Диана и ее рыцарь - Рей Морган

— Что это такое? — спросил он.

— Отец Мии, — ответила она, высоко подняв голову, что, видимо, стоило ей некоторых усилий.

Кэм покачал головой:

— Похоже на меня.

Она постаралась улыбнуться:

— Ты угадал.

Кэм удивлялся все больше и больше:

— Наоборот. Я теперь вообще ничего не понимаю.

Она вздохнула глубоко, очень глубоко:

— Кэм, отцом Мии стал донор в клинике по охране семьи и детства. Я его не знаю. Я никогда не видела его. Я просто выбрала его из списка доноров.

— Что? Безрассудство какое-то.

— Да. — Она приложила руку к груди. — Вот до какой степени я безрассудна. Я побывала в трех клиниках, просмотрела все их списки доноров. Я искала такого, который как можно больше походил бы на тебя. Я не могла иметь тебя, поэтому постаралась найти наибольшее сходство и воссоздать то, что мы могли бы иметь вместе с тобой.

Он едва верил своим ушам. Все это было как к научно-фантастическом рассказе. Он тряхнул головой:

— Диана, я не могу поверить...

В ее глазах блеснули слезы.

— Ты возненавидишь меня? Я знала, это безумие. Мне казалось, я совершаю преступление. И я знала, что отрезаю себе путь к отступлению и если я так поступлю, то воздвигну между нами преграду, которую нельзя будет преодолеть. Но это казалось неважным, ведь у меня оставалось все меньше надежды когда-нибудь увидеть тебя снова. — Диана опять глубоко вздохнула и покачала головой. — Но я должна была продолжать жить и перестать тебя ждать.

— И ты забеременела. — Кэм хмурил брови, пытаясь усвоить информацию. — Искусственное оплодотворение?

— Да.

— А потом я вернулся.

Она кивнула:

— Откуда я знала, что ты вернешься когда-нибудь? Кэм, прошло десять лет. Твои родные вели себя так, словно ты умер. Я ничего не могла узнать.

— О Диана! — Он протянул руки, обнял ее и рассмеялся. — То есть ты хочешь сказать, что на самом деле носишь моего ребенка. Или мою факсимильную копию. И нет никакого другого мужчины. Только безымянный донор.

— Вот именно.

Он опять рассмеялся, потом поцеловал ее и посмотрел в ее милое лицо.

— Давай поженимся.

— Подожди, Кэм...

— Я говорю серьезно, Ди. У нас уже есть общий ребенок. Нам не хватает только обручальных колец.

— А как же твоя семья?

Он кратко пересказал ей свой разговор с дедом.

— Дед практически дал мне разрешение на тебе жениться. Не то чтобы мне это было надо, но так спокойнее.

Она заглянула ему в глаза:

— Ты уверен?

— Уверен. — Он еще раз поцеловал ее губы. — Скажи «да».

И она широко улыбнулась ему:

— Да.

Кэм пустился в пляс по комнате.

— Я безумно люблю тебя, — сообщил он ей. — Вчера вечером, когда я пригласил тебя на танец, ты была так красива. Я еле сдерживался.

— Это был очень милый праздник. Хотя он и не принес тебе богатой невесты.

— Се ля ви, — сказал он и наклонился, чтобы поднять какие-то бумаги. Они выпали у него из кармана, пока он плясал.

— Что это? — спросила она, увидев свое имя на одном из листов.

Он заколебался, потом кивком предложил ей сесть за стол.

— Я получил эти сведения несколько дней назад, но не решался сказать тебе. Видишь ли, я предпринял попытку узнать, что сталось с твоей матерью.

Она вдруг застыла.

— Как?

— Здесь, в этих бумагах, то, что мне удалось узнать. — Он разложил на столе несколько листов и достал еще несколько из конверта. — Она умерла от рака в одной из клиник Сакраменто. Примерно тогда, когда тебе было шесть лет.

Диана вперила взгляд в бумаги.

— И что это значит?

— Я думаю, так говорят все бумаги, все записи, что у твоей матери обнаружили рак желудка и она отправилась в клинику, чтобы попытаться одолеть болезнь.

— Значит, она не сбежала с другим мужчиной? Она не решила, что ненавидит нас и не может с нами оставаться? — Глаза Дианы вдруг наполнились слезами. — Ох, Кэм, я не знаю, что думать. Как ты все это узнал? Почему папа ничего не сказал мне?

— Я думаю, она надеялась поправиться и вернуться к вам. Она думала, у нее есть шанс. Но судьба распорядилась по-другому. А уехала она потому, что не могла в таком состоянии заботиться о вас и ладить с твоим отцом.

Диана нахмурилась:

— Ты думаешь, мой отец знал?

— Кто теперь может сказать, что он знал, а чего не знал? Я слышал, он в то время был в очень скверном состоянии из-за того, что много пил. Возможно, она сказала ему, но он был слишком не в себе, чтобы понять, о чем она говорит.

— Или он был не в себе из-за того, что она сказала ему.

— Возможно. Вряд ли мы когда-нибудь узнаем, как было на самом деле. — Он задумался. — А у нее не было семьи? Никого, кому она могла тебя доверить?

— Только бабушка со стороны отца. Тогда она была еще жива. В те дни я проводила много времени в ее доме. Но ее не стало, когда мне было десять лет.

— И она никогда не говорила с тобой о том, почему твоя мама не с вами?

Диана покачала головой:

— По крайней мере, я этого не помню. Мне ведь было только шесть. Может, она сказала мне что-то, чего я тогда не могла понять. А может, просто промолчала. Людям ее поколения это было свойственно.

— Верно.

Диана зябко поежилась.

— Мне потребуется время, чтобы усвоить это. Такое облегчение знать, что она не просто сбежала, и в то же время все так грустно... Даже как-то нереально. Словно речь идет о ком-то другом.

А Кэм удивленно смотрел на конверт, который лежал в куче других бумаг.

— Подожди-ка. А это что такое? — Он взял конверт в руки. — Его уже принесли? Наверное, положили вместе с другими письмами, я случайно прихватил его с собой. Я просил одного знакомого разузнать про твой кусок земли... — Кэм вскрыл конверт, начал читать, не поднимая головы, потом схватил Диану за руку и почти выкрикнул: — Ты подписала контракт с твоим кузеном?

— Да, — ответила она. — И как раз сегодня его ему отослала.

Он посмотрел на нее широко раскрытыми глазами.

— Ты должна вернуть это письмо назад. Как ты его отослала? Где оно? Говори быстрее.

— Я положила его в ящик сегодня утром. Вряд ли оно до сих пор там. А в чем дело? — Ей пришлось кричать Кэму вслед, потому что он уже выбегал из дома.

Почтальон возился с ящиком у соседнего дома. Кэм выхватил конверт из ящика, в который его опустила Диана, глубоко вздохнул, прислонился к стене дома и дал выход своим эмоциям.