстук.

Жертва принадлежит ему! Он хочет показать ей, как приятно подчиняться!

— Назови меня Хозяином, шлюха! — властно потребовал он.

— Хозяин, — выполнила просьбу Полина. Покорно не получилось, язвительный яд в слове был слишком очевиден.

— Ещё раз, сучка, будешь показывать свой гонор — выпорю как в прошлый раз! — металл в голосе напугал Полину.

— Я постараюсь… — прошептала Полина, склонив голову. — Мой хозяин.

Веревка коснулась её кожи, осторожно фиксируя руки. Фобия Полины затмила разум и с трудом сдерживаемая истерика вырывалась наружу. Она начала яростно вырываться из ещё незакреплённых пут. Завязалась борьба. Полина сопротивлялась отчаянно, страх придавал силы. Макар не мог с ней справиться сразу.

Наконец, он прижал её, бьющуюся в серьёзной истерике, к постели. Он вспомнил про аппарат МРТ, там было примерно тоже самое. Полину бесполезно связывать, она не может себя контролировать. Она почти в обмороке от испытанного ужаса.

— Ну всё, всё… успокойся! — прошептал он нежно, крепко удерживая её в своих объятиях. — Я не буду тебя связывать сегодня.

Неожиданно она сама прижалась к нему, вжимаясь и пряча лицо в его рубашке, ища защиты. Она ищет защиту у него от него же самого!

— Не надо! Пожалуйста, не надо! — шептала Полина. — Это так страшно, так страшно!

Он ослабил свою хватку, отпуская её запястья. Она вцепилась в него, как в спасительный круг и начала тихо всхлипывать. Зверь не доволен, демоны возмущены. Макар в смятении. Повторить снова такое с ней он не готов. Нет смысла связывать её, если она будет в обмороке от страха.

Какая жалость, он не сможет ей показать прелесть своих фантазий.

Полина внутренне улыбается, её монстр потирает ручки. Зверем можно управлять!

Где-то завалялись пятьдесят миллионов, так и не дошедшие до её счета. Они так нужны теперь ей и её семье.

Она не выпускает его из своих объятий, крепко держась.

Верёвка…

Да ладно, мой хороший мальчик.

Никаких веревок на мне…

Она целует его в губы, одурманивая, сводя с ума. Это сегодня она получит от него всё, что захочет!

Макар с удовольствием отзывается. Его вещи летят на пол. Полина забирается сверху, верёвка в её руках. Она томно опускается на его бёдра, позволяя войти ему на всю глубину. Замирает, и перехватив его запястья, стягивает их веревкой, отводит его руки за голову и привязывает к кровати.

Макар не сразу понял, что она его переиграла.

Она дарит ему поцелуи, любит до одури нежно, любит с приторной ванилью, медленно. Она издевается над ним, получая удовольствие.

Она танцует на нём. Танцует, восхитительно извиваясь.

— Сучка! — срывается с губ Макара. Она тихо смеётся, продолжая сводящие с ума движения. Оргазм накрывает обоих одновременно, унося их в параллельный мир.

Она развязала ему руки, после того, как приходит в себя. Пока руки не освобождены до конца, она говорит:

— Макар, я не могу позволить тебе меня связывать. Я даже передать не могу, какую гамму жутких эмоций я испытываю, если лишаюсь свободы. Физической свободы. Играть со мной не получится и воплощать свои желания тоже.

— Мы найдём способ избавить тебя от страха — не согласился Макар, потирая запястья. — Я хочу увидеть тебя переплетённой верёвкой и взять тебя именно такую.

«Ну-ну! — мысленно глумится Полина. — Тут ещё пока не понятно, кто мазохист, а кто садист!»

Она вспомнила про электрошокер. Её называли шлюхой… Пришло его время! Она встала и отправилась к сумке.