Мой Ангел - Амели Хоуп

В конце довольно-таки вымотанная, я передаю эстафету спетому в этот вечер дуэту и падаю на диванчик, где всячески старалась подбадривать ребят.

А что дальше было для меня словно накрыто белой пеленой, из последнего, что я помню, как я оказываюсь в чьих-то руках.

Глава 28. Маргарита

Просыпаюсь оттого, что жутко воротит. С постели прямиком бегу в туалет. Вся вчерашняя съеденная закуска возвращается обратно на этот свет. Причём, кажись, в том же порядке в каком она принималась. Всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно.

Неужели я передумала и всё-таки решила с ребятами выпить? — Незамедлительно задаюсь вопросом.

Да, нет! — Здесь пресекаю попытку на себя беспричинно наговорить.

Просто устала. Потому незаметно для себя и уснула в баре. Только перед Ромой стыдно. Пригласила отдохнуть, а в результате заставила его нести себя сонную до такси. Благо, что по пути очухалась и без чьей-либо помощи доковыляла домой.

Провожу пальцами по запутанным волосам и осматриваю себя в зеркале — бледная как поганка. Голова не болит, но тяжесть присутствует, будто снова хочется прислониться к подушке и пару часиков подремать.

Умываюсь водой, слегка похлопываю по щекам, ускоренно приводя себя в чувства.

— Рит, всё в порядке? — Машуня заглядывает в ванну.

Не совсем вовремя. Моя поза — припирающая себя руками к раковине для баланса уже является точным ответом. Но я имею совесть слегка приврать для красоты, да и вдруг всё же проскочит.

— Да, я сейчас выйду, — говорю, а самой не верится, что самостоятельно смогу дойти. Ноги, оказывается, пока сюда бежали, истратили все свои силы, и сейчас стали как ватная масса, и скорее не они ведут меня, а я их за собой тяну по полу.

Несколько минут пережидаю череду позывов на рвоту и, наконец, выползаю. В комнату пойти и прилечь на мягкую кровать — это единственное имеющееся желание, которое пропадает, когда вижу две пары глаз, караулящих из-за угла.

Потому уныло волочу на кухню своё тело, поди явно не принадлежащее сегодня мне.

— Доброе утро, — сажусь на свободное место и подпираю себя локтями об стол, лишь бы не свалиться.

— Ты вчера под столом втихую пила, признавайся? — Толкает меня в плечо. Киру весьма забавляет ситуация, это очень слышно по заливистому смеху.

Пребывая в таком состоянии, даже и не удивлюсь, что так оно всё и было.

А если честно, помнится мне, пили они, а отыгрывается судьба на мне. Ладно Маша, для приличия выпивала. Но Кира-то. Почему она выглядит намного свежее меня? В чём секрет?

— Лучше была пила, — успеваю сказать до накатывающегося нового рвотного приступа.

Реакция моего организма поражает. Я же всего-навсего в мыслях подумала о пище.

Хорошо, убедил, — по пути к керамическому другу клятвенно обещаю не упоминать о еде.

— Может, ты траванулась? — Кира бросает мне в спину. Какая подруга, однако ж, догадливая. Никогда бы сама до этого не дошла. И правда, мутит и мутит — может, жопа болит?! Она такого обо мне мнения?

В ванну залетаю, а не вхожу. И сразу прямиком к унитазу.

Пять минут извергаюсь подобно вулкану. Я обезвожена. Ощущаю пустоту. Отчего сильнее подташнивает. Думаешь о еде плохо, не думаешь, оказывается, тоже дело неблагодарное.

Двери в ванную комнату открываются, и ко мне медленно шагает, словно подкрадывается, чтобы не спугнуть, Маша.

— Рит, — убирает с лица упавшую прядь волос, — может… — не успевает договорить.

Я в это время щедро отдаю этому миру, кажется, последнее, что есть в моём организме.

— Согласна, — киваю ей. — Не полегчает, вызову врача. Сделают промывание и заново заживу, — слабо улыбаюсь.

— Это вряд ли поможет, — крепко обхватывает меня за плечи. Замечаю, как подруга, силится что-то добавить. — Рит, — нервно сглатывает, — ты, возможно, беременна, — отрезает она одним махом.

— Маш. — Злостно осекаю её.

— Да всё я знаю, Рит. И про токсикоз, кстати, тоже. Конечно, обычно он ближе к пятой неделе нагрянывает, но и на первых неделях это не исключено. Вот у моей двоюродной сестры Ирки проявился сразу после задержки. Ох, как она мучилась весь первый триместр. А если и у тебя…

— Я не беременна. Вот это то, что исключено, — словами рву себя на части.

Я даже думать себе этого не позволяю. Раньше всё бы отдала, лишь бы это счастье случилось со мной. А уж тем более от Максима. Только не сейчас, когда чувствую, что больше не выдержу. Первый раз сумела, во второй раз я сломаюсь окончательно. Тешить себя мнимой надеждой, чтобы что?

— Маш, оставь меня, пожалуйста, одну, — прошу, медленно сняв со своих плеч руки.

Она уйдёт, и я справлюсь. Заглушу в себе боль и снова выйду на люди с улыбкой.

— Хорошо, — с принятием в голосе говорит мне подруга. Встаёт и у дверей ненадолго задерживается. — Всё же сдай анализы, Рит, — и закрывает за собой дверь.

Глава 29. Маргарита

Вчера с грустью на глазах проводила своих девчонок. Не хотелось расставаться, но пришлось. Следующая встреча, не думаю, что будет так скоро. С нашими графиками остаётся лишь мечтать об этом. Да и моя прихоть — встречаться на моей территории тоже играет здесь немаловажную роль, поскольку в родной город я не скоро планирую возвращаться. Москва стала нашим местом сбора.

После совета Маши, вопрос о моей беременности в течение прошлого дня не поднимался. На оставшиеся часы мы немного погуляли в парке, посидели в кафе, на большее я не была горазд. Вялость, лёгкое головокружение, волнами накатывающаяся тошнота — не покидали меня целый день. Вечером, проводив их в аэропорт, я расцеловала обеих на прощание и на такси вернулась в тихую квартиру, которую с подругами такой было трудно назвать. Укуталась в одеяло и моментально заснула.

Проснулась сегодня я, как ни странно, в плохом настроении. Хотя моё утро не сопровождалось никакой тошнотой, головной болью, усталостью. Зато лёгкая раздражительность проявлялась во всём: домашние тапочки оказались на пять сантиметров правее отведённого им места; холодильник шумит громче обычного, в связи с чем в интернет-магазине присмотрела себе новый, с обязательной характеристикой — бесшумный. С филе курицы ещё хуже обстояли дела. С ней я распрощалась сразу же как начала закипать водичка. Запах в квартире стоял такой, что бедная курица очутилась в мусорке, не успев даже довариться. Потому завтракала