Подлец - Мия Блум

- Да, а почему нет? Верочка же приезжала, помнишь? - не упускаю возможности уколоть.

Смотрит на меня недовольно, и я сжимаюсь. Чувствую, как его бесит присутствие друга и что получу за это.

- Обед есть? – бросает сумку на пол.

Вспоминаю фотографии, которые видела у Даши, и становится противно. Лобстеров, ясное дело, дома не водится, но, видимо, актер готов есть тут и вареную колбасу.

- Нет обеда.

- Это ты так мужа ждала? – выдает претензионно.

- Денег нет на еду. Уж прости. И на кредит тоже. Привез финансы? - нагло спрашиваю.

- Я что, банкомат? Люди и на десять тысяч в месяц живут и не жалуются, - отвечает привычно.

Аркадий понимает, что лишний, и аккуратно уходит в комнату детей.

- Ты какого хера хорька притащила? – тут же агрессирует Мирон. – Спишь с ним? Всегда знал, что раздвигаешь, пока я пашу как вол.

- Тебя правда волнует этот вопрос? Сам имеешь кого угодно, но со мной права качать решил? – выплевываю зло.

- Что несешь? Не понимаю, Нин, ты злишься? – меняет тон.

Впервые я вижу такой переход и замечаю, что он хочет расположить меня к себе.

- Я подаю на развод. Все кончено, - не тяну с главным вопросом.

Немое молчание, которое длится вечно, убивает.

- Развода не будет, я не отдам тебя никому, - удивляет муж.

- Что ты несешь? Изменщик! Ты подлый, противный и гадкий человечишко, - срываюсь.

- Нина! – смотрит удивленно.

Еще бы. Ведь я всегда себя держала, одергивала и стелилась перед «героем», не позволяя ничего лишнего, а тут – сказала правду.

- Успокойся, я люблю тебя, - хватает за руки.

- Моим детям нечего было есть, пока ты развлекался в Ницце и на Канарах, вешая мне лапшу на уши, что батрачишь днями в командировке, - отбиваюсь от Мирона. - Это мои дети, потому что настоящий отец никогда не заставил бы своих голодать, - рыдаю, глотая слезы. - Ты знал, что нашего сына унижают в школе, молча наблюдал и продолжал жрать устрицы, запивая дорогим коллекционным вином. Ты чудовище, Мирон.

- Я делал все ради нас!

- Ни лги! - срываюсь на крик. - Ты делал все исключительно ради себя, и только. Я презираю тебя. И даже не смей говорить о какой-то там любви. Подлец.

- Что с тобой?

- Замолчи! – кричу. – С тобой что? Разве можно жить как ты? Посмотри на себя, даже не удивлен от моих слов, совсем, не пытаешься прикидываться. Это высшая степень цинизма. Твоя норма - врать! Считаешь я ничего не знаю? Тогда сядь и расскажи, почему мы лишились «ТандемПро». Хватит смелости?

- Я говорил, рейдеры захватили…

- Закрой рот! – перебиваю. – Хватит лить ложь! Ты вообще способен быть человеком? Нет никаких рейдеров, Мирон. Но есть твое вранье. Обман – твой стиль жизни. Я только не понимаю, зачем была тебе нужна, за что ты измывался над детьми, над женщиной, которая любила тебя больше жизни?

- Нинуль, ну что такое, - смотрит, словно ничего не произошло. Он как не слышит меня, претензий. Верит в то, что сочиняет, и доказывает, что прав.

- Просто исчезни из моей жизни. Я не буду продолжать этот цирк, не стану терпеть побои и ложь. Больше не прокатят твои истории про работу в другом городе. Я все знаю, - еле дышу, от гнева.

- О чем ты?

- Тебе не надоело? Сними маску нищеброда, покажи свои дорогие костюмы, расскажи кто ты есть. Мирон, я возвращаюсь к себе и этот процесс уже не остановить. Я дурой стала с тобой, влюбившись, но история закончена, как и разбиты мои розовые очки. Уходи вон, - показываю на дверь.

Мирон резко ко мне подлетает и закрывает рот.

- Послушай, половая тряпка, если ты сейчас продолжишь вонять, я прирежу твоих деток. Не боишься? Твой Аркаша лохопут лесной, ничего не сделает. Максимум – жратвы принесет каблук и расскажет, как осчастливит отлизом. Сейчас я отпускаю руку, а ты, нечёсаная, говоришь ему, чтобы шел вон. Поняла?

Меня трясет. Я просто в шоке. Мирон наконец-то показал себя и свою суть.

Даша не врала. Он монстр, и убить человека, как и потоптаться по нему, для Мира – игра.

Глава 32.2. Нина. Истинное лицо

- Отпусти меня! – кричу, что есть мочи, как только он убирает руку. – Аркадий! Вызывай полицию! – продолжаю на свой страх и риск.

На кухне тотчас появляется Аркаша, а Мирон строит из себя невинного ангела.

- Мы хотели тебя попросить, покинуть нашу квартиру. Ты же понимаешь, только вернулся, соскучился по детям, хочу побыть с женой, - сально шлепает по ягодицам при нем. - Любим с Нинусей позажигать после командировок, да, родная? - продолжает блефовать.

Испуганными глазами смотрю на Аркадия, и он все понимает без слов.

- Нет, - отвечает твердо. – Мирон, покинь квартиру ты, или я вызываю полицию.

- Вы что тут все с ума посходили? Крутите за спиной законного супруга любовные интриги, а я должен идти вон? Ничего не перепутали? - надвигается на него. – Ты меня не зли, каблучок, - толкает с силой к стене. Потом подходит максимально близко и, как мне кажется, собирается ударить.

- Отпусти его, - хватаю нож со стола.

Мирон оборачивается и смеется в лицо:

- Успокойся, Господи! Пмс? Ты чего разошлась? Хочешь развод? Получишь, только я тебе такую райскую жизнь устрою, пожалеешь, что связалась. Заберу обожаемых деток себе, нищенка, а тебе, дорогуша, наклепаю пару бумаг, о том, что на голову больная, определим в больничку, лечить, - продолжает зло ржать. - Знаешь, сколько стоит из тебя сделать овоща? Для меня - копейки. Потом бегай и доказывай, что не дурочка, если силенки после пары нужных колов останутся.

Я не могу поверить в то, что он говорит. Неужели он способен?

Мирон, человек, на которого я чуть ли не молилась, прямым текстом заявляет, что в лучшем случае, лишит меня детей, а в худшем – убьет.

Аркадий толкает со всей силы Мирона и тот практически падает.

- А тебя, мой хороший, я предупреждаю, узнаю, что спишь с моей женой – отправлю на тот свет. Будешь сейчас активничать, прямо тут расправлюсь, а твоя неземная Нина сядет за убийство. Я