Проданная мафии - Найн Эванс

— У тебя есть три часа, — становится голос Чарли угрожающе тихим.

Слышно, как экономист сглатывает.

— Я всё сделаю.

Саттон сбрасывает звонок, понимая, что совершает глупость, за которую ему должно быть стыдно перед самим собой и перед своими людьми. Ранее он никогда не требовал чего-то подобного и не вынуждал своих подчинённых лезть из кожи вон ради его сиюминутной прихоти. Но времени почти не оставалось. Мало ли что Райту могло прийти в голову, пока Нэнси оставалась у него. С этого старика станется нарушить обещание, а после скинуть пару миллионов за подпорченный «товар».

— Езжайте в офис Клауса, — выходит Чарли из кабинета, и Пол с Нилом тут же подбираются. — Как раз доберётесь туда через три часа. Заберёте у него деньги и привезёте их по этому адресу, — протягивает он листок бумаги. — Я буду ждать вас на месте.

Братья кивают.

— Босс, — Пол всё же решается заговорить, до сих пор ощущая вину за то, что не смогли выполнить данных указаний. — Нужно ли нам позвонить Винсенту? Для поддержки, если вдруг…

— Нет, — Чарли знает ответ, даже не дослушав вопрос до конца. — Не нужно его беспокоить. Сейчас это только моё дело.

Пол кивает и, развернувшись, спешит к двери. Саттон смотрит вслед парню, размышляя о том, что с ним сделает Винсент, когда обо всё узнает.

— Проще будет, если Райт меня пристрелит.

***

Люди совершают много ошибок в своей жизни, о которых потом жалеют. Эти ошибки могут преследовать вас на протяжении всей жизни, постоянно напоминая о себе последствиями, а могут забыться, так как оказались слишком не значительными и даже могут вызвать улыбку спустя годы. Нэнси знает, что никогда не сможет легко забыть о своей ошибке — сбежать от Чарли. Она только надеяться, что будет не слишком больно, и ей позволят умереть быстро.

Паркер находится в пустой комнате, где нет ничего, кроме небольшой лампы над головой. Слабый свет вырывает серые стены с различными подозрительными подтёками. На бордовые девушка пытается совсем не смотреть, уверяя себя, что это не кровь и бояться нечего. Она могла бы закрыть глаза, но в темноте ещё страшнее. Неизвестно, что происходило в этом помещении и какие призраки могут обитать в тёмных, неосвещённых углах.

Нэнси только догадывается сколько уже прошло времени. Она перестала напрягать слух, прислушиваясь к происходящему за стенами. Всё равно ничего было не разобрать. Всё, что она делала, это тихо раскачивалась взад-вперёд и мычала себе под нос детскую песенку из одной передачи, которая так сильно раздражала её старшего брата, и так нравилась ей маленькой.

О том, что за ней кто-то придёт и спасёт не было даже и мысли. Кому она нужна? Родители мертвы. Друзей у неё нет. Коллеги вряд ли будут поднимать шум. Может брат? Но он ведь не пойдёт в полицию, а без них её не удастся отыскать, а других возможностей ей помочь у него нет. Но кто ещё остаётся? Никого.

‍Паркер вскакивает на ноги, услышав, как открывается дверь, и сжимает кулаки, такая несвойственная ей реакция.

— Эй, ты! — Мужчина дёргает головой в сторону выхода. — Выползай давай. За тобой приехали.

— Что? — Нэнси не двигается с места, услышав чужие слова. — Кто?

— Сама увидишь, — усмехается мужчина и открывает дверь шире.

Девушка следует прочь из комнаты на негнущихся ногах, слабо представляя, что могло случиться, и кто мог за ней прийти. Это точно не её брат. Тогда остаётся лишь один человек, с которым она провела последние дни и доверие которого обманула, попав в эту ситуацию.

— Чарли? — шепчет она себе под нос.

Мужчина, следующий за ней, не слышит сказанного, разглядывая фигуру Нэнси, скрытую под неброской и дешёвой одеждой. Она похожа на одну из тех девчонок, которые бывали в этом доме в надежде отыскать хорошую работу за границей или просто получить немного деньжат за сиденье под столом босса с его членом во рту. Ничем не примечательные, не заслуживающие внимания. И не догадывающиеся, что их ждёт после того, как Джек Райт наиграется с ними.

Нэнси ведут серыми каменными коридорами, пока не показывается деревянная лестница, уходящая вверх. Когда дверь, в которую девушка упирается, наконец распахивается перед ней, то она попадает совершенно в другой мир. Здесь в светлом богатом доме вряд ли кто догадается, что внизу находятся настоящие тюремные камеры, что видели немало несчастных людей.

— Не тормози.

Нэнси толкают в спину, и она возобновляет сбитый шаг, на самом деле не зная, куда надо идти.

Дом оказывается огромным. Если она думала, что дом Саттона это особняк, то сейчас она находится в настоящем дворце. Правда тут не живут прекрасные принцессы, ожидающие своего героического принца с мечом наперевес и головой дракона в руках.

— Стоять.

Девушка застывает, не желая злить сопровождающего.

Мужчина проходит дальше и, приоткрыв дверь, заглядывает в неё, и, видимо, получает какой-то негласный приказ.

— Иди.

Нэнси сглатывает. Кулаки снова сжимаются. Чтобы не случилось, она решила стоять до последнего. И пускай она умрёт здесь — это будет лучше, чем очутиться в руках того, кто сделает её жизнь невыносимой.

Девушка ступает в большой зал с высокими потолками, что поддерживаются колонами, и губы её растягиваются в дрожащей улыбке.

— Чарли, — выдыхает она с облегчением, увидев Саттона.

Но мужчина не смотрит на неё. Всё его внимание, кажется, отдано человеку, стоящему за креслом, в котором сидит хозяин дома. Паркер не верит своим глазами.

— Карл?