Коварство любви - Кэндис Кэмп

Когда брат с сестрой удалились, Калли придвинулась ближе к Франческе и тихонько произнесла:

— Вам вовсе не нужно ехать в Ричмонд-парк, если не хотите. Ирен с Гидеоном будут там. Уверена, их присмотра за мной будет вполне достаточно. Со мной ничего не случится. А я скажу, что вы с утра почувствовали себя плохо и решили остаться дома.

— И доставить леди Дафне удовольствие, позволив считать, что у меня не хватило смелости провести день в ее обществе? — сухо ответила Франческа. В ее темно-синих глазах появился стальной блеск, которого Калли никогда не видела прежде. — Глупости. Я отлично справлюсь. — Она с силой сжала челюсти и подняла подбородок. — Надо же, «я выдала наш возраст»! А ведь она на целых шесть лет меня старше.

Девушка скрыла улыбку раскрытым веером. Она не могла припомнить ни одного случая, когда подруга выказывала бы столь явную неприязнь к другой женщине. Уверенная в собственной красоте и положении в обществе, она никогда не опускалась до зависти или злобы. Когда подобные чувства проявлялись по отношению к ней самой, Франческа ловко отражала атаку, не выказывая при этом ни малейшего признака досады или горечи. Было странно видеть, что леди Хостон, как и любая другая женщина, способна на проявление столь неприкрытой ненависти.

Самой Каландре леди Дафна показалась милой и дружелюбной дамой, хотя, разумеется, она ни за что не призналась бы в этом подруге — и уж тем более не стала бы интересоваться, чем вызвана неприязнь Франчески. Этот вопрос она сочла бы чрезвычайно грубым и нетактичным, особенно принимая во внимание подозрения Калли о том, что ответ так или иначе связан с покойным мужем Франчески, которого молва окрестила распутником. А Калли так хотелось бы точно знать, что сделала леди Дафна ее подруге, вызвав тем самым столь неприкрытую к себе ненависть.

Как бы то ни было, вглядываясь в лицо леди Хостон, Каландра понимала, что ее любопытство не будет удовлетворено. Даже самым тонким намеком не удастся ничего сегодня выведать! Поэтому девушка просто отложила этот вопрос на потом, погрузившись в гораздо более приятные мысли о том, как следующий вторник она проведет в компании лорда Бромвеля.

— Так-так, — промурлыкала леди Свитингтон, стоило им с братом удалиться от Каландры и Франчески. — Выходит, ты заинтересовался маленькой сестренкой герцога. Как это мило. — Она искоса посмотрела в лицо Бромвелю.

— Мне следовало бы сказать тебе заранее, — виноватым тоном произнес он. — Но мы встретили их, едва приехав, и это показалось мне отличной возможностью. Я хотел увидеть выражение ее лица, когда она познакомится с тобой.

— Почему? — Дафна поджала губы. — Ты же не ожидал, чтобы один из этих гордецов Лилльсов вдруг выказал некое подобие раскаяния?

— Я просто хотел проверить, подозревает ли она о том, что ее брат сделал с тобой, — ответил граф. — Теперь понимаю, что ей ничего не известно. В конце концов, та история случилась много лет назад. Мне просто было любопытно.

— И что же ты понял?

Он покачал головой:

— Она ничего не знает, уверен в этом. — Бромвель повернул голову, чтобы видеть лицо сестры. — Чего не могу сказать о леди Хостон.

— Пффф! — фыркнула Дафна, раскрывая свой элегантный веер. — Франческа, эта гусыня.

Она лениво обмахивалась веером, пока они не достигли противоположного конца зала, где получили возможность вести беседу. Время от времени сквозь толпу они могли видеть Франческу и Калли, которые разговаривали, все еще пребывая на том же самом месте.

— Так… что именно ты задумал относительно малышки Каландры? — игривым тоном поинтересовалась Дафна. — Надеюсь, ты не станешь убеждать меня, что всерьез ухаживаешь за ней?

— О, в этом я чертовски серьезен, — ответил ее брат мрачно.

— Но не женитьбы ради.

— Ну, в этом можешь быть уверена, — сказал Бромвель. — Я не стану наносить тебе оскорбление, породнившись с семейством Лилльс.

— Да, я знаю, — самодовольно ухмыляясь, заявила Дафна. — Так каковы твои намерения? Было бы хорошо, если бы ты заставил герцога сполна заплатить за все.

Граф удивленно воззрился на сестру:

— Что ты имеешь в виду? Не хочешь же ты предложить мне соблазнить девушку и бросить ее?

Дафна пожала плечами, и выражение ее лица посуровело.

— Мне это кажется подходящей местью за то, что ее братец сделал со мной. Не так сурово, конечно, как оставить ее беременной и отказаться жениться.

— Я не таков, как Рошфор, — нахмурившись, ответил Бромвель. — И я уверен, что ты не пожелаешь такой судьбы ни одной другой женщине.

Дафна ласково ему улыбнулась:

— Временами я забываю, какой ты у нас благородный. Разумеется, ты прав. Я ни одной другой женщине не пожелаю пережить такое унижение, какое выпало на мою долю по вине герцога. Мне просто показалось несправедливым, что он так никогда и не заплатил за содеянное. — Она посмотрела на брата, чей взгляд по-прежнему был прикован к леди Каландре, и, нахмурившись, добавила: — Не будет большого вреда, если хоть с одного из этих гордецов Лилльсов слетит прежняя спесь.

Граф кивнул. Те же слова он не так давно говорил своему кузену Арчи. Тем не менее лоб его прорезала складка.

— Но это нечестно по отношению к Калли.

— Калли? — Брови его сестры мгновенно взлетели вверх.

— Так ее называют леди Хостон и леди Оделия. Каландра — слишком официальное имя.

— Даже не вздумай заявить мне, что влюбился в эту девчонку, — отрывисто сказала Дафна.

— Нет, конечно же нет. — Складка на его лбу стала глубже. Посмотрев на сестру, Бромвель добавил: — Она, бесспорно, хорошенькая, но меня это совершенно не трогает.

— Рада это слышать. Никому из Лилльсов нельзя доверять, — горько ответила Дафна.

— Знаю.

Помолчав немного, женщина спросила:

— Так каковы же твои намерения относительно леди Каландры?

— Заставить герцога немного поволноваться, — отозвался он, и губы его искривились в недоброй усмешке. — Хочу посмотреть, как он будет плясать на горячей сковороде, пытаясь раскрыть мои намерения и гадая, что я расскажу о нем его сестре. Настрою ли я Калли против него, а возможно, даже отниму ее у него, или поступлю с ней точно так же, как он с тобой, — влюблю в себя, а потом с презрением отвергну. Как я мог убедиться, человек, лишенный чести, и от других людей ожидает схожего поведения.

— Ему, несомненно, не понравится, что ты за ней увиваешься, — заметила леди Дафна.

— Конечно нет. Он уже предупредил меня.

— Неужели? — Она казалась заинтригованной. — И что же он сделал? Что сказал?

— Герцог вел себя высокомерно, как и всегда, — сказал Бромвель. — Велел держаться подальше от его сестры, словно стоит ему лишь приказать, и все станут беспрекословно подчиняться.