Начни сначала - Мона Кастен

– Взгляни на себя. – Оттопырив мизинец, она потянулась за чашкой, не поблагодарив Кейдена. – Ты же полностью опускаешься. Сколько фунтов ты набрала с тех пор, как живешь здесь?

Я тяжело сглотнула и молча терпела, пока ее ледяной взгляд медленно скользил по моему телу. Затем она посмотрела на блюдо с суши на столе.

– Неудивительно, с такой-то жратвой.

Кейден издал непонятный звук. Мама посмотрела на него, подняв брови, и я знала, что она собирается нанести следующий удар. На этот раз по Кейдену. Я встала между ними.

– Ты пришла сюда только для того, чтобы осудить мою жизнь, или хотела что-то сообщить?

– Мы с твоим отцом думаем, что ты вернешься домой еще до Дня благодарения. Конечно, нет ничего такого в ожидании, что наша дочь примет участие в ежегодном благотворительном вечере.

Я приложила все усилия, чтобы подавить презрительное фырканье. Мне приходилось посещать бесчисленные вечера и мероприятия с родителями. Скорее ад замерзнет, чем я еще хоть раз буду присутствовать на чем-то подобном.

– Я не собираюсь бросать учебу только потому, что ты считаешь, будто этот путь не подходит мне, мама.

Она поджала свои идеально накрашенные губы и склонила голову.

– Ты должна прекратить этот ребяческий бунт, Кристал. У тебя есть обязанности, хочешь ты этого или нет.

– Не знаю, сколько раз тебе это говорить, но я учусь, чтобы стать учительницей, – выдавила я сквозь сжатые зубы.

– Ах, дитя. Не знаю, сколько раз тебе повторять, что с этой профессией у тебя нет будущего, – сказала она, качая головой. – Ты должна быть рада, что мы платим за твое обучение.

Ногти впились в мои ладони, так крепко я сжала кулаки.

– Это самое меньшее после того, что мне пришлось пережить из-за тебя! – прошипела я. Мне было все равно, что Кейден стоял рядом с нами и все слушал. Мне на все наплевать. Она должна исчезнуть.

– Самое меньшее? – Она притворно рассмеялась, прикрыв рот наманикюренной рукой. – Ты так наивна и играешь в жертву, хотя прекрасно знаешь, что…

– Замолчи, – сказала я дрожащим голосом.

– Я не позволю собственной дочери затыкать мне рот! – Она снова пригладила свои волосы. – Поверь мне, Кристал. Мы приняли правильное решение. И даже сейчас я хочу сделать тебе одолжение. Только оглянись. Ты живешь с… этим ничтожеством. – Она бросила на Кейдена презрительный взгляд. – Ты обрезаешь волосы и полностью запускаешь себя. Разве ты не осознаешь, как выглядишь? – Она покачала головой. – Я хочу только лучшего для тебя.

Я стояла так неподвижно, что спина начала болеть.

– Ты можешь оскорблять меня, сколько захочешь, мама. Но моего соседа ты оставишь в покое.

Она надменно улыбнулась:

– Какая прелесть. Ты прыгаешь в постель с татуированным сопляком и думаешь, что можешь вести себя как хочешь. Слушай, я здесь не для того, чтобы…

Она не закончила. Кейден встал передо мной, скрестив руки на груди.

– Думаю, будет лучше, если вы уйдете.

Мама уставилась на него. Улыбка не сходила с ее губ, даже когда Кейден сделал еще один шаг к ней. Она грациозно поднялась и потянулась за своей сумкой.

– Рано или поздно ты вернешься домой, Кристал. Когда все пойдет под откос, ты будешь, рыдая, стоять у нашей двери и просить тебя пустить. Только не удивляйся, если мы с твоим отцом не будем готовы к примирению.

Она в последний раз бросила на меня пренебрежительный взгляд, потом исчезла в коридоре. Через несколько секунд я услышала, как захлопнулась входная дверь, но я совсем не осознавала этого.

Я была словно в шоке. Я не знала, как долго стояла так. Минуту? Час?

Слова матери эхом отражались в моей голове, даже когда я вышла из гостиной, чтобы запереться в своей комнате. Как добралась до кровати, я не знала. Словно мое тело не принадлежало мне. Больше всего на свете я хотела бы заплакать, но слезы не приходили. Вместо этого внутри меня появилась эта пустота, которая была мне слишком знакома.

Я не слышала, как в мою комнату вошел Кейден. Он что-то говорил, но я не могла его понять. В какой-то момент его лицо оказалось перед моим. Я слегка подняла голову. Все вокруг меня расплылось. Мне было холодно.

– Уходи, – буркнула я.

Он опустился передо мной на корточки и пристально посмотрел на меня. Его карамельного цвета глаза блуждали по моему лицу, вниз, к моим сжатым рукам, и обратно. Он выглядел удивительно спокойным. После встречи с Шэрон Харпер мало кто чувствовал себя так.

– Эй, – тихо сказал он.

Во рту было сухо, и мне пришлось пару раз провести языком по губам, чтобы смочить их.

– Я бы предпочла сейчас побыть в одиночестве, – прошептала я. Откинув со лба прядь волос, я поняла, что вся покрыта потом. Я все еще чувствовала давление в груди. Мне было очень трудно дышать.

Он нахмурился.

– Я не оставлю тебя одну в таком состоянии.

– Просто уходи, Кейден.

– Нет.

– Я сказала, чтобы ты убирался отсюда! – прорычала я, пытаясь отвернуться от него, но он схватил меня за запястья. Он потянул меня вперед, и мне пришлось буквально раздвинуть ноги, потому что он присел на корточки прямо перед моей кроватью.

– Кейден, – предупредила я его.

– Я не покину эту комнату до тех пор, пока не смогу быть уверен, что ты ничего с собой не сделаешь.

Я подняла брови.

– Даже не собиралась.

– Прекрасно. Я не покину эту комнату, пока не смогу убедиться, что ты забыла каждое слово этой… женщины… – я была почти уверена, что он на самом деле хотел выбрать другое слово и что остановился на нейтральном варианте только из уважения ко мне, – …и снова выглядишь не как затравленный щенок.

Кейден провел большими пальцами по моим рукам. Его кожа была теплой и, в отличие от моей, совсем не липкой.

– И вовсе я не похожа на побитого щенка, – пробормотала я.

Он придвинулся еще ближе и нахмурился.

– Это правда, Элли.

– В лучшем случае как кошка.

– Ммм?

– Я имею в виду, что предпочла бы выглядеть как побитая кошка. Я их больше люблю.

Я заметила, как постепенно расслабляюсь. Близость Кейдена оказала приятное воздействие, и его прикосновение почти заставило меня забыть о том, что только что произошло.

Но только почти.

– Кошки те еще хитрюги, – вслух размышлял Кейден. – По-моему, они не могут быть побитыми.

Я слабо улыбнулась.

– Так уже лучше, – удовлетворенно сказал он. Потом снова задумался, и хватка вокруг моих запястий стала крепче. – Ничто из того, что она сказала, не является правдой. Ты же это знаешь?