Тоннель желаний - Анна Яковлева

– Ну и как она выкрутилась? – Таська поскучнела – ее интересовали истории успеха, а не краха.

– Ей дядька помог, бывший муж. Вписался за нее, пока она на работу устраивалась, гасил кредит.

По кухне пронесся ветер – Таська вздохнула, как раненое животное.

За нее вписываться было некому.

Нейтрализовав Усхопова, Таська контрабандную икру сбагрила оптовой базе и жила как на пороховой бочке, каждый день тряслась.

База рассчитывалась черным налом, и Тася почти все тратила на содержание Егора.

Скромные суммы, что поступали на расчетный счет, шли на уплату налогов и на зарплату единственному боевому штыку – Алексею.

Голова шла кругом.

Слабой рукой она разлила по бокалам вино:

– Ну его, этот бизнес, давайте, девочки, выпьем.

– Эх, – тут же крякнула Светка, – хорошо сидим.

Таська посмотрела на подружку с завистью. Хотела бы она вот так же сидеть на скамейке запасных и рассуждать о чужих взлетах и падениях.

Она согласна была опоздать на самолет, сломать ногу, напиться до перехода в другое измерение, только бы не лететь на Сахалин, не влезать в мужские дела и не вешать на свою нежную шейку удавку – кредит.

– Слетаю, тогда и посчитаю все. – Таисия в несколько глотков осушила бокал вина.

– Во сколько рейс? – на всякий случай решила уточнить Светка – в их компании она всегда исполняла роль проницательного читателя.

Тася бросила взгляд на ходики с кукушкой, застывшей в вечном полете (Егор раскурочил механизм кукушечьего ликования через час ее пребывания в доме), и отмахнулась:

– Еще куча времени. Еще шесть часов до вылета.

– Где билет? – трезвым голосом потребовала Светка.

Не слишком уверенной походкой Таська двинула в комнату, где на диване в полном беспорядке валялись шмотки и документы, бестрепетной рукой сдвинув с нагретого места Барончика, порылась в куче и вернулась с бланком билета.

– Все под контролем, девочки. Вылет из Домодедова в 20:30. Сейчас у нас сколько?

– Два часа, – проявила смекалку Наташка.

Светка не ослабляла хватку:

– А чемодан собрала?

– Успею. – Таська вздохнула. Она, как могла, оттягивала момент сборов.

– За сколько нужно выехать?

– Думаю, часа два хватит, – напрягла извилины Таська, – главное – до часа пик из города выскочить.

– Лучше за два с половиной – на всякий пожарный. – Светка действовала по принципу: лучше перебдеть, чем недобдеть.

Наташка запустила глаза в бланк билета и ткнула пальцем в строчку с цифрой, от которой кудри становились штопором.

– А это что, цена?

– Цена.

– Мама дорогая, тридцать одна тысяча?

– То-то и оно. – Таська снова протяжно вздохнула.

– Нифигасе, – присвистнула Наташка, – а ты обратный-то билет купила?

– Нет, – съехидничала Таська, – там останусь.

– Мало ли что у тебя на уме. Бросишь все к чертовой матери и заделаешься рыбачкой Соней.

– Рыбачкой Тасей тогда уж.

– Девочки, у меня тост, – провозгласила Светка, – за Сахалин.

Наташка встрепенулась:

– Давайте. Выпьем, а то время идет.

– Девочки, вы пейте, – Таська сделала слабую попытку сохранить остатки благоразумия, – а я пропущу: мне еще собираться.

– Сама сказала: времени куча, – оскорбились подружки, – соберешься. Мы поможем, если что.

– Слушайте, я прямо завидую Таське, – мечтательно изрекла Светка, – в такую даль лететь – это же настоящее приключение!

– А какая там погода?

– Мы смотрели с Настеной, – со сдержанным достоинством сообщила Тася, – там так же, как в Москве. И море есть. Почти Тихий океан.

– А что ты берешь с собой? Это ж у черта на рогах.

– Куртку, конечно, ботинки на всякий. Барахла набирается тьма, – пожаловалась Таська. Жалоба прозвучала довольно хвастливо.

– Слушай, Тась, – вспомнила Наташка, – а тебя эта, Ленка-женщина-с-веслом встречать будет?

– Должна. Мы договорились, что встретит.

– Так это классно!

– Девочки, – проскулила Таисия, – вы тут звоните хотя бы Настене с Ягой, контролируйте.

– Так это само собой.

– Давайте выпьем! – впала в экспрессию Наташка.

– А, давайте, – махнула рукой Таська, – за Сахалин.

Девчонки сомкнули бокалы, синхронно опрокинули по сто граммов и принялись закусывать.

Дверь неуверенно приоткрылась, в кухню просунулась вялая после дневного сна Яга.

– О, налетели, налетели. Ни одно событие в доме без вас не проходит.

– Ба, – заорала уже хорошенькая Таська, – вам налить?

– Налить, – не стала упрямиться Яга и подалась к шкафчику с заветным стаканом, где хранился зубной протез.

Девчонки переглянулись и прыснули.

– У меня тост! – завопила Светка.

– Давай свой тост, – разрешили подруги.

– Женщинам – здоровья, бабам – успехов в труде, а дамам – любви.

– Йес-с-с! – Последовал мелодичный звон богемского стекла.

Еще через час Таська уже чувствовала в себе достаточно уверенности, чтобы лететь на Сахалин и соваться в пасть прохиндеям-рыбакам, ментам и чиновникам, а еще через час – чтобы лететь на альфу Центавра и налаживать бизнес-контакты с местным населением.

Поскольку в тот момент ей было жарко, куртку с ботинками она благополучно забыла уложить в багаж.

…Аэропорт Хомутово встретил низкими облаками и ветром.

Воздух казался густым от влаги и плотным от ароматов. Ароматы обескураживали.

Таська пробовала незнакомые запахи на вкус. Сначала, как собачонка, мелко вынюхивала, потом, как амбру, втягивала ноздрями до самого желудка – не могла надышаться: морем не пахло, зато с синих плоских сопок явственно тянуло хвоей.

В довершение всего, дитя мегаполиса, Таська оглохла от тишины – она просто давила на уши.

За девять часов полета Таське удалось выспаться и протрезветь, только сильно хотелось пить.

Видимо, в связи с этим морская тема не давала ей покоя.

– А далеко до моря? – не удержалась она от вопроса. По географии у Таисии была слабенькая тройка, и Южно-Сахалинск она числила портовым городом.

От Таськи разило, как от ефрейтора в увольнительной, и Ленка окатила ее насмешливым взглядом:

– Рукой подать. Двадцать пять километров.