Чертополох и роза - Виктория Холт

– Ладно, – кивнул Яков. – Я выслушаю вас. Пусть соберутся те, кто разделяет ваши взгляды, и я готов присутствовать на этом совете, но предупреждаю, на мое решение не повлияют никакие доводы, вы напрасно потратите свое и мое время.

– Ваше величество очень добры, – тихо сказал Ангус. – Я приведу во дворец кое-кого из членов своей семьи и тех друзей, кто разделяет наши взгляды, дабы мы могли побеседовать с вашим величеством.

– Как вам будет угодно, – ответил Яков, но его губы упрямо сжались в ниточку. Маргарита, хорошо знавшая мимику короля, поняла: решение его – бесповоротно.

Старый Дуглас привел в Линлитгоу лучшую часть семьи. Маргарита познакомилась со старшим сыном Кота-с-Колокольчиком, Джорджем, мастером Дугласом, отцом Арчибальда, а заодно мельком увидела последнего и даже получила возможность обменяться с ним парой слов.

– Я рада видеть вашего деда в Линлитгоу, – сказала королева Арчибальду, якобы ненароком встретив его по пути в покои, где должен был проходить совет.

– Благодарю ваше величество, – прошептал молодой человек, склоняясь над ее рукой.

– Я молюсь, чтобы он убедил короля отказаться от этого похода.

– Я присовокуплю к тому свои молитвы, ваше величество.

– Благодарю вас. – Королева улыбнулась с таким выражением, что юный Арчибальд пришел в легкое замешательство, не совсем понимая его смысл.

Во дворце болтали, будто королева и старый Кот-с-Колокольчиком стали союзниками скорее из-за Джэнет Кеннеди, нежели из-за англичан.

Но говорили и еще кое о чем, а именно – о существовании в стране партии противников войны, что это стало известно благодаря союзу королевы и Дугласов.

Яков выслушал возражения против войны и решительно их отмел. Он принял решение и собирался воевать с Англией.

Король отправился в аббатство Святого Михаила вместе с несколькими министрами, помолиться за успешный исход дела. Он отстаивал вечернюю службу в часовне Святой Екатерины, когда случилось нечто поразительное.

Яков стоял па коленях и молился, когда из сумрака часовни возникла странная фигура. Казалось, это пожилой человек в голубых одеждах, подпоясанных на талии лентой белого полотна. Волосы его золотыми локонами спадали на лицо и плечи.

Голос его зазвенел в часовне так громко, что его услышали все:

– Яков, король Шотландии, слушай меня и запоминай. Сэр король, я приказываю: не ходи, куда вознамерился идти. Если ты не послушаешь этого предупреждения, путешествие плохо кончится для тебя и для каждого, кто последует за тобой. Берегись! Не слушай уговоров женщин. Пойди на войну, сэр король, и будешь повергнут, равно как обречен на позор.

Наступила недолгая тишина, и, прежде чем незнакомца успели схватить, он исчез. Яков вскочил па ноги.

– Кто это сказал? – крикнул он. Друзья столпились вокруг короля.

– Вы видели фигуру… странную фигуру в голубом и белом?

– Вроде бы да…

– Где этот человек?

– Он только что был здесь… а теперь – словно растворился.

Все обменивались испуганными взглядами. Никто особенно не рвался воевать с Англией в отличие от короля.

– Ба! Какой-то безумец, – проворчал Яков.

– Может, и так, сир, но куда он делся?

– Нам есть о чем подумать, помимо выходок сумасшедшего, – отмахнулся король.

Маргарита ожидала возвращения слуги.

Он трясся от страха, что не сумеет удрать, и заранее решил: если попадет впросак, скажет королю, что действовал по приказу королевы. Достаточно хорошо зная короля, хитрец полагал, что тот просто пожмет плечами и посмеется над происшествием.

Но слугу не поймали. Королева все тщательно продумала. Актер сумел появиться из тени, сказать речь и, отступив, проскользнуть за полог, а оттуда через дверцу сбоку от алтаря – к потайной лестнице, что вела во дворец.

– Отлично справился, – похвалила его Маргарита.

Королева жаждала услышать, как ее мужа и его друзей потрясло то, что не могло не показаться им сверхъестественным видением.

Но она была разочарована.

Яков уехал в Эдинбург наблюдать за своими пушкарями, вывозившими орудия из замка, где они хранились. Среди прочих была и огромная пушка, недавно изготовленная по приказу короля и названная «Семь сестер».

В это время произошло второе странное событие.

Армия собралась на равнине Боро-Мур, поблизости от Эдинбурга, готовая выступить в поход, как вдруг в полночь послышался голос, доносившийся как будто от Маркет-Кросс.

– Люди сии будут ввергнуты в царство Плутона не позднее как через сорок дней! – возопил глас и перечислил имена многих известных людей, каковые собирались последовать за королем па войну.

Жители Эдинбурга ежились от страха в постелях, слушая этот голос; но кое-кто выбежал на улицы. Однако, добравшись до Маркет-Кросс, храбрецы не сумели установить источник звука.

«Дурное предзнаменование», – говорили все. Многие слышали о странной фигуре, явившейся во время королевской молитвы. Было ясно, что монарха предостерегали против войны.

Но когда короля разбудили в лагере Боро-Мур и рассказали о голосе, доносившемся с Маркет-Кросс, он просто-напросто зевнул.

– Некоторые люди настолько закоснели в нежелании воевать, что пытаются свернуть нас с пути, – сказал Яков и ласково улыбнулся, подумав кое о ком.

Действительно ли это она подстроила голос «вопиющего», так же как король готов был поспорить о появлении загадочной фигуры в часовне? Он знал о дверце за пологом, что вела во дворец. Его королева, обладая богатым воображением, вдобавок считала, что может повлиять на мужа благодаря суевериям. Но Яков был суеверен лишь в тех случаях, когда знал, что поступает недостойно. А чем больше он размышлял о войне, в каковую хотел ввергнуть свою страну, тем более справедливым и логичным представлялось победить старого врага в тот момент, когда тот был ослаблен дурацкой схваткой с французами.

Конечно, Яков задумал воевать с собственным шурином, и Маргарита не могла вынести, что ее муж и брат враждуют. Это вполне естественно. Но Якова не связывали с Генрихом никакие кровные узы, а если у Шотландии когда-либо был истинный враг, то это, несомненно, Генрих VIII Английский.

Яков прощал Маргарите ее маленькие хитрости с использованием сверхъестественного, понимая, чем они продиктованы. Однако все это не могло заставить его ни на дюйм отступить от цели.

Жарким августовским днем шотландская армия выступила к границе. Маргарита гарцевала верхом рядом с мужем во главе кавалерии. В конце концов она смирилась с тем, что пытаться отговорить его от кампании – бесполезно. В глазах Якова горел боевой огонь, и ничто не могло его устрашить.