Констанция. Книги 1-6 - Жюльетта Бенцони

Калиостро мягко улыбнулся.

— Вы не дооцениваете себя, ваше высокопреосвященство. Вспомните Мазарини. Ведь все было против него, когда он осмелился выказать свои тайные чувства королеве Анне Австрийской. Его упрекали итальянским происхождением, он был в том же возрасте, что и вы, и отнюдь не отличался красотой. Множество придворных и чернь просто ненавидели его. Однако он поступил наперекор всему и, насколько мне известно, даже сочетался тайным браком с ее величеством королевой Анной. Неужели для вас это не служит доказательством верности избранного вами пути?

Кардинал мрачно посмотрел на Калиостро.

— Однако у меня перед глазами другой пример — кардинал Ришелье. Несмотря на то, что он был блестящим государственным мужем, человеком с твердым характером и вполне привлекательной внешностью, та же королева Анна откровенно издевалась над его любовью. Она давала ему ответы на его любовные послания и даже заставляла плясать перед собой, но в результате кардинал Ришелье оказался осмеянным и преданным. После того, как де Роан умолк, Калиостро встал дивана и прошелся по кабинету. На лице его отражались разнообразные чувства, и он тихо произнес:

— Сомнения вашего преосвященства мне понятны. Вы не хотите стать посмешищем в глазах всего двора. Какого же совета вы ожидаете от меня? Ведь я простой смертный, лишь упорным трудом заслуживший право быть приближенным к таинствам сил сущего.

Кардинал перевел на Калиостро полный тоски и надежды взгляд.

— Пользуясь вашими гениальными способностями, мой дорогой граф, вы могли бы выяснить, благоприятствует ли обстановка моей встрече с королевой.

Калиостро остановился у окна рядом с кардиналом.

— Так вот в чем дело? Ну что ж, учитывая мое дружеское расположение к вам, ваше высокопреосвященство, я готов заняться этим немедленно. Однако мне потребуется для этого отдельный кабинет и полнея тишина во всем дворце.

Кардинал оживился.

— Вы немедленно получите все, что вам нужно. Кстати, эта услуга будет хорошо оплачена. Калиостро решительно взмахнул рукой.

— Нет, нет, ваше высокопреосвященство, об этом не может быть и речи. Я делаю это только из дружеских побуждений. Бескорыстие — вот главное, что должно отмечать настоящую дружбу.

Кардинал заискивающе улыбнулся.

— Это приятно слышать вдвойне из ваших уст, граф. К сожалению, многие, и среди них даже попадаются служители церкви, считают простые христианские чувства препятствием для личного обогащения. Сколь же радостно осознавать, что есть на свете люди, не подверженные подобному пороку. Я весьма признателен взм, милейший граф, за ваше деятельное и бескорыстное Участие в моих делах.

Калиостро наклонился и поцеловал руку кардиналу.

— Не стоит благодарности, ваше высокопреосвященство, я рад тому, что смогу помочь вам. Этого с меня вполне достаточно. Где я могу уединиться?

Кардинал позвал слугу и отдал все необходимые распоряжения.

— Я буду ждать вас у себя, — сказал он уже стоявшему на пороге Калиостро. — Если появятся какие-либо затруднения, немедленно обращайтесь ко мне. Надеюсь, что вы принесете добрые вести.

— Мне хотелось бы сразу обнадежить вас, ваше высокопреосвященство, однако не будем торопиться.

— Я жду от вас надежды, — высокопарно произнес де Роан. — Уповаю на то, что силы небесные не оставят меня наедине с моими сомнениями.

Калиостро на мгновение задержался.

— Ваше высокопреосвященство, с абсолютной уверенностью могу сказать вам, что вы не должны бояться будущего. По крайней мере, то, что мне было известно до сегодняшнего дня, свидетельствует — ваша цель будет достигнута. Возможно, это произойдет чуть раньше или чуть позже, но в результате я не сомневаюсь.

С этими словами он закрыл за собой дверь и покинул кабинет кардинала де Роана. Великий капеллан Франции, немного успокоившись, уселся за свой стол и, вооружившись остро отточеным пером, занялся любовными рифмами. Он успел сложить несколько строф, когда в дверь кабинета постучали.

— Входите.

На пороге вновь показался граф Калиостро. Лицо его было украшено сияющей улыбкой, а глаза блестели.

Кардинал тут же сунул листок с любовным стихом в стол и вскочил.

— Судя по вашему виду, дрожайший граф, у вас есть для меня хорошее известие. Говорите же, говорите.

— Ваше высокопреосвященство, я только что общался с потусторонними силами и выяснил все, что касается вашего предстоящего свидания с ее величеством. Знамения самые благоприятные. Вам ни в малейшей степени не стоит опасаться этой встречи. Мне удалось выяснить, что чувства, которые питает королева по отношению к вам, после этого свидания только укрепятся.

Кардинал сиял от удовольствия.

— Вы не представляете, мой дорогой граф, как я рад это слышать. Слава Богу, вы помогли мне справиться последними сомнениями. Итак, решено, в понедельник встречаюсь с ее величеством королевой.

Сияющая улыбка на лице Калиостро сменилась озабоченной миной.

— В понедельник? Я не ошибся? Вы сказали — понедельник, ваше высокопреосвященство? Радость кардинала также пошла на убыль.

— Да, в понедельник. А что? — испуганно спросил он. Калиостро с сомнением потер лицо.

— Было одно знамение… — нерешительно начал он.

— Что, мне нельзя встречаться с ее величеством в понедельник? — забеспокоился кардинал. — , — В таком случае, может быть, перенести свидание?

Калиостро отрицательно мотнул головой.

— Нет, нет, ваше высокопреосвященство, если свидание назначено в понедельник, значит, оно должно состояться несмотря ни на что. Такова воля потусторонних сил. Но в таком случае, от вас потребуется еще кое-что. Не знаю, как к этому отнесется ваше высокопреосвященство, однако я рекомендовал бы вам исполнить волю небес.

Заметно скисший кардинал снова опустился в свое кресло.

— Что я должен сделать? — упавшим голосом спросил он.

Калиостро, убедившись в том, что нагнал достаточно страха на влюбленного кардинала, уже более уверенно продолжал:

— Насколько я смог разобраться в знамениях, после этой встречи в понедельник вы не сможете увидеться с дамой вашего сердца на протяжении довольно длительного времени. К тому же, этот день будет отмечен влиянием Меркурия — планеты своенравной и переменчивой. Дружеские чувства по отношению к вам со стороны королевы в дни, последующие за вашим свиданием, подвергнутся серьезным испытаниям. Королеве будет трудно сохранить свое дружеское расположение к вам, если вы в самом же ближайшем времени не обнадежите ее каким — либо значительным проявлением своего внимания.

Кардинал засопел и неуютно поежился в кресле.

— В чем же состоит опасность? Калиостро продолжал разглагольствовать:

— Небесные силы сообщили мне, что в ближайшее время вас ждет дальняя поездка.

Кардинал не без удивления согласился.

— Да, это так. Я собираюсь вместе с папским нунцием отправиться в Марсель, где идет строительство католического храма.

— Когда это случится? — полюбопытствовал итальянец.

— Завтра. А вернусь я только в воскресенье вечером.

— Нет, — сказал Калиостро, — речь шла о другой поездке.

Кардинал нахмурился.

— Вы