Дикий цветок - Лейла Мичем

— Да.

— Тогда вы понимаете, что я скорее свяжусь с мулом, чем с рабовладельцем.

Бестактность Джессики произвела на мужчину крайне негативное впечатление. Он рассердился и в то же время встревожился. Она что, отказывается выходить за него замуж?

— Может и так, мисс Виндхем, — сказал он, — но, если вы изберете монастырь, никого, кроме мула, рядом с вами и не окажется.

Девушка покраснела.

— А Летти знает об этих… изменениях в ваших планах?

Сайлас ожидал подобного вопроса и ответил с душевной болью:

— Нет… пока нет. Я хочу сперва услышать, что вы согласны выйти за меня замуж.

Губы Джессики слегка округлились.

— Вы, я вижу, из тех, кто любит перестраховаться.

— Это не единственный мой недостаток.

— По крайней мере, вы не утаиваете правду.

— Не в этот раз, мисс.

— В таком случае, мистер Толивер, выслушайте, пожалуйста, следующее. Мне кажется, я могу понять, что вами движет, что представляет собою та страсть, которую вы унаследовали и которая вас отнюдь не украшает. Мания всегда остается манией. Человек не в состоянии очистить от нее свою кровь, как при жарении мяса нельзя избежать брызг раскаленного жира. Я испытываю отвращение к вашей… страсти, ибо ради удовлетворения ее вы готовы пожертвовать слишком многим, но я понимаю, как вы мучаетесь, и сочувствую вам. Я тоже раба собственной страсти, и, кажется, я не в силах ей противиться.

Вернув на место кочергу, Джессика с решительным видом отвернулась от огня.

— Итак, мистер Толивер, у нас нет иного выхода, кроме как заключить сделку. Я, пожалуй, не стану вам хорошей женой. Сомневаюсь, что смогу когда-нибудь полюбить вас. В равной мере я не ожидаю, что со временем вы станете мне хорошим мужем. И не жду с вашей стороны даже тени душевной привязанности ко мне. Что касается интимных отношений, то я согласна на них исключительно ради зачатия детей. Вы меня понимаете?

Сайлас неуклюже кивнул головой.

— Мы очень сильно обидим Летти, — продолжала Джессика, — а ваш мальчик лишится любящей матери, которой я никогда не стану. Впрочем, я так понимаю, вы внесли эти издержки в свое уравнение.

Сайлас вобрал достаточно воздуха в грудь, чтобы выдавить из себя:

— Да.

Он подумал о Летти и ее теплом теле, которое ему никогда не суждено познать. Он подумал о Джошуа, которого лишал ее любви и заботы. Он подумал о том, что всю оставшуюся жизнь придется жить с этой маленькой стервой под боком. Что же он за мужчина, если согласен заключить подобного рода сделку с дьяволом? Ты Толивер, — прозвучал внутренний голос.

Проглотив кисловатую на привкус слюну, Сайлас спросил:

— Так вы принимаете мое предложение?

— Предложение моего отца, мистер Толивер. В том-то и разница. Теперь мы пойдем в его кабинет и сообщим о нашем решении.

Глава 21

Легкими те переговоры никто бы не назвал. Сайлас предоставил список требований, вызвавших у Карсона Виндхема взрыв живейшего возмущения.

— Компенсацию за фургоны! — гремел хозяин дома. — Это исключено! С какой стати?

Взгляд, который Карсон украдкой бросил в сторону Джессики, подсказал Сайласу, что дочь не знает о причастности отца к поджогу его конестог.

— Я думаю, вы все знаете, мистер Виндхем, — сказал Сайлас.

Его колючий взгляд, в свою очередь, подсказал Карсону, что, если он уступит, его дочь останется в неведении касательно этого неблаговидного поступка.

— В противном случае сделка не состоится, и я желаю вам всего наилучшего.

— Постойте! — побагровев, Карсон бросил список на стол. — Хорошо! Согласен!

Сайлас настоял на том, чтобы брачный договор и финансовое соглашение образовывали единый документ, в составлении которого он принял непосредственное участие. Когда все пункты договора были согласованы, обе стороны в письменной форме гарантировали соблюдение своей части договора. Если Джессика сбежит, или Сайлас с ней разведется, или она умрет ранее, чем по прошествии десяти лет от момента заключения брака, его плантация перейдет во владение Карсону, либо он обязан будет возвратить долг.

— В любом случае я компенсирую свои затраты, — холодно сказал Карсон своему будущему зятю.

В течение этого периода времени Виндхем, в свою очередь, обязан будет исполнять условия предложения, которое он сделал Сайласу в гостиной Квинскрауна.

Джессика сказала, что не подпишет брачного договора, если с ней не поедет Типпи. Карсон задумался, но потом его взгляд просветлел.

— Хорошо, — сказал он. — Я отдам тебе девчонку, но не вздумай отпускать ее на свободу. Типпи позаботится о тебе и станет дополнительной гарантией того, что ты не нарушишь нашей сделки. Ты знаешь, что произойдет с ее матерью в случае чего.

— Беря во внимание то обстоятельство, что ты сейчас продаешь меня, папа, как я могу усомниться, что ты с легкостью отправишь на аукцион Вилли Мей? — сказала Джессика, а затем добавила: — Что будет с тем черным пареньком? С Джаспером?

— Никто не заявлял о его бегстве. Мы не можем найти его хозяина. Тот, кто нашел, того и товар, как говорится. Весной он отправится работать в поле, а пока чистит конюшни. Ему повезло, что он не получил по заслугам за свое бегство.

— Я хочу, чтобы он тоже поехал с нами.

Глядя в темные глаза дочери, которые насквозь пронзали его сердце, Карсон на долю секунды застыл в нерешительности, но все сомнения исчезли, когда он осознал, насколько мудро все просчитал. Если Джессика останется в Южной Каролине, ее все будут называть «любительницей негров». Это в лучшем случае. В нынешние неспокойные времена можно предположить, что настанет день, когда несмотря на все его влияние, безжизненное тело дочери найдут на пороге его дома.

— Ладно, — сказал Карсон. — Забирай его и… Подписывай.

Позвали Юнис — обговорить оставшиеся нерешенными вопросы. Сошлись на том, что бракосочетание состоится частным образом через неделю в Виллоушире в присутствии священника Первой методистской церкви. До первого марта, когда караван тронется в путь, Сайлас будет жить в Квинскрауне, а Джессика — в Виллоушире. Все, за исключением Джессики, казались немного смущенными, когда сошлись на том, что первая брачная ночь откладывается. Молодоженам оставили самим решать, когда, где и как… Им надо было морально готовиться к скандалу, который неизбежно вспыхнет после разрыва помолвки с Летти.

— Могу я узнать, когда вы собираетесь сказать ей? — поинтересовалась Юнис.

— Можете, — уважительно склонив голову, но не отвечая на вопрос, сказал Сайлас.

Жена и муж обменялись удивленными взглядами. Хотя будущий зять выступал в роли бедного просителя, он явно не считал себя обязанным делиться с ними своими личными планами.