Лед под солнцем - Пола Льюис

— Ну, Крис Робинс, что у вас стряслось?

Доктор, осматривавшая Крис, была ворчливой дамой лет шестидесяти и принадлежала к тем редким врачам, что действуют на пациентов лучше всякого лекарства. Крис сразу успокоилась, представила Гарольда как своего друга и объяснила, что произошло. Все это время она не отпускала руки Гарольда.

— Вы не могли бы на минутку выйти, мистер Фарбер? — Дама-доктор наградила его таким же задумчивым взглядом, как в свое время Вивьен. Объяснение Крис насчет того, кем приходится ей Гарольд, ее явно не убедило.

— Пусть останется, — тихо сказал Крис, — если хочет.

Стало быть, она и впрямь не винит его, думал Гарольд. Мать Лоры на похоронах бросила ему в лицо, что если бы он сам вел машину, а не отпускал жену с ребенком, то и похорон бы не было. Крис, напротив, ни в чем его не винит.

— Я останусь, — неуверенно произнес он.

Спустя несколько минут доктор объявила:

— Ну, насколько я могу судить, ничего страшного не произошло, и класть в больницу вас незачем. Но я требую, чтобы следующие три-четыре дня вы не ходили на работу и не оставались одна.

— Я побуду с ней, — пообещал Гарольд.

— Вот и хорошо. Сейчас сестра смажет вам колени, и можете отправляться домой. И, пожалуйста, без глупостей — я знаю, что вы не любите бездельничать, но придется потерпеть.

Коротко кивнув в сторону Гарольда, дама удалилась. Крис снова взяла его за руку и только тут сообразила, что в течение следующих четырех дней они будут жить вместе. А ведь она не жила под одной крышей с мужчиной с тех пор, как рассталась с Дэном.

Гарольд отвез Крис домой. Когда он проводил ее в спальню, Крис неуверенно произнесла, покусывая губу:

— Мне надо прилечь. Ты поможешь мне раздеться?

На ней были рабочие брюки и свободного покроя тенниска. Гарольд стащил с нее брюки, затем стал снимать через голову тенниску и услышал, как Крис тихонько охнула, поднимая руки. Сложив руки на груди, она сдавленным голосом произнесла:

— Моя ночная рубашка под подушкой.

Рубашка была все та же — батистовая, абрикосового цвета. Гарольд слегка растерялся, не зная, как вести себя в этой новой для него ситуации. Наконец он расстегнул бюстгальтер Крис и сказал:

— Давай я помогу тебе надеть рубашку.

Крис смутилась, как школьница, словно они никогда не занимались любовью в этой самой постели, и тут Гарольд решился:

— Крис, я хочу, чтобы ты знала: я приехал не за тем, чтобы давить на тебя. Я приехал, потому что люблю тебя.

— Любишь? — тупо повторила Крис.

Она стояла перед ним обнаженная с большим животом, с налившейся грудью. И не было прекраснее женщины на свете.

— Мне только жаль, что я это так поздно понял.

— Но…

— Не надо ничего говорить. Я лишь хочу, чтобы ты привыкла к этой мысли.

Крис сейчас была не в состоянии ни связно мыслить, ни говорить. Она поежилась и шепнула:

— Мне холодно.

Гарольд осторожно надел на нее ночную рубашку.

— Честное слово, с каждым днем ты становишься все красивее.

— Спасибо, — прошептала она.

Уложив Крис в постель, Гарольд сел рядом, держа ее за руку.

— Как ты смотришь на то, чтобы съесть на ужин спагетти?

И тут Крис вдруг присела в постели и заговорила торопливо, срывающимся голосом:

— Боже, ты так не похож на Дэна. Когда я с ним разошлась, у меня было ощущение полного фиаско — ведь если бы я удовлетворяла мужа, ему не нужны были бы другие женщины, правда? Он постоянно твердил, что в постели я никуда не гожусь и внешне смотреть не на что… И самое печальное заключалось в том, что я в конце концов поверила ему. — Она тяжело вздохнула. — А ты такой… такой чуткий, Гарольд.

Никогда еще она столько не рассказывала о бывшем муже. Гарольд мягко произнес:

— Думаешь, я не понял, что он с тобой сотворил, когда мы в первый раз занимались любовью?

Крис широко раскрыла глаза.

— Неужели было так заметно?

— Было заметно, что ты боишься меня к себе подпускать. А поскольку я явно не вызывал у тебя отвращения, я понял, что все дело в твоем прошлом опыте, а значит, в этом Дэне.

— Мне было так тяжело заниматься с ним любовью, — призналась Крис. — Но я считала, что это мой долг — ведь мы были женаты.

— Он был груб? Оскорблял тебя?

Крис отозвалась почти шепотом:

— Он женился на мне ради денег. Мне потребовалось много времени, чтобы это понять — ведь я была влюблена, и в моих глазах он был непогрешим. Он скульптор, причем неплохой, но когда мы познакомились, он был студентом без гроша в кармане, а у меня было богатое наследство, вот он и клюнул. Хотя всегда уверял, что любит меня. Может, и любил по-своему, кто его знает. Но главное для Дэна были деньги.

— Как же ты с ним разошлась? — Гарольд старался говорить как можно более спокойным тоном.

Теребя край простыни, Крис прошептала:

— Я не могла смириться с тем, что у него были другие женщины. Банально, правда? Самая обычная история. Но след оставила на всю жизнь.

— Как давно вы с ним расстались?

— Пять лет назад. После того как я узнала про Тамару — ничего себе имечко, да? Не какая-нибудь там Джоан или Линда… Я попыталась выставить Дэна из квартиры. В конце концов, платила-то за нее я. Но он не желал уходить. Тамара, наверное, была хороша в постели, но денег у нее не водилось. Он жил в моей квартире и приводил туда любовницу. Это был какой-то кошмар: куда ни повернешься, везде был Дэн, и всю дорогу доказывал, что я сама виновата, мол, довела его до того, что он вынужден искать женщин на стороне… Он присосался ко мне словно пиявка и высасывал все соки.

— А что же ты?

— В конце концов, уехала я. Перестала платить по счетам и сбежала. — Крис печально улыбнулась. — И чуть не вогнала себя в гроб работой в туристическом агентстве.

— Тогда вы и развелись?

— Нет, сначала умерла моя тетя. И надо же, какой сюрприз — ко мне тут же явился Дэн, полный раскаяния, с огромным букетом красных роз. С тех пор я их не выношу. Знаешь, такие, на длинных стеблях, без запаха и даже без шипов. В общем, неестественные, как сам Дэн. Я, дура, позволила ему войти — может быть, я еще любила его, не знаю. Знаю только, что замуж я выходила не затем, чтобы потом разводиться.

Крис снова затеребила простыню:

— Короче говоря, мы страшно поругались. И я выложила, скорее, выкрикнула все, что накипело на душе за эти годы. Тут до Дэна стало доходить, что я не собираюсь снова впускать его в свою жизнь и позволять ему сидеть у меня на шее только потому, что ему, видите ли, так заблагорассудилось. — Крис с минуту помолчала, потом продолжила рассказ. — Дэн вышел из себя и стал меня бить. Я закричала. На мой крик прибежала старушка-соседка и давай колотить тростью в дверь. Подняла на ноги студента из квартиры напротив, а тот оказался чемпионом по борьбе. — Крис невольно улыбнулась. — Сцена была еще та!