На седьмом небе - Лора Павлов

Это было, пожалуй, самое романтичное свидание в моей жизни. Никто никогда не старался для меня так, и для меня много значило, что он сделал этот вечер особенным.

Почему парень, который впервые за очень долгое время мне по-настоящему нравится, должен быть категорически под запретом?

Спасибо, вселенная: сведи меня на три месяца с самым сексуальным мужчиной на планете и сделай его недоступным.

Кларк молниеносно перевернул меня на спину и навис надо мной.

— Она пишет об их отношениях на весь мир. Это холодно, как лед.

Он начал меня щекотать, и я разразилась истерическим смехом.

— Он виноват не меньше! — выкрикнула я сквозь смех. — Это он пытается закрыть сделку!

— Давай досмотрим финал, а потом я провожу тебя домой.

— Не хочешь подвезти? Ты и полбокала вина не выпил, — я придвинулась к нему, и он усадил меня к себе на колени.

— Знаю. Но если я проведу тебя пешком, ночь продлится дольше, — он поводил щетиной по моей шее и прошептал в ухо: — Я не готов, чтобы этот вечер заканчивался.

У меня сжалось в груди, когда он обнял меня, и мы досмотрели фильм до конца.

Когда на экране пошли титры, я повернулась к нему лицом, перекинув по ноге с каждой стороны его бедер, так что оседлала его.

— Тебе понравилось, да?

— Мне понравилось смотреть его с тобой.

— Хочу поцеловать тебя еще раз, — прошептала я.

— Разрешения не требуется, — он откинулся на спинку дивана, словно давая мне взять то, что я хочу.

Я наклонилась, и мои губы нашли его. Его большая ладонь легла на мое горло, пальцы скользнули к затылку. Другой рукой он обхватил меня за бедро, и я начала тереться о него.

Я почувствовала, как его член напрягся и налился подо мной, и меня будто переключило. Я никогда в жизни не была настолько возбуждена. Это не поддавалось логике и мы оба были полностью одеты. Платье уже задралось до бедер, ткань терлась о чувствительные соски, а по нам пробегал прохладный ветерок. Он задавал мне ритм, ведя вверх-вниз, пока его язык скользил в мой рот.

Я потянула его за волосы, и он зарычал. Я ощущала, как его грудь бьется о мою.

Поцелуй становился все горячее — покусывания, языки — и я двигалась быстрее.

Отчаянно жаждала разрядки.

Я никогда не была так возбуждена.

Жадная. Нуждающаяся.

Он наклонил мою голову, простонав мне в рот, пока его язык входил и выходил.

Он остановился лишь на секунду, чтобы прошептать:

— Используй мой член и кончи для меня.

Голос у него был повелительный, хриплый, и я не верила, что делаю это сейчас.

Но я послушалась. Прижалась сильнее, чувствуя каждую черту его под собой, а он отстранился и посмотрел на меня. Взгляд потемнел от жара, челюсть сжата, ноздри раздуваются — он наливался еще плотнее.

Быстрее.

Жестче.

Вспышки света взорвались у меня за глазами, и его имя сорвалось с моих губ стоном, когда я ушла за грань.

Кларк продолжал вести меня вверх-вниз, давая выжать до конца каждую каплю удовольствия, пока все мое тело не затрепетало.

Потом все замедлилось, и я открыла глаза, поморщилась.

— Прости. Не знаю, что на меня нашло.

Он улыбнулся, его взгляд, полный желания, не отрывался от моего.

— Знаю, что. Ты перестала слишком много думать и позволила себе почувствовать. Это было самое сексуальное, что я видел.

— Со мной такое еще не случалось, — сказала я, чувствуя, как щеки пылают.

— Ты никогда не кончала, целуясь с мужчиной? — спросил он, и мне стало жутко неловко вести этот разговор.

Я покачала головой и отвела взгляд. Он взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него.

— Я вообще никогда, ну, не доходила с мужчиной до конца, — я не стала напоминать, что мужчин было всего двое.

Он перебирал кончики моих волос, давая им струиться между пальцами, а взгляд посуровел, сузившийся от недоверия.

— Ну, они оба идиоты, если не знали, как доставить тебе удовольствие. А мне честь — быть твоим первым оргазмом, даже если я не почувствовал, как ты кончила на моем члене, или моих пальцах, или моих губах.

У меня отвисла челюсть, и я спрятала лицо у него в шее. Он только усмехнулся и провел ладонью по моей спине.

— Не стесняйся. Со мной можно о чем угодно. То, что сейчас произошло, — это хорошо, Элоиза. Мне это чертовски понравилось. Видеть, как ты отпускаешь контроль и распадаешься на части. Секс должен приносить удовольствие.

— Хорошо, — я выпрямилась и слезла с его колен. — Мне пора, пока я снова не затру тебя всухую до помутнения.

Он расхохотался, и когда поднялся, я увидела, как его эрекция распирает шорты. Он проследил за моим взглядом и тоже посмотрел вниз.

— Тебя заводит видеть, что ты со мной делаешь?

Я прикусила нижнюю губу и пожала плечом:

— Ты со мной делаешь то же самое. Но я, получается, оставляю тебя в, э, затруднительном положении?

Он снова рассмеялся:

— Ничего, с чем я не справлюсь. Пошли, провожу.

— Давай я помогу занести это, — сказала я, сгребая остатки конфет в миску из-под попкорна. Я взяла наши бокалы, и мы все унесли на кухню. Посуда после ужина уже была перемыта.

На небе зажглись звезды, и Кларк показал на падающую звезду, тянущуюся по небосклону.

Дорога прошла в смехе над фильмом, а потом мы плавно перешли к завтрашней тренировке.

У дверей гостевого домика он остановился, засунул руки в карманы — выглядело в этом что-то трогательное. Он всегда такой уверенный, а тут — немного уязвимый. Уверена, Кларк привык, что свидания у него заканчиваются тем, что женщина в его постели.

— Спасибо, что пришла сегодня, — сказал он, а потом хмыкнул: — В прямом и переносном смысле.

Я хлопнула его по груди и засмеялась:

— Ты же мне это никогда не забудешь, да?

— Ты шутишь? Тут и забывать нечего. Это было чертовски красиво, Уиз.

Я достала ключ, глядя на него:

— Спасибо за лучшее свидание в моей жизни. И спасибо, что сделал все таким особенным.

Он улыбнулся и шагнул с крыльца назад:

— Увидимся утром. Готовься к длинному забегу.

— Буду готова.

— Ладно, заходи, — сказал он, не сводя с меня глаз.

— Какой же ты джентльмен.

— Ты бы так не говорила, если бы читала мои мысли сейчас, — усмехнулся он. — Иди. Спи.

Я махнула, вошла внутрь и сползла по двери на пол.

Господи, как же горячо.

Что это вообще было сегодня?

Он