Снова моя - Надежда Марковна Борзакова

Ответа я ждала целых два часа.

Steklov Nikita: «Завтра на десять утра подходит?»

Уточнив у начальника, ведь на таких встречах обязательно его присутствие, я утвердила время. Интересно, а Ветров будет? В принципе должен. Но какой смысл тогда был присылать Стеклова, чтоб пропустить одну-единственную встречу? Претензий-то к чертежам и расчетам никаких не предъявили.

— Ну и дура же ты, Злата, — проговорила самой себе вслух.

Полная дура с неприлично короткой памятью. Потому как продолжаешь думать о нем после всего, что он натворил и после всех этих лет. Впрочем, думать — это не делать.

Именно поэтому сегодня никаких платьев. Брюки-сигареты небесного цвета, к ним пыльно-розовая блузка с высоким вырезом, практически скрывающим ключицы. Волосы я собрала в пучок, потом слегка подкрасила брови и ресницы.

Погода уже совсем весенняя, потому сверху тренч. Ну и не забыть солнцезащитные очки. Мне скоро двадцать семь, самое время подумать о том, как отсрочить первый визит к косметологу на уколы красоты. Заработать-то я заработаю, но лучше бы это пригодилось позже.

Прихватив сумку, я вышла из дому. Когда запирала дверь, включился телефон. Чертыхаясь, взяла его в руки. Звонил Стеклов. В восемь утра? Они там все офигели от собственной важности? Не буду брать, пусть совесть имеет. А если отменит встречу, то следующую назначу в следующий понедельник не раньше. У меня тоже время.

Когда выходила из парадного, телефон зазвонил снова и я снова сбросила. Следом за звонком пришло сообщение в мессенджер.

Steklov Nikita: «Злата, встречи не будет. Ветер разбился».

Несколько секунд я бестолково пялилась в экран смартфона, словно считала, что мне почудилось. Внутри все сжалось в дрожащий от страха комок. Показалось, что на плечи легла бетонная плита и я сейчас упаду от ее веса. Руки затряслись, я чуть не выронила смартфон.

Нажала на дозвон. Стеклов сразу ответил.

— Никита, что случилось? — прошелестела одними губами.

— Я же написал, — нервно выплюнул он. — Рус разбился. В больнице сейчас.

В больнице. Значит, живой.

*****

«Бизнесмен Руслан Ветров попал в аварию».

««Камаро» всмятку. «Ветер» долетался».

И еще десяток одинаковых заголовков. Руслан попал в аварию еще в середине ночи. Въехал в дорожный каток, оставленный на ночь из-за ремонтных работ. К счастью, никто не пострадал. Никто, кроме него самого. В стремительно исчезающих из сети статьях было указано, что в его крови было обнаружено одна целая и две десятых промилле алкоголя. Чертов идиот!

Злость на него за то, что сел за руль бухим в хлам, рискуя не только своей долбанной, никому не нужной жизнью, но и жизнями других, ни в чем не повинных людей, которые чисто случайно не встретились на пути, боролась с другими чувствами, идентифицировать которые я не собиралась.

Сидела у себя в кабинете, работала, сцепив зубы. Даже встречу с новым заказчиком перенесла с завтрашнего дня на сегодняшний. Не слишком-то профессионально, но он очень спешил поскорее начать работу и был такому предложению только рад. Еще раз просмотрела его запрос. Жилищный комплекс бюджетного класса на окраине города. Социальное жилье, которое можно приобрести по максимально человеческим условиям. Виктор Петрович и не подумал бы давать мне добро на работу с таким «не престижным» проектом, если бы это не был государственный заказ, а следовательно положительная реклама для нашей компании. Мне же было безумно приятно спроектировать дома для обычных людей, таких же, как я сама.

Накидав примерный, но максимально подробный план, я взглянула в зеркало, чтоб проверить макияж. Он был в полнейшем порядке. Но, вот честное слово, уж лучше бы тушь осыпалась. Это легко поправить. А вот как быть со взглядом, который прямо-таки горит от тревоги о том… О том, кто мне должен быть глубоко безразличен.

Я зажмурилась.

Тебя это не касается. Он тебе никто. Никто! Он жив, у него миллионы в кармане, вокруг него лучшие врачи. Ты ему не нужна. Так же, как и тогда. Думай о работе, Злата. Думай о работе!

Глубоко вздохнула. Открыла глаза. Улыбнулась краешками губ, слегка прищурившись и придавая лицу дежурно-приветливое выражение. Вроде бы неуместное из взгляда исчезло. Ну или померкло достаточно, чтоб стать нечитабельным.

Скинула документы на флешку и вышла из кабинета. По дороге к залу заседаний чуть не столкнулась с заказчиком.

— Добрый день, Матвей Александрович, меня зовут Злата, приятно познакомиться лично, — и протянула руку.

— Взаимно, Злата, — мужчина средних лет мягко улыбнулся, пожимая мне руку.

— Проходите, пожалуйста.

Присоединился босс. Секретарша принесла кофе. Переговоры начались. Легко, привычно, спокойно. Это моя стихия. Здесь я как рыба в воде. Жаль, охватившее меня привычное удовольствие, когда час спустя, мы договорились о сотрудничестве, меркло из-за… Других эмоций.

— Злата, ты с Ветровым связывалась? — спросил после завершения встречи начальник.

— Еще нет…

— Как нет, полдня прошло! Напиши обязательно, спроси как здоровье, и мне потом скажешь, что ответил. Не выделывайся, я тебя прошу. Просрем проект… Ты помнишь!

— Конечно, Виктор Петрович. Я все помню.

— Вот и умница, — он открыл дверь и пропустил меня вперед.

Умница, ага. Не буду я ему писать. Еще не поверит, что начальник попросил, подумает, что беспокоюсь. Скажу боссу, что не на связи.

— Ну как там Ветров? — и Яна тут как тут.

— Откуда мне знать? — я небрежно пожала плечами.

Направилась к себе в кабинет, но девушка ухватила меня под руку.

— Да сделай уже перерыв, пошли пообедаем.

— Работы много, Ян.

— Хочешь гастрит заработать, да? К врачу придется отпрашиваться. Как ты это переживешь?

Я жалобно заскулила, но дала себя увести. Яна права. Нельзя мне питаться дважды в день. Заболею, придется время и деньги на таблетки тратить. Оно мне надо?

Мы пошли в закусочную, находившуюся возле бизнес-центра. Яна заказала селедку под шубой, борщ с пампушкой, жареную картошку со свиной отбивной, а я ограничилась гречневой кашей и запеченной куриной грудкой.

— Профилактика гастрита, да?

— Один раз живем, — отмахнулась девушка.

Расплатившись за еду, мы сели за столик.

— Так что Ветров? Только не говори, что не узнала, как он.

— Не узнала, Яна. Какое мне дело до его самочувствия? Лишь бы сделку закрыли… Ненавижу, когда они висят в воздухе.

— Нельзя быть такой, Злат, — покачала головой девушка. — Он человек. А ты так равнодушно…

— Да, человек. Безумно богатый человек, который сел за руль бухой, попал в аварию, чудом никого не убил. Поверь мне, все с ним будет хорошо.

— Классовая ненависть — это не айс…

— Не нужно меня воспитывать, ладно? — я теряла терпение.

— Ладно-ладно, что ты так реагируешь? Не злись! —