Влюбленный эльф - Михаил Эм

На пятый день подземного путешествия «Червь» замер без движения. Его головные сегменты приняли горизонтальное положение, тогда как остальные находились в наклонном, что заставляло предположить: голова землепроходческого комбайна высунулась наружу и лежит на поверхности, тогда как хвост остается в земле, готовый в любой момент дать задний ход. Судя по суете, в которой пребывали обитатели «Червя», предположения Ариэля были верными.

Наконец люк открыли, и эльфийцы выбрались наружу: Ариэль, которому пришлось дожидаться прихорашивающуюся Мюриэль, выбрался из «Червя» с некоторым опозданием.

Какое счастье глотнуть свежего воздуха после недельного пребывания под землей! Облака, которые обычно не замечаешь, приветливо плывут над головой, ветерок легко обдувает соскучившееся по движению тело. И солнце — конечно, солнце! Солнечные лучи согревают, заставляя потягиваться, расправлять крылышки и стремиться навстречу жизни, какой бы она ни была.

Местность, открывшаяся перед эльфийцами, была сельской — показательно патриархальной, с лугами, разделенными светлыми перелесками, и фермерским домиком на переднем плане. К домику примыкали ограды, за которыми нагуливал бока разнообразный скот: свиньи, коровы, лошади. За сетчатыми оградами копошилась домашняя птица: куры, гуси, индейки.

Хозяином всего этого добра был седой гоблин, одетый в потертый хитон и резиновые сапоги.

Сейчас гоблин занимался делом: срезал жир с боков свиньи, зажатой в специальные колодки и истошно визжащей. Срезанный жир гоблин складывал в эмалированный таз, явно гномьего производства.

Рядом гоблином стояли Варсиэль и Грач — в ожидании, когда сельскохозяйственный производитель закончит свою тяжелую работу.

Гоблин срезал последний кусок жира с боков хавроньи и похлопал ее по голову задку, после чего поднял с земли ранее отстегнутую свиную кожу, и принялся пристегивать. После того, как кожа вплотную прилегла к свиным ребрышкам, гоблин еще раз осмотрел животное и ослабил колодки. Свинья с радостным хрюканьем вырвалась на свободу и помчалась за ограду к товаркам. В сравнении с ними, упитанными и довольными жизнью, лишившееся жировой прослойки животное выглядела как скелет после двухлетнего заточения в концентрационном лагере.

Гоблин взял таз, полный жировых отложений, и пошел в дом, за ним направились Варсиэль с Грачом.

— Папа, я покажу Ариэлю фермерское хозяйство! — крикнула Мюриэль.

— Хорошо, — согласился Варсиэль.

И гоблин тоже согласно махнул рукой, давая понять: показывай, мол, что хочешь, только под ноги не попадайся.

— Этого гоблина зовут Брогг, — пояснила Мюриэль. — Мы у него продукты давно закупаем, циклов десять. До этого закупали у другого гоблина, но его я плохо помню, давно дело было.

Они с Мюриэль направились к одной из построек, которых в фермерском хозяйстве было множество. Дойдя до нужной постройки, девушка полезла по приставной лестнице на крышу — юноше ничего не оставалось, как последовать за ней.

— Смотри, — сказала Мюриэль, когда ее талия достигла крыши.

Ариэль встал на ту же ступеньку, прижимаясь бедрами к попе Мюриэль и бережно отводя ее крылышки в сторону. Ступенька могла переломиться под тяжестью двух тел, но Ариэль чувствовал: не переломится — не может переломиться, потому что девушка в его объятиях, и с ними ничего плохого не случится.

На крыше была устроена голубятня. Голуби — белые и сизые — вились вокруг ровной выгнутой белой поверхности, формой сильно напоминавшее яйцо, но такое громадное, что страшно было представить, какой монстр может из такого яйца вылупиться.

— Неужели яйцо? — изумился Ариэль.

