Ночь безумной любви - Ронда Бэйс

Клементина пришла на кухню, чтобы перекусить. Мария возилась около плиты. Они не поздоровались друг с другом, едва кивнули, так уж у них повелось.

Открыв дверцу холодильника, Клементина яростно сверкнула глазами в сторону Марии. Ну ничего! Как только она родит ребенка, то сразу же заставит Роджера избавиться от нерадивой прислуги.

Они невзлюбили друг друга с первого взгляда. Мария винила Клементину в разводе своего хозяина и Беатрис. А Клементина вообще была настроена против Марии, которая, по ее мнению, ничего не умела делать.

Достав сок, Клементина налила его в высокий стакан и задумчиво посмотрела на Марию, не обращающую на нее никакого внимания.

Ладно. Она разберется с этим позже.

Выйдя из кухни, Клементина прошла в гостиную, села на диван, включила телевизор и… почувствовала, что под ней стало мокро.

Вот черт! Похоже, что у нее отошли воды!

Клементина прислушалась к своим ощущениям. Вроде все тихо. Но медлить было нельзя.

— Мария! — закричала она. — Мария! Иди сюда!..

Никакого ответа.

Клементина осторожно поднялась, прошла к кухне.

— Вызови мне «скорую»! — рявкнула она, сердито взглянув на пожилую женщину.

— Сейчас, мэм, — с достоинством ответила та, даже не посмотрев в ее сторону.

Стиснув зубы, Клементина направилась наверх. Она не собиралась предстать перед врачами в неопрятной, мокрой одежде.

Когда приехала «скорая помощь», Клементина была уже готова. Схватки не слишком беспокоили ее. Больше всего она бесилась из-за того, что телефон Роджера был недоступен.

Тогда она позвонила его матери.

— Алло! — Софи почти сразу взяла трубку.

— Твой сын снова шляется неизвестно где! — зло рявкнула Клементина, не здороваясь.

— Вероятно, он работает, — мягко поправила ее собеседница, не желая ввязываться в ссору.

— Мне все равно! Если сможешь дозвониться до него, то сообщи, что меня увезли в больницу производить на свет вашего наследника!.. — Отключив телефон, она посмотрела на замерших медиков. — Ну что, поехали? — Клементина ойкнула от резкой боли, пронзившей живот. — Ну что же вы ждете?.. — простонала она. — Я сейчас рожу прямо здесь!

Софи положила трубку, обернулась к Беатрис.

— Клементина рожает, — вздохнув, сообщила она. — Надо ехать в больницу и дозвониться до Роджера, он, похоже, отключил телефон.

Беатрис поднялась.

— Я пойду, Софи. Сообщите мне потом, как все прошло.

— Хорошо, — кивнула та. Приблизившись к Беатрис, Софи осторожно обняла ее. — Ты все равно член нашей семьи, — прошептала она. — И мы с отцом тебя никуда не вычеркнем.

— Спасибо. — На глазах Беатрис навернулись слезы. — Потому что вы тоже навсегда со мной. — Взяв шкатулку, она взглянула на Софи.

— Медведя я тебе донесу, — усмехнувшись, заверила та. — Скажу, чтобы Томас отвез тебя.

— Да, это было бы кстати, — согласилась Беатрис.

Закрыв за Томасом дверь, Беатрис дотащила медведя до небольшой комнаты, переоборудованной под детскую, поставила его в угол.

— Пока посидишь здесь, — улыбнувшись, сказала она плюшевой игрушке. — А потом, возможно, для тебя найдется и другое место.

Затем она взяла в руки шкатулку, подаренную Софи, еще раз открыла ее. Залюбовалась снимком, вспоминая тот день, самый счастливый день в ее жизни.

Они с Роджером потом сразу же улетели в Венецию.

Медовый месяц в Венеции. Беатрис мечтала об этом несколько месяцев, и ожидание оправдало себя. Это было прекрасное время.

Они с Роджером практически не вылезали из постели. Но, несмотря на это, у них нашлось время на прогулки, на то, чтобы оценить красоту этого города.

Музыка закончилась и началась сначала.

Беатрис захлопнула крышку.

Наступила тишина.

Беатрис подошла к стеллажу с игрушками, расположенному у стены, и поместила шкатулку на самую верхнюю полку.