Долгая помолвка - Люси Монро

На следующий день Анджела встала рано, и, когда Захир отправился на совещание, она вышла из отеля вместе с ним. Все утро Анджела посвятила знакомству со стендами немецких салонов и бутиков. Она сделала много фотографий, провела массу мини-интервью.

Ее беременность дала о себе знать к ланчу, и Анджела вернулась в отель, чтобы перекусить и вздремнуть.

Проснувшись, она снова ощутила голод и решила поесть в ресторане гостиницы, прежде чем вернуться на показы Недели моды.

Метрдотель с удивлением взглянул на нее и быстро переговорил по-немецки с подошедшим официантом. Анджела ничего не поняла, так как плохо знала немецкий язык. Затем метрдотель повел ее в дальний угол ресторана, где стоял один-единственный столик и откуда открывался чудесный вид на сад.

Анджела залюбовалась красивыми клумбами и газонами и не сразу заметила людей, сидевших за столиком, к которому ее подвел метрдотель. Щелкнув пальцами, он велел официанту принести третий стул, потому что два других стула были уже заняты.

Захиром.

И Эльзой Бош.

Лицо Захира оставалось невозмутимым, но Эльза, казалось, была удивлена и раздосадована.

Эту интересную реакцию Анджела отметила непроизвольно.

Официант протянул ей меню, но Анджела отмахнулась:

– Будьте добры, принесите мне салат «Цезарь».

Она не знала, есть ли салат в меню, но не сомневалась, что повар приготовит для нее нечто подобное. Ей потребовалось огромное усилие воли, чтобы сохранить спокойствие, оказавшись за одним столом со своим будущим мужем и его бывшей любовницей.

Официант ушел, и Анджела выдохнула, хотя не осознавала, что задержала дыхание:

– Гм… я обескуражена. – Так как никто из присутствующих не ответил, она повернулась к Захиру: – Не хочу быть грубой, но ты говорил мне, что решил эту проблему.

Эльза недовольно фыркнула, но по-прежнему молчала.

– Я думал, что решил, но возникли новые обстоятельства.

– Она снова пытается шантажировать тебя? – спросила Анджела на арабском языке, уверенная в том, что никто из официантов не поймет ее и не помчится рассказывать о скандале репортерам.

Она не пыталась скрыть ни свое возмущение, ни свой шок.

– Нет, – коротко бросил он.

– Не знаю, радоваться мне или огорчаться.

Возможно, неделю назад ее реакция была бы совсем другой. Но сейчас Анджела решила поверить Захиру. Полностью и безоговорочно.

– Эльза – не шантажистка, – заявил Захир.

Анджела взглянула на сидевшую напротив нее женщину:

– Нет? Ты считал, что она шантажистка.

– Она не отрицала этого, когда я пригрозил обанкротить ее фирму, если хоть одно фото просочится в прессу.

– Но, наверное, редакции газет и журналов хорошо заплатили бы ей за большую статью, где она подробно рассказала бы о ваших отношениях.

– Эльза подписала документ, в котором обещала молчать. В противном случае ей пришлось бы вернуть мне каждый цент, который я потратил на нее.

– И она решила, что шантаж сойдет ей с рук?

– Она не шантажировала меня, – повторил он.

– Это был мой брат, – сказала Эльза на английском языке.

– Ваш брат?! – воскликнула Анджела, тоже по-английски.

– Он ничего не подписывал. – Эльза пожала плечами. – Он просто идиот. Он не понимал, какие последствия ждут меня. Мне до сих пор приходится расплачиваться за него.

– Эльза пришла сюда, – сообщил Захир, – чтобы передать мне все распечатанные фотографии, а также жесткий диск и флешку своего брата, где эти фото хранились в электронном виде.

– У него могут остаться копии.

– Нет, – твердо сказала Эльза.

– Вы даете слово? – спросила Анджела слегка утомленным тоном, чем была весьма горда, потому что в душе ее бушевал поток эмоций.

Эльза изящно повела плечами.

Взгляд Анджелы остановился на Захире. Она хотела увидеть его реакцию, но он внимательно смотрел на нее, и только на нее.

– Ты веришь ей? – спросила Анджела.

– Не имеет значения, верю ли я или нет.