— Голубиное.

— Не смеши. Ни один голубь не сможет снести такое.

— Они его не поодиночке несут, а коллективно.

— Что значит коллективно? Каким образом?

— Не знаю, одна их таинственных гоблинских биотехнологий.

— Что же из такого яйца вылупится?

— Как ни странно, голуби, только во множестве. Однажды я наблюдала процесс вылупления: повеселилась от души. Скорлупа раскололась, а из нее как выпорхнет целая стая! А за ней вторая! Такое столпотворение на крыше, я чуть не свалилась.

Вдоволь налюбовавшись видом голубиного яйца, они полезли вниз.

— Не понимаю, как гоблины конструируют животных, — заметил Ариэль. — Такое никакой магии не под силу.

— Они не используют магии.

— Тем более.

— Наверное, гоблинам тоже невдомек, каким образом эльфийцам удается использовать магию.

— Может быть. Но, если гоблины такие мастера в биотехнологиях, могли поработать над собой.

Ариэль и Мюриэль засмеялись: для них, как для любых эльфийцев, внешность гоблинов казалась малосимпатичной.

— Идем, здесь есть еще что посмотреть, — Мюриэль потянула юношу за рукав.

За оградой паслись молочные коровы: крутобедрые, довольные жизнью, с увесистыми молочными органами.

Молодые эльфы перелезли через ограду и приблизились к стаду. Мюриэль подозвала одну из коров: та, помахивая хвостом, доверчиво приблизилась.

— Хорошая, хорошая, — девушка погладила животное по толстой коже, затем наклонилась к вымени.

Раздался легкий щелчок, и через мгновение Мюриэль разогнулась, держа в руках отстегнутое вымя. Девушка подняла вымя над головой, запрокинула голову и нажала на коровий сосок, из которого полилось в рот парное молоко.

— Вкусно!

Ариэль принял вымя из ее рук и попробовал.

— Действительно вкусно.

— Гоблины умеют выращивать коров, дающих молоко с яблочным или сливовым вкусом. Однако, Брогг консерватор, придерживается старых традиций.

— Ничего себе!

— Ты еще не видел кур. Пойдем покажу.

Мюриэль наклонилась к корове и пристегнула вымя обратно, после чего они направились в куриный вольер.

Куры хлопотливо расхаживали за сетчатой решеткой. Сначала Ариэль не понял, чем гоблинские куры отличаются от прочих, но, сообразив, изумился. В вольере выращивались шерстяные куры — то есть обычные куры, но имеющие шерсть вместо перьев. Ариэль не мог узнать, какова куриная шерсть на прочность — птицы находились вне зоны его доступа, — но на вид это была обычная шерсть: не длинная, но, насколько можно было судить, толстая. Расцветки куриной шерсти были самыми разнообразными.

— Кур даже не нужно стричь, — рассказала Мюриэль. — Раз в миллицикл сами линяют. Полностью сбрасывают шерсть. Остается только подобрать ее и промыть, а затем уже можно использовать по назначению.

— А эти куры несут яйца? — поинтересовался Ариэль.

— К сожалению, нет. Куры шерстяной породы живородящие.

Пока молодые эльфы рассматривали фермерские диковинки, Брогг и Варсиэль, кажется обо всем договорились и хлопнули по рукам.

Брогг отворил амбар, и Грач с Рыжим принялись выносить из него ящики с фруктами. К удивлению Ариэля, на ящиках была приклеена этикетка: «Выращено в Эльфийской конгломерации».

— Нам сложно забирать фрукты на родине, мы же в розыске, — сказала Мюриэль. — Брогг заказывает фрукты специально для нас. Но из его продуктов мы тоже что-нибудь возьмем, из съедобного.

— Извини за вопрос, а чем вы расплачиваетесь с гоблином?

— На момент бегства у отца имелись накопления. К тому же, изредка нам попадаются месторождения драгоценных