Боссов сын, или Я принимаю бой! - Оксана Алексеева

Он уселся на диван и сосредоточился. Я налила нам обоим чай и заняла кресло, чтобы было удобнее беседовать, однако не знала, с чего приступить. К счастью, завел тему Стас:

– Для начала составим список подозреваемых.

– Хорошая идея! – одобрила я и тут же вспомнила: – Евгений Михайлович говорил, что проект проходил утверждение в нескольких отделах. Мы пару сотен подозреваемых впишем?

– Нет, конечно. Он много чего говорит, но надо понимать систему изнутри. Экономисты, рассчитывавшие издержки на печать, или юристы, оформлявшие договор, проект или вообще не видели, или видели мельком ксерокопией – это не их задача. «Рек-про» получили точный рисунок, то есть два крупных отдела смело вычеркиваем.

Я обрадовалась:

– Славно! Секретари?

– Тоже нет, Михалыч сам утверждал на всех этапах, это отец подтвердил. Значит, секретари даже мельком не видели. Предлагаю вычеркнуть заодно и отца с братом.

– Да что ты говоришь. – Я скептически усмехнулась. – Ну еще и себя вычеркни, раз мы так рьяно сокращаем список. Ближе к реальности, Стас!

– Уже вычеркнул, – он не отвлекался. – И тебя, и Михалыча. Надо быть полным придурком, зацикленным на работе и результатах, чтобы самому носиться с проектом, если можно было отвести от себя подозрения, оставив на столе секретаря.

– Твоя паранойя радует, – признала я. – Я бы на Евгения Михайловича и без таких доводов не подумала. Продолжай.

Стас кивнул, но отпил чая, формулируя мысль дальше:

– В итоге с наибольшей долей вероятности остается наш отдел и типография.

– Да все сразу на типографию и думали! – не сдержалась я. – Ты же не всерьез про наш отдел?

– Всерьез. Лучше перебдеть. Весту еще не вписываем, она тогда в аудио сидела, а с аудио никаких сливов, наши макеты им вообще не афишируют до печати, чтобы неосознанно идеи не дергали.

– Глупое перебдение. Если бы шпион был среди нас, то у него для слива был не только Настин проект – море проектов, как и все дельные задумки! Включая последний плакат, который мы за ночь сострогали, а он, по заверению Евгения Михайловича, оказался вообще самым лучшим!

Теперь и Стас засомневался:

– Ну, может, это только первый ход…

Я рассмеялась. Нашла тоже, кого в напарники брать.

– Ты ведь сам расписывал «Рек-про» и подчеркнул, что они только ждут способа уесть твоего отца. Они могли нас так закопать, что мы долго головы бы не подняли, и из чистого благородства решили не спешить? Представь только, если все наши задумки они бы воплощали, пока мы только утверждаем макеты? Да в этом случае у нас не осталось бы шанса, притом ни в какой суд не побежишь!

– Уговорила. Наш отдел тоже вычеркиваем.

И вздохнул. Я тоже вздохнула.

– Вот путем долгих обсуждений и невероятных дедуктивных построений, которым позавидовал бы Шерлок, мы пришли к тому, с чего начинали: шпион наверняка в типографии. Двадцать минут жизни улетело впустую. Сколько там сотрудников?

– Шестьдесят два, – обреченно ответил Стас.

– Сколько?! – я выпучила на него глаза. Нет, я понимала, что типография – самый крупный отдел, но столько подозреваемых – это вообще не упрощение задачи. С таким же успехом мы могли и Весту с Евгением Михайловичем не вычеркивать.

Но Стас расслабился – допил чай, отставил кружку на журнальный столик и раскинул руки по спинке. Долго смотрел на мое лицо, будто теперь я список возглавляла, и заговорил:

– Твой приятель с секции по дзюдо рекламировал, что там вас самообладанию учат. Ты бы не пропускала тренировки.

– Я и не пропускаю, – нахмурилась, не понимая, к чему он ведет.

– В этом случае сделай одолжение и успокойся. Двадцать последних минут привели нас к тому, что работать мы теперь будем в одном направлении – типография. Могли бы и быстрее до этого договориться, если бы ты не была такой истеричной.

Поняв, что он по привычке меня подкалывает, отмахнулась. Из нас двоих один психопат, а я – образец холодного рассудка. Но спорить на эту тему сейчас было лишним:

– Хорошо, Стас, типография. Шестьдесят два подозреваемых. Как обнаружить крысу? «Рек-про» должны были прилично заплатить за слив – может, от этого плясать?

– Да. Если у тебя там есть какие-то знакомые, то просто общайся ни о чем – в буфете, например, или пока лифт ждете. Вдруг у кого-то из их знакомых машина новая появилась или переезд в новое жилье светит? Со мной никто откровенничать не станет, но я то же самое попытаюсь узнать через свои каналы. Но это пассивная стратегия – крыса необязательно тут же побежала спускать деньги, или потратила на такие нужды, о которых не болтают посторонним людям. Будем исходить из предположения, что она умна. По времени трудоустройства тоже ориентироваться не станем – ситуации разные бывают…

Но я с ним не согласилась:

– Разные, но заслать новичка проще, чем подкупить старожила. Конечно, почти любого можно уговорить определенной суммой, но со старыми рабочими это риск – могли бы и деньги взять, и Борису Игнатьевичу сдать. У старичка должны быть какие-то дополнительные мотивы для подобного!

– Хм, – Стас задумался. – Звучит не исчерпывающе, но логично. Хорошо, я выведаю, кто устроился в этом году или после конфликта отца с «Рек-про». Если у кого-то из них непонятный доход обнаружится, то найдем главного подозреваемого.

– Заодно узнай, не увольнялся ли кто буквально на днях по неизвестной причине. Вот тебе и умная крыса – слил, заработал и слился сам, чтобы не нарваться.

– Узнаю, – принял довод Стас. – Но будет очень жаль, если так.

Я растерялась:

– Почему же? Мы же шпиона просто передадим Борису Игнатьевичу, чтобы того вышвырнули из фирмы. Если шпион уже самовышвырнулся, то и сделать с ним больше ничего не сможем.

На этот раз взвился Стас, обозначив всем свидетелям свою неуемную холеричность:

– Как так?! Просто уволим? За Настенькины слезы? Может, еще и премию сверху выдадим, а?!

– Не поняла, а ты что с ним собрался делать?

– Как минимум, морду начистить, чтоб на всю жизнь запомнил, как к таким уродам относятся! Я зря, что ли, с дзюдоисткой связался?!

– Не буду я никому морду чистить, угомонись.

– Друга твоего найму! Он вызывает во мне намного больше доверия!

– Дениса? – я представила и рассмеялась. – И он никому не будет морду чистить. Разве что заболтает о здоровом образе жизни до полусмерти.

– Хоть так, – Стас немного успокоился. – Вообще-то, я имел в виду Ванечку. Кстати, где он?

– Кстати, не твое дело. И дверь открыта, если мы закончили.

Стас встал и прошел на кухню – копался там минуты две, потом вернулся с кружкой чая. Надо же, сам сумел смешать заварку с кипятком без привлечения повара и домработницы! Молодец, криворученька общефирменная.