Легенда о рыжем драконе - Милена Кушкина

Для начала мужчины под руководством Корса демонтировали все разбитые стекла первого и второго этажей, заменив их тем, что нашли на третьем. Учитывая малое число обитателей замка, мы решили сосредоточить свои усилия на обустройстве второго этажа в качестве жилой зоны, а третий временно закрыть, наглухо забив окна досками.

Наши куры чувствовали себя прекрасно. Белта взяла на себя всю заботу о пернатых и часами могла возиться с ними, собирая для них траву или обустраивая гнездо. Ее подопечные были довольны, и мы ежедневно получали около десятка яиц, что позволяло есть на завтрак омлеты и запеканки. Это несколько мирило нас с тем, что на обед и ужин были, в основном, рыбные блюда, хоть я и пыталась замаскировать надоевший всем вкус, добавляя в котлеты, пироги и паштеты привезенные с собой пряности и травы.

Настоящей радостью для жителей замка стал первый хлеб, который я испекла на выращенной ржаной закваске. Горячий, ноздреватый, с небольшой кислинкой – кажется, он даже остыть не успел, как был съеден до последней крошки.

Постепенно мы очистили все спальни второго этажа, однако расселяться по ним не спешили. Из-за отсутствия горничных порядок приходилось наводить своими силами. Все жили в общих комнатах и по очереди наводили порядок в остальных.

В итоге к концу второй недели я все-таки съехала в отдельную небольшую комнату ближе к лестнице, а Анита и Белта остались жить в большой общей. Им только поставили еще одну кровать и гардероб. Спустя какое-то время Корс также переехал в отдельную комнату, тогда как Дилан и Шер были вполне довольны соседством.

Эту комнату я постаралась обустроить по своему вкусу: небольшая кровать с упругим матрасом, мягкий ковер на полу, у окна стол с письменными принадлежностями, комод с зеркалом и небольшой гардероб. Вещей у меня было не много, но возможность иметь личное пространство, в которое никто не проникнет без моего разрешения, давало чувство уверенности и защищенности. Для завершения картины не хватало только переклеить на стенах выцветшие и местами порванные обои, но я решила, что эта задача в настоящий момент абсолютно не актуальна и на качестве жизни не отражается.

Совершенно устав от рутины, я предложила девушкам прогуляться по окрестностям. Со дня высадки на остров мы ни разу не покидали пределов замка, а потому, объявили выходной и отправились на прогулку. Корс и Шер составили нам компанию, тогда как Дилан и Ганс отправились на рыбалку.

Мы спустились вниз по серпантину на телеге. Стоял жаркий летний день, легкий морской бриз трепал подол платья. В воздухе плыл аромат цветов, а над склоном кружили большие яркие стрекозы. У пристани дорога не заканчивалась, а сворачивала в глубь острова. Нам стало любопытно, и мы отправились исследовать неизвестное.

Лошадь медленно ступала по каменистой дороге, где то тут, то там уже прорастал кустарник. Дорога была прямой и когда-то ровной, а вдоль обочины стояли высокие деревья, на которых зрели круглые плоды.

– Что это? Никогда таких раньше не видела, – сказала Анита, указывая на них.

– Это знаменитые рыжики, которые растут только здесь, – ответил Корс, и, встав во весь рост на телеге, сорвал каждому из нас по плоду.

Я протянула руку за своим. В ладонь лег теплый, гладкий, с мелкими порами желтовато-зеленый плод с узнаваемым цитрусовым ароматом.

– Апельсин, – прошептала я и принялась счищать кожуру, чтобы проверить свою догадку.

Аромат стал еще сильнее, и сок брызгал во все стороны. Это действительно был апельсин. На вкус он оказался кислым, а цвет мякоти был бледно желтым. Белта попробовала угощение, скривилась и выплюнула, толком не прожевав.

– Кислятина! – воскликнула она.

– Кажется, они еще не созрели, – заметила я, и остальные не стали пробовать незнакомый фрукт.

Тем временем мы пробирались все глубже к центру острова. Дорога была заросшей, но проехать по ней было вполне реально. Видно, раньше ею активно пользовались.

– А куда ведет эта дорога? – спросила Белта, сидя на краю телеги и весело болтая ногами.

– В глубине острова раньше была деревня, где жили крестьяне, – ответил Корс, – сейчас там никого нет.

Через несколько минут деревья расступились, и мы выехали на открытую местность, оказавшуюся окраиной заброшенной деревни. Тут и там виднелись покосившиеся домики, давно непригодные для жизни. Прогнившие крыши, треснувшие и местами выбитые стекла и заросшие калитки выглядели грустно и немного зловеще.

– Что-то мне не хочется здесь гулять, – капризно заявила Анита. И в этот раз я была с ней согласна.

Однако, мужчины были другого мнения. Поэтому мы слезли с телеги и отправились исследовать деревню. Кажется, жители в спешке покидали свои дома. Тут и там виднелись заржавевшие от времени инструменты, обломки домашней утвари, даже детские игрушки.

Мы заглянули в пыльные окна. В домах на столах стояла брошенная посуда, на кроватях лежало ветхое белье. Наверное, мы смогли бы найти здесь полезную домашнюю утварь и посуду, однако заходить внутрь желания не было.

– Как давно эти дома пустуют? – спросил Шер, пытаясь открыть входную дверь ближайшего к нам домика, но та не поддавалась.

– Насколько я знаю, здесь уже полвека никто не живет, – ответил Корс.

Кажется, он не просто получил должность управляющего, но и ознакомился с природой и историей острова. Значит, не так уж он и беспечен и прост, как хочет казаться.

Прогулка по заброшенной деревне все больше напоминала мне один из фильмов ужасов, которые я смотрела в прошлой жизни. Вот сейчас должна заиграть тревожная музыка, а через мгновение из-за угла выбегут зомби. Но минуты шли, никто на нас не нападал.

Наконец, мужчины, удовлетворенные осмотром, вернулись к телеге, и мы тронулись в обратный путь.

– Шер, можешь притормозить? Нам надо набрать еще рыжиков, – попросила я, – попробую приготовить из них что-нибудь. Только надо выбирать те, что висели на солнце и стали оранжевыми.

Мы набрали еще целую корзину ароматных апельсинов. Уж в чай или варенье их можно будет пустить.

Когда вывернули к пристани, то увидели, как к причалу подошла лодка с Гансом и Диланом. Корс и Шер поспешили помочь вытащить улов. А мы подошли посмотреть поближе – несколько крупных рыбин с жесткой чешуей, которые мы с Гарой пытались разнообразно готовить, используя всю нашу фантазию.