Снова моя - Надежда Марковна Борзакова

Немногочисленные прохожие на улице на меня пялились. Еще бы, я же в одном платье и босиком, а на дворе февраль. Однако холода я не чувствовала. Не знаю, как вышло, что сумела поймать машину. Сунула водителю купюры, назвала адрес. А он их не взял. Так отвез. Бесплатно. Не задавая вопросов.

Возле общаги маячила одинокая мужская фигура в знакомой куртке. Коля. Он каждое утро бегает у меня под окнами. Увидит же сейчас. Ну и плевать.

— Злата? Что случилось? — крикнул на весь двор и бросился навстречу.

— Ничего, — одними губами прошептала я, намереваясь его обойти.

Но парень одним рывком поднял меня с земли на руки. Вот и хорошо, ведь ступни уже начинали неметь. Занес в здание общаги, поднялся на свой этаж.

— У меня нет никого.

Усадив на кровать, завернул в одеяло. Заметался по комнате. Ставил чайник, заливал кипятком пакетик в чашке…

— Пусть немного остынет, — поставил чашку на столик и сел возле меня, — Злата, что случилось?

— Поссорилась с Русланом. Ушла от него.

— В таком виде?

— Да, Коля, в таком виде. Еще вопросы будут?

— Извини… Дай ключи, я к тебе сгоняю, шмоток принесу.

Шмотки. Нельзя в таком виде по общаге лазить, будут слухи.

— Нет, я сама пойду, — я скинула одеяло и встала с кровати.

Пошатнулась, но удержала равновесие.

— Давай, провожу.

— Нет. Я сама.

Добравшись до своей комнаты, я тихо открыла дверь и мышью шмыгнула в полумрак. Прихватила полотенце, свои шмотки и пошла в душ. Став под еле теплые струи, намылилась. Смыла с сбея пену и снова намылилась. А потом снова и снова. Так, словно вода и гель для душа смогут смыть эту ночь. И эти полтора месяца. И эти его слова. Слух уловил чьи-то жалкие, детские хныканья. Оказывается, это я рыдаю. И на коже у меня алые отметины, так сильно я ее терла.

Поспорил.

Все слова, все взгляды, все признания — все вранье. Игра. Спор.

А я его любила.

И все теперь узнают.

У меня подкосились ноги и я осела на грязный поддон душевой кабины. Стало еще холоднее. Я сотрясалась от озноба и рыданий. Зубы стучали, я язык случайно прикусила и почувствовала во рту привкус крови.

Тот, кого я любила оказался самым настоящим монстром. Сволочью! Ничтожеством! Таким же, как и его дружки. А я сижу сейчас, отмораживаю зад и рыдаю из-за такого?

Думаешь, я сломаюсь из-за тебя, Ветер? Обломишься, понял?

Я встала на ноги. Подставила лицо под струи воды, обхватив себя руками, чтоб унять дрожь. Потом вытерлась и оделась. Замотала волосы полотенцем. Посмотрела на себя в зеркало. Глаза были красными, но взгляд решительный. Ну и пусть в глубине притаилась боль. Ну и пусть я ощущала себя осколками, валяющимися у ног того, кто был для меня всем. Плевать! Я буду высоко держать голову, как делала всю свою жизнь. Я выучусь, я вырасту, я поднимусь так высоко, что больше никто и никогда не взглянет на меня свысока. Я всего добьюсь! Всего, о чем мечтала столько лет и никто мне не помешает.

— Клянусь тебе! — прошептала я своему отражению.

Глава 19

Наши дни

Он не сильно изменился. Та же гора мышц, обтянутая дорогущим хлопком практически кежуальной рубашки в черную и белую клетку. Такая же длинная русая челка, спадающая на густые, но аккуратно выщипанные брови. Тот же надменный взгляд светло-карих глаз. Только скулы стали острее, чем были в двадцать два года, и резкая линия непривычной довольно длинной бороды это еще больше подчеркивала.

Они с Русланом были самыми красивыми парнями в универе. Такие разные внешне и настолько одинаково подлые и циничные мерзавцы.

— Добрый день, Злата, — официальным тоном проговорил Никита, — Меня зовут Никита Стеклов, я ответственный за проект. Теперь все вопросы, не требующие участия Руслана, будете решать через меня.

А вот взгляд, которым он окинул меня, к тону этому не подходил. Насмешливый, полный пренебрежения. Словно на букашку какую-то смотрел перед тем, как раздавить ее своим начищенным кожаным ботинком.

— Я вас помню, — медленно растянула губы в приторной улыбке я. — В одном университете учились. Что ж, давайте пройдем в зал заседаний?

По лицу мужчины пробежала тень. Ждал другую реакцию на себя, да? Затем и нужно было изображать, что не знакомы. «Милостиво» уберег меня от неловкой ситуации, сделав вид, что не узнал.

И не думая ждать, что он откроет мне дверь, я надавила на ручку и, толкнув ее, зашла в переговорку. Включила свет, плазменный телевизор и ноутбук.

— Выпьете что-нибудь? Возможно, чай, кофе? — спросила, морально подготовившись к какому-нибудь мерзкому ответу в Стекловском стиле.

— Кофе, пожалуйста.

Внутри даже какое-то разочарование появилось. Зачем ты, Гад Ветров, отправил тогда сюда своего омерзительного дружка, если он не будет пакостить? Впрочем, это ведь только начало встречи. Набрав секретаря, я озвучила пожелания, добавив стакан воды для себя. Когда все принесли, я запустила демонстрацию видеофайла и приступила к презентации. Всеми силами постаралась привычно абстрагироваться от всего, кроме работы. Он представитель заказчика. Все. Точка. Моя задача рассказать, показать, ответить на вопросы и учесть пожелания, если те возникнут.

— На этом все, благодарю за внимание, — проговорила я и сделала маленький глоток воды из стакана. Хоть я давно уже привыкла не забывать пить, когда приходится много говорить, во рту была пустыня.

— Пришлите мне все в электронном виде, хочу еще раз пересмотреть, — после паузы сказал Стеклов. — Адрес отправлю вам в мессенджер, номер мне Руслан передал. Завтра до конца рабочего дня отпишусь.

— Хорошо.

— Тогда все, — он поднялся.

— Всего доброго.

И не думая провожать, я просто подождала, пока широкая стекловская спина исчезнет за дверью переговорки. Потом все отключила и пошла к себе в кабинет.

Ветров прислал вместо себя этого поганца? Что ж, так даже лучше, значит, вполне вероятно мы с ним больше и не столкнемся. Разве не этого я так сильно хотела почти полтора месяца?

На следующее утро пришло сообщение от Стеклова. Проект утвержден. Что ж, самое время заказывать макет. Потом финальная встреча и… И считай все! Неужели он и правда оставит меня в покое? И начнется прежняя жизнь, без призраков прошлого? Честно говоря, я не могла в это поверить.

Но дни бежали за днями, а от Ветрова ни слуху, ни духу. Вот и замечательно! Когда был готов макет, я написала об этом Стеклову.

Zlata Frolova: «Добрый день! Никита, макет готов. Предлагаю согласовать