Коварство любви - Кэндис Кэмп

— Так вы с ней знакомы?

Франческа кивнула:

— Да, она находилась в Лондоне, когда состоялся мой дебют в свете. В то время она была вдовой. Ее первый муж был намного старше ее и скончался годом ранее. В обществе было… много разговоров об этой даме из-за ее скандального поведения. Все шептались за ее спиной. Не уверена, что из этих сплетен было правдой. Как вам известно, молодых незамужних девушек, особенно дебютанток, не принято посвящать в слухи, тем более такие пикантные. Но она имела репутацию женщины нестрогих нравственных принципов, даже до смерти мужа.

— У нее случались увлечения на стороне? — поинтересовалась Калли.

Франческа кивнула:

— Да. И об этом шептались.

— Но Сенклер, разумеется, не станет винить ее брата за распущенное поведение сестры! — с возмущением воскликнула девушка.

— Нет, уверена, что этого он делать не станет. Но, возможно, считает, что граф сделан из того же теста, — предположила Франческа.

— Это всего лишь подозрения. Он не может знать наверняка.

Леди Хостон пожала плечами:

— Понятия не имею, что Сенклеру известно об этом мужчине. Могу лишь сказать, что сама я о нем ничего не слышала, — продолжила она. — Но вам, дорогая, отлично известно, как хрупка репутация молодой девушки. Возможно, Рошфору просто не нравится, что кто-то может связать ваше имя с людьми невысокой морали. Или, может быть, он чувствует нежелание выдавать вас замуж за мужчину, с именем сестры которого связан скандал. А если вы не собираетесь за него замуж, будет лучше и вовсе держаться от него подальше.

— Но это же нечестно! — вскричала Калли, вскидывая руки в жесте отчаяния. Она принялась расхаживать по комнате, приговаривая: — Неправильно очернять имя Бромвеля только потому, что он ее брат. — Развернувшись, она в упор воззрилась на подругу: — И вы тоже считаете лорда Бромвеля злодеем?

Уязвленная, Франческа воззрилась на Калли и лишь пожала плечами:

— Нет, я не знаю, что он собой представляет. Он производит впечатление достойного человека, но мне отлично известно, что внешность бывает обманчивой. Он брат леди Дафны, и мне кажется вполне вероятным, что они одного поля ягоды. Однако я уверена, что не все члены семьи ведут себя одинаково. У меня у самой два брата. Один из них — прекрасный молодой человек, а другой был сущим дьяволом. — Красивые черты лица ее посуровели. — Мне ненавистна мысль о том, что кто-то может решить, будто у нас с Теренсом одинаковые характеры, только потому, что мы родственники.

— Вот видите! — победно изрекла Калли. — Поэтому неверно утверждать, что лорд Бромвель — отъявленный негодяй.

Франческа не сразу нашлась с ответом. В ее душе боролись противоречивые чувства. Наконец она изрекла:

— Возможно, действия вашего брата ошибочны. Нам не дано знать его мотивы. Но раз он так резко возражает против того, чтобы вы виделись с графом…

— А как же я? — повысила голос Калли. — Как насчет моих желаний? Кто давал моему брату позволение принимать решения за меня? Я взрослая женщина.

Почему я не могу выбирать, с кем мне встречаться, а с кем нет?

— Конечно можете, — подтвердила Франческа.

— Я же не собираюсь совершать опрометчивых поступков, — продолжала девушка. — К тому же я прекрасно умею распознать человека нечестных намерений. Разве вы не согласны со мной?

— Да, разумеется.

— Отсюда я могу заключить, что не мнение Сенклера имеет значение, а мое собственное.

— Уверена, что Рошфор просто пытается уберечь вас, — заметила леди Хостон.

— Несомненно, — сухо ответила Калли. — Но меня очень утомляют люди, которые пытаются защитить меня, указывая, что мне можно и чего нельзя делать.

— Отлично вас понимаю.

— Поэтому мне было бы очень приятно, если бы мне позволили самой принимать решения.

И снова Франческа кивнула:

— Знаю, дорогая, знаю.

— Так вы позволите мне поступать, как я считаю нужным? — спросила девушка. — Или скажете, что лорду Бромвелю нельзя переступать порог этого дома?

Брови Франчески удивленно взметнулись вверх.

— Ах, дорогая, я этого не говорила. Я просто сочла своим долгом предостеречь вас, потому что не была уверена, что вы понимаете точку зрения Рошфора относительно этой ситуации.

— Вы правы, не понимаю, — ответила Калли. — В тот вечер Сенклер был в бешенстве, что очень на него не похоже… Оглядываясь назад, могу отметить, что он волновался вовсе не потому, что не мог найти меня. Возможно, дело тут вовсе не в графе, и мой брат отреагировал бы точно так же, как это сделал бы любой другой мужчина — по крайней мере, любой другой незнакомый ему мужчина.

Франческа лишь пожала плечами:

— Очень может быть.

— Думаю, позже он раскаялся в своем поведении, — продолжала рассуждать Калли. Помедлив, она добавила: — Но вам я лгать не стану. Сенклер действительно запретил мне видеться с лордом Бромвелем.

— Понимаю. Намерены ли вы следовать его словам? — спросила она.

Калли расправила плечи и гордо подняла подбородок:

— Я… я сама хочу принять решение относительно этого мужчины. Не Сенклеру решать, как мне прожить жизнь. Я люблю своего брата, но не стану слепо следовать его наставлениям. Однако я отлично понимаю, что вы, вероятно, не захотите сердить Сенклера.

Франческа подняла подбородок точно так же, как несколько мгновений назад сделала Калли:

— Я не боюсь герцога Рошфора.

— Если вы откажете лорду Бромвелю от дома, я не стану на вас сердиться.

— Благодарю, дорогая, — ответила леди Хостон. Голос ее звучал ровно, но глаза метали молнии. — Но я сама на себя рассержусь, если позволю герцогу или кому бы то ни было еще диктовать мне, кого принимать в моем доме. Я позволила лорду Бромвелю нанести нам визит, и не отступлю от своего слова. Если вашему брату это не нравится, то придется ему смириться с тем обстоятельством, что мы с вами не подчиняемся его приказам.

— Спасибо, Франческа, — произнесла Калли, лучезарно улыбаясь подруге и порывисто бросаясь обнимать ее. — Я так рада, что приехала к вам.

— Я тоже этому рада, — отозвалась леди Хостон, поглаживая девушку по спине.

Калли удалилась, пожелав ей доброй ночи, а Франческа пересекла комнату и замерла у окна. Она чувствовала себя усталой, но тем не менее не могла спокойно уснуть. Отогнув край тяжелой портьеры, она воззрилась в темноту ночи, гадая, правильно ли поступила. С ее стороны будет неправильным совершить что-то, что заставит Калли страдать. Она не могла отделаться от мысли, что лорд Бромвель на поверку окажется ничуть не лучше своей сестры. Также Франческа размышляла, чем в действительности она руководствовалась, пренебрегая запретом Рошфора и позволяя Каландре делать, что ей хотелось. Не было ли тут замешано давнее чувство обиды?