Будь со мной - Виктория Горкушенко

раскладной стол. Женщины быстро накрыли его и позвали усаживаться. После разговора с дядей Димой, я совсем погрузился в свои мысли. Очнулся только под бой курантов. Мы чокнулись бокалами, а немного погодя, брат подал мне сигнал. Я помог встать ему на одно колено.

— Моя милая красавица, — начал он, — мы знакомы с тобой недавно, но с самого первого дня все, чего я хочу — это защищать тебя, оберегать, любить, холить и лелеять. За эти 3 недели мы многое пережили, но это время показало нам, что наши чувства сильны, независимо от обстоятельств. Без тебя я был так одинок и несчастен. У меня был только Кир, ты же подарила мне семью, — он посмотрел с улыбкой на родителей Леры. — Взамен, я тоже хочу подарить тебе большой и задекорированный по твоему желанию дом, заботливого мужа, маленьких, похожих на тебя детей. — Макс достал телефон и открыл какую-то таблицу. — И я обещаю, что эти дети будут от меня. — Я был рад за брата. У него могла быть полноценная семья с его биологическими детьми. — И хочу до самой глубокой старости делать тебя счастливой. Я безумно люблю тебя. Ты выйдешь за меня?

Она ответила согласием и со слезами на глазах кинулась в его объятия.

Я, не отрываясь, смотрел на них и думал. У моего брата теперь есть невеста, совсем скоро пойдут дети, а что будет со мной? Я так и буду возвращаться в свою пустую квартиру?

Ну уж нет.

Сегодня новый год и когда, если не сейчас должны случаться чудеса.

Я помог Максу встать, а затем сказал:

— Поздравляю вас, ребята, но мне нужно бежать.

Я подошел к подоконнику, схватил какой-то симпатичный цветок в горшке, — ведь сейчас 12 ночи и даже круглосуточные цветочные не работают в эту ночь, — а затем добавил:

— Нужно завоевать одну девушку, — и побежал в свою квартиру.

Такси заказать не удалось, но это совсем не остановило меня.

Через час я стоял возле ее дома, как дурак с цветком в руке.

Я достал телефон из куртки и набрал ее номер.

Шли гудки, но она не отвечала. Я написал сообщение, в надежде, что она увидит текст и откроет шторы своей комнаты, в которой горел свет, но она и этого не сделала.

Ладно. Значит, настало время для кардинальных мер.

— А-а-ли-и-са-а, — закричал я.

Если у нее не работает телевизор, то она должна меня услышать…как и весь дом.

Люди, стоявшие возле подъездов и отмечающие Новый год, подошли на мой зов.

— Что? Не пускает? — спросил один из мужчин, очень пьяный на вид.

— Да, — грустно вздохнул я. — Я сам в этом виноват, но хотел бы все исправить.

И тут, к моему удивлению, эти незнакомцы начали хором кричать «Алиса».

Я в надежде посмотрел на окно.

Дыхание застряло в горле.

Она стояла там, грустная и обескураженная, но она стояла так за окном.

— Пусти его, девочка, — горланил пьяный мужик.

— Да-а, — хором поддержали остальные.

Она нехотя кивнула и махнула мне головой, как я предполагаю, в сторону домофона.

Я набрал номер квартиры и стал ждать.

Дверь открылась, и я улыбнулся.

Потянув дверь на себя, я обернулся и поблагодарил всех этих людей.

— Сделай так, чтобы наши усилия были не напрасны, — проинструктировала одна из женщин.

Я кивнул и зашел в подъезд.

Квартира Алисы была открыта.

— Чего ты хочешь? — спросила она, стоя в дверях и скрестив руки на груди.

В ее квартире было тихо.

Она явно была одна, судя по ее пижаме.

— Тебя, — просто ответил я и начал оттеснять ее вглубь квартиры, закрывая за собой дверь. — С новым годом, — я вручил ей уже замерзший цветок.

Алиса фыркнула и молча забрала цветок.

— Зачем ты пришел, Кир? — она посмотрела на меня, но я ничего не увидел в ее взгляде. Абсолютная пустота.

Может, я уже опоздал? Может, она ко мне давно ничего не чувствует?

— Нам нужно поговорить, — не дожидаясь ее приглашения, я разулся, разделся и вошел в ее комнату.

— Ты продолжаешь это повторять, но нам не о чем говорить, — заявила она, следуя за мной.

— Хорошо, тогда говорить буду я, а ты только слушать, — я развернулся и вплотную пошел к ней.

Ее дыхание сбилось, стоило мне коснуться своей грудью ее груди.

Хорошо. Значит, еще не все потеряно.

Я забрал у нее цветок и поставил его на стол рядом с нами.

Она откинула голову назад, чтобы видеть мое лицо.

— Не знаю даже с чего начать, — я провел рукой по своим волосам, взъерошивая их и пытаясь придумать откуда начать историю. — Когда я познакомился с тобой в зале, я убеждал себя, что ты лишь вызов. Когда водил на свидание, убеждал себя, что хочу лишь трахнуть тебя, — я увидел боль в ее глазах. — Но правда в том, что это никогда не было игрой, Алиса. Ты никогда не была вызовом.

— Я тебе не верю, — ответила она. — Знаешь, я лишь одного не понимаю. Зачем ты так все затянул? Ты мог трахнуть меня в машине после первого свидания, и я позволила бы это сделать. И это не было бы так больно, как когда ты проник мне под кожу и сбежал.

— Это никогда не было лишь про секс. Ни-ког-да! — я взял ее за плечи. — При каждой нашей встрече я был искренен с тобой. Отдавал всего себя.

— Тогда почему ты ушел? — закричала она.

— Потому что я долбанный трус, — прокричал я в ответ, а затем тихо повторил: — Я долбанный трус. Я испугался своих чувств к тебе и сбежал.

— И ты думаешь этого достаточно, чтобы я простила, забыла и мы двигались дальше? — спросила она рвано дыша.

— Нет, — ответил я и нежно провел пальцами по ее рукам. Она задрожала от моего движения. — Но ты можешь дать мне шанс?

— Шанс?

— Да, для нас. Будь со мной, — я обнял ее здоровой рукой за талию, и она не сопротивлялась.

Я уже думал, что вот он мой шанс, но ее следующие слова убили во мне всю надежду.

— Быть с тобой? Чтобы ты снова трахнул и разбил мне сердце? — она сделала шаг назад и мои руки упали вдоль тела.

— Если хочешь у нас не будет секса, — ответил я.

Алиса действительно рассмеялась. Немного напоминало истерический смех.

— Ты объявишь целибат? Не-ет, невозможно. За последние полтора месяца о твоих похождениях слагали легенды в спортзале.

Я поморщился от этих слов.

Блять.

Так грандиозно облажаться надо уметь еще.

— Я пытался забыть тебя и делал это как умел, — попытался защититься