Свет в полумраке - Джейн Энн Кренц

– Как вы догадались?

– Мне тут особенно нечем заняться, поэтому есть время посидеть и подумать. Я вспомнил, что слышал вчера как ваша клиентка поднималась и спускалась по лестнице. В газете упоминается некая женщина, которая присутствовала на месте происшествия, хотя имя ее не названо. Кроме того я вспомнил, что вчера вы ушли из конторы рано и не вернулись до конца дня. А потом я учел, что «Раднор» работает в основном с корпоративными клиентами, поэтому мала вероятность того, чтобы их ребята наткнулись на окровавленную кровать, это не по их части. Я все это сопоставил и сделал выводы.

– Вам надо было пойти в детективы.

– Не думаю. При такой работе, как у вас вчера, и ухлопать могут.

– Это была ошибка клиентки. – Итан подошел к стеклянному прилавку. – Я лично стараюсь по возможности избегать таких приключений.

– Значит, возлагаете вину на клиентку?

– Конечно.

Синглтон понимающе посмотрел па него

– Значит, вы опоздали потому, что объясняли клиентке свое отношение к безрассудному риску?

Итан пожал плечами:

– Вроде того. Хорошая новость заключается в том, что имя моей клиентки не попало в газеты. Если бы его упомянули, она была бы очень недовольна.

– Ее можно понять. Наверное, если пойдут разговоры, что в недавно отделанном доме ее клиента произошла перестрелка и она в этом деле тоже замешана, это отразится на ее бизнесе.

– Да, пожалуй.

– С другой стороны, когда твое имя попадает в газеты, из этого получается неплохая реклама для бизнеса.

– Что-то теряешь, что-то находишь, – философски заметил Итан. Он положил обе руки на деревянную окантовку прилавка. – Где дневник, который я заказывал?

– Здесь. – Синглтон повернулся вполоборота к столу, взял большой бумажный конверт и протянул его Итану. – Разыскал его по Интернету через одного знакомого дилера, который знает, что я специализируюсь на личных дневниках и частных журналах, относящихся к двадцатому веку. Я ему немного доплатил за срочность, и дневник доставили за одну ночь.

– Потрясающе. – Итан вскрыл конверт и достал мягкий томик в кожаном переплете. – До того как обратиться к вам, я сам искал в Интернете, вышел на газетные статьи, в которых писали об этом убийстве, но не нашел никаких следов дневника.

– В торговле антиквариатом Интернет здорово помогает, – заметил Синглтон. – Но как и в любом деле, чтобы найти что-то стоящее, нужны связи.

Итан осмотрел дневник. Кожаная обложка покрылась трещинами, но страницы сохранились прекрасно. Он прочитал первые слова. Они были выведены сильным, четким почерком:

«Дневник Эбнера Беннета Фута».

Итана охватило радостное волнение. Он наугад раскрыл дневник и прочел верхние строчки па странице:

«…Найтвиндс наконец-то достроен. Теперь у моей возлюбленной Камелии есть обрамление, достойное ее несравненной красоты…»

Итан закрыл дневник.

– Мне повезло, у Фута четкий, разборчивый почерк.

Синглтон нахмурил лоб.

– Можно полюбопытствовать, зачем вам понадобился этот дневник? Это как-то связано с тем, что вы живете в старом доме, который построил этот парень?

– Косвенно. – Итан убрал дневник в конверт. – В основном меня интересует смерть Камелий Фут.

– Почему?

– Я расследую давние дела об убийствах. – Он достал из кармана бумажник. – Такое у меня хобби.

– Вот как? А я и не знал, что ее убили. Мне казалось, что она здорово напилась на приеме, который был устроен в Найтвиндсе, упала в каньон и разбилась насмерть. Давненько это было.

– Такова официальная версия. Но в газетных статьях того времени намекают, что ходили упорные слухи об убийстве. По-видимому, в то время многие, включая местного шефа полиции, подозревали, что Камелию убил муж в припадке ревности.

– Необычное у вас хобби, – заметил Синглтон. – Хотя, если задуматься, оно не более странное, чем, к примеру, игра в шахматы в режиме он-лайн.

– А что, вы этим занимаетесь? – спросил Итан, протягивая Синглтону свою кредитную карточку.

– Да, помимо всего прочего. – Синглтон пропустил карточку Итана через аппарат для авторизации. – Когда-то я работал на один мозговой центр, специализировался на шифровании. Сейчас я уже отошел от этого дела, но шахматы помогают мне сохранять форму.

– Вы занимались шифрованием? Это имеет какое-то отношение к компьютерной безопасности и кодированию?

– Да.

– Должно быть, вы были мастером своего дела.

– Когда-то был, но теперь я уже не тот, что прежде.

– Но вы ведь и сейчас хорошо ориентируетесь в сети?

– Конечно.

Итан взял чек, подписал его, потом забрал покупку, однако уходить не спешил. Он спросил:

– А вам когда-нибудь приходилось работать внештатным консультантом?

– Было дело, только я давненько этим не занимался. А что вас интересует?

– Иногда мне требуется провести глубокое исследование и выудить из сети информацию, которую может найти только настоящий знаток Интернета. Собрать стандартную информацию, доступную для обычных поисковых систем, я, конечно, и сам могу, но компьютерным гением меня не назовешь. Иногда мне требуется помощь человека, который способен копнуть глубже и целенаправленнее. Когда я жил в Лос-Анджелесе, у меня был такой человек, но сейчас мне не по средствам пользоваться его услугами. Вас не заинтересует такая работа?

Синглтон задумался.

– Вы не можете позволить себе услуги другого консультанта? Звучит не очень обнадеживающе.

– «Труэкс инвестигейшнз» – фирма небольшая, к тому же сейчас она находится в стадии становления, так что сами понимаете.

Синглтон усмехнулся:

– А знаете, почему бы и нет? Пожалуй, для разнообразия я мог бы иногда этим заняться. Продавать книги – это, конечно, интересная работа, к тому же я играю в шахматы, но, признаться, временами мне становится скучновато. Личной жизни у меня, можно сказать, и вовсе нет с тех пор, как от меня ушла жена.

– О, это мне знакомо. Из-за чего вы разошлись?

– По ее мнению, я проявлял недостаточно интереса к тому, чтобы подняться выше. Наверное, она так решила, потому что я отказался вступить в члены кантри-клуба Дезерт-Вью.

Итан кивнул:

– Мне это знакомо, нечто подобное говорила и моя третья жена.

– Правда? А чем были недовольны две другие?

– Первая заявила, что совершила ошибку, выйдя за меня замуж. Вторая жаловалась, что я недостаточно общительный, но я подозреваю, что она просто облекла свои истинные мысли в вежливую форму.

– А что она имела в виду на самом деле?