Воспоминания бывшего человека - Ник Председатель

— С какой это такой личностью?

— Ну, — Юра помялся, — вы сильный человек, вы богатый человек, вы можете, если захотите…

В банкетный зал торопливо вошла Светлана, поправляя платье и с румянцем во всю щеку. Следом впорхнула Ленка со смеющимися глазами. Нет, все же Оксану надо пригласить! Я встал и на слегка пружинящих ногах отправился в комнату домработницы. Краем глаза успел заметить, что Ленка усадила Светлану на колени изрядно захмелевшего адвоката.

Повариха, не смотря на свои сорок с хвостиком, была еще вполне трудоспособна. Вспомнился анекдот, где говорилось, что если утром домашние с вами не разговаривают, значит, пьянка удалась. В хорошем настроении, совершенно забыв постучать, я ввалился в комнату Оксаны. Грустная, с припухшими, вероятно от слез, глазами, она была удивительно хороша.

— Я вторично приглашаю тебя за стол, — выговорил я, весьма довольный собой, — пришел лично засвидетельствовать почтение…

После некоторых уговоров Оксана соизволила подправить макияж и, взяв меня под руку, на чем я убедительно настаивал, отправиться в банкетный зал.

За столом одиноко сидел Юра.

— А где?.. — показываю на пустые стулья.

Адвокат делает неопределенный жест и пожимает плечами. Ясно. Ну, Ленка…

— Юрок, позволь тебе представить… мою домра… э… мою Оксану, — я вывожу девушку, как на подиум, в центр зала. Она смущается, но тут Юра демонстрирует чудеса обаятельности. Вскакивает, целует ручку, подводит к столу и, осыпая комплиментами, наливает штрафной фужер. Оксана вопросительно смотрит на меня. Я милостиво киваю. Затем, чувствуя настоятельную потребность посетить туалет, удаляюсь. А хорошо бы, думаю, слушая журчание мощной струи и радуясь, что аденомы простаты у меня пока нет, сосватать Оксану за Юру. Она ведь не может жить у меня вечно. В конце концов, и жена вернется. Да и вообще, ей надо жизнь устраивать, а пара они хорошая.

На обратном пути я заблудился и по ошибке попал в спальню. Раз уж так вышло, пришлось немного передремнуть. Немного. Не более часа, наверное. Затем, вспомнив, что гостей оставлять одних неприлично, я вернулся в банкетный зал. К моему искреннему удивлению, за столом никого не было. Вздохнув и выпив вина я, припомнив расположение комнат, отправился на поиски гостей, а так же домработницы и кухарки.

Из первой же спальни для гостей раздавались звуки. По знакомому тембру я понял, что звуки произносит Светлана. Ленка, а она точно была в спальне — молчала. Очевидно, не имела физической возможности что-то произнести. Слушать причитания кухарки, которая через каждые несколько вздохов повторяла «ой, мамочка» было скучно, и я нетвердым шагом направился дальше.

Так, и где же наши голубки? Все остальные спальни оказались пусты. Оставалась только комната Оксаны наверху. С большим трудом одолев лестницу, я понял, что не ошибся.

Коридор и комната Оксаны тонули во мраке. Воспользовавшись темнотой, я встал у неплотно закрытой двери и прислушался. Мешало головокружение, которое в темноте, заметно усилилось.

— Не надо, — вдруг громко, но неуверенно сказала Оксана.

— Но я не могу, — страстно шептал адвокат, — я тебя сразу же полюбил…

— Нет… нет… я не сниму… — голос Оксаны становился все тише, а шепот адвоката Юры все настойчивей.

Дальнейших слов было не разобрать, пришлось немного приоткрыть дверь. Вуайеризация — это когда любят подглядывать. А когда подслушивать?

— Нет, пусти… я не хочу, — Оксана, видимо, активно сопротивлялась.

Войти в комнату и вызволить ее из рук развратного адвоката? Но ее ведь, не насилуют… Наверное, если захочет, она и сама освободится.

— Давай снимем и просто полежим, — послышался шепот хитрого соблазнителя.

Где уж ей устоять… А, собственно, почему бы и не устоять?! Разве верность женщины зависит от ее опыта в любовных делах? Или зависит? Голова закружилась сильнее. Приближался приступ тошноты. Пришлось опереться о дверной косяк.

Так вот… о чем это я? Да, отчего, собственно, зависит верность женщины? Это сложный вопрос…

— Мы просто полежим и пообнимаемся, — увещевал Юра, — ничего не будет.

— Ну, если просто…

Вот она — ловушка! В юности подобную тактику я называл «ступенчатая хитрость». Если женщине, при первом знакомстве, предложить поехать на квартиру и заняться любовью — откажут все. Если предложить выпить немного за знакомство — многие согласятся. Где выпить? Кабак? Шумно, вульгарно. Лучше на квартире. Только выпить, поговорить, послушать тихую музыку. И никаких глупостей! Затем потанцевать, пообниматься, просто полежать… Словом, преодолевая ступеньку за ступенькой, приближаться к заветной цели. Очевидно, так же делал и опытный развратник Юра.

И опять пробилась мысль — может не дать ему воспользоваться неопытностью молодой женщины? Но как же тогда их сватать?! Эта мысль молнией сверкнула в моей пьяной голове — соблазнил, подлец — женись, а не то… И все же… все же… Ведь та методика, которой он пользуется — это все равно, что изнасилование. В общем-то, все происходит против воли женщины, просто она не может ничего сделать не потому, что ей скрутили руки или угрожают, а потому, что все произойдет само собой, незаметно, спонтанно. Но она-то, ведь не хотела? Или, когда женщина говорит «нет» — это означает «да»? Совсем запутался…

— Нет, нет, — испуганно вскрикнула Оксана.

— Хорошо, как скажешь, — жарко шептал Юра, — только не отодвигайся, обними меня, мне так хорошо с тобой…

— Только ты… не…

— Конечно, все будет так, как ты захочешь. Обними.

Дальше слышались звуки поцелуев и легкие стоны Оксаны. Да, она всегда сильно возбуждалась от поцелуев взасос.

— Я люблю тебя, — шептал Юра, — люблю…

— А я люблю Никодима, — неожиданно четко сказала Оксана.

Может быть, теперь она образумится и не поддастся соблазнителю? Не знаю… Бедная девочка! Она любит другого, а ее принуждают отдаваться этому. Они, наверное, уже голенькие лежат. Осталась самая малость…

— Подожди… не надо… ты же обещал… ну, пожа… — звук смачного поцелуя, затем недолгая тишина… и мерный скрип кровати.

Вот и все. Он — в ней. Почему же я не помешал? Что меня остановило? Все рассуждения о сватовстве — попытка обмануть самого себя. Нет, мне хотелось, чтобы он соблазнил женщину, любящую меня. Мне хотелось испытать сложную гамму противоречивых чувств. Боль за наивную любимую девушку, которой хитростью