Жизнь полна неожиданностей - Миранда Ли

Спеша по коридору в свой офис, Оливия успела заметить, как служащий из отдела маркетинга резко остановился, повернул голову и долго провожал ее восхищенным взглядом.

Легкая улыбка удовлетворения заиграла на ее полных, умело подкрашенных губах. Но эта улыбка исчезла, когда она увидела полыхающий взгляд Льюиса, которым он окинул ее с ног до головы.

— Бог мой, что ты сделала с собой? — рявкнул он.

— Просто привела в порядок. Вернее, вернула себе нормальный облик, — небрежно ответила Оливия, подходя к столу. Она взяла свою сумку и бросила в нее тюбик губной помады, который ей всучила Лила с наставлением подкрасить губы после ленча. — Не хочу, чтобы твоя мама подумала, что тебя заманил в свои сети неряшливый синий чулок.

Впервые на памяти Оливии ее босс не нашелся, что сказать. Наконец, прокашлявшись, он грозно спросил:

— Какую игру ты затеяла, Оливия? Оливия подняла голову и сердито посмотрела на Льюиса.

— Я никогда не играю, Льюис. В этом мире игры прерогатива мужчин. Я проста и честна до неприличия. Прошу тебя не забывать об этом. — Ее сердце забилось сильнее, она уже была готова прикусить язык, но решительно продолжила:

— Имидж серой мыши я использовала для того, чтобы не вызывать ревности и неприятия у твоей жены. А потом у меня вошло в привычку одеваться и выглядеть подобным образом, и люди стали относиться ко мне соответственно. Мне не нравится, когда меня недооценивают. — Оливия смело посмотрела Льюису прямо в глаза.

— У меня никогда и в мыслях такого не было, — с усмешкой произнес Льюис.

— Надеюсь.

Его усмешка нервировала Оливию.

— Так мы идем? — осведомился он. — Уже полдень.

— Конечно. Если мы опоздаем, то по твоей вине. Я пришла вовремя.

— Я знаю, — сказал Льюис и взял Оливию под руку. —Одно из многих качеств, которые мне в тебе нравятся, — твоя надежность.

Пять минут спустя они притормозили у светофора на Виктория-роуд. В салоне стояла гнетущая тишина. Оливия сидела, судорожно сжимая на коленях свою сумочку, Льюис нервно барабанил по рулю, глядя в окно. Вдруг Оливия почувствовала на себе его оценивающий взгляд.

— Ты хорошо выглядишь, — сердито произнес он. — Слишком хорошо.

Оливия повернула к нему голову, алые губы приоткрылись от удивления.

— Как, скажи мне, можно выглядеть слишком хорошо?

— Ты взяла с меня обещание не прикасаться к тебе в офисе. Но если я отныне буду видеть тебя.., хмм.., такой, я не смогу за себя поручиться.

Затея поразить Льюиса, сменив имидж, явно удалась, но вместо триумфа Оливия ощутила стыд и вину. По сути, она действительно затеяла жестокую и провокационную игру.

— Извини, Льюис… Я как-то не подумала.

— Тебе не за что извиняться, — произнес он уже более дружелюбно. — Ты вправе одеваться, как тебе хочется. По правде говоря, даже этот твой наряд далеко не столь вызывающ, как у моей бывшей секретарши. Но странное дело, при виде нее я ни разу не испытал ничего похожего на интерес или возбуждение, в то время как ты, Оливия… Бог мой, чего мне стоило держать себя в руках все эти дни! Ты доводила меня до безумия в своем монашеском одеянии, и я уже начал опасаться, что становлюсь извращенцем. Чем холоднее и чопорнее ты выглядела, тем больше я распалялся. Но теперь я понял, что с моей психикой все в порядке — сейчас я хочу тебя еще больше.

"Не больше, чем я тебя”, — подумала Оливия.

— Льюис, не надо так говорить. — Ее щеки пылали, дыхание стало прерывистым.

Льюис пристально посмотрел на нее. В его глазах полыхал пожар.

— Давай проведем вместе сегодняшнюю ночь, хрипло попросил он.

"Да!” — немедленно откликнулось предательское тело. “Нет!” — предостерегающе прошептал разум.

Оливия закусила нижнюю губу, борясь с искушением. И тут она вспомнила, что на этот вечер у нее назначен визит к врачу. Мысль о ребенке немедленно привела ее в чувство.

— Не могу, Льюис, — честно ответила она. — На восемь часов у меня назначен визит к врачу. Пожалуйста, не осложняй мне жизнь.

— осложняю жизнь тебе?!

В этот момент на светофоре зажегся зеленый свет, и Льюис резко нажал на газ. Но это не остудило его негодования, и он снова бросился в атаку:

— А ты когда-нибудь думала, что это ты сделала мою жизнь невыносимой с того самого дня, как с моей помощью в пьяном угаре решила отомстить Николасу и продемонстрировала свою страстную, сексуальную натуру? Я провел безумное Рождество, представляя, что ты выпила упаковку снотворного или уехала в неизвестные края… Неимоверное чувство облегчения, когда я увидел тебя живой-здоровой на работе, вскоре сменилось беспрестанными видениями тебя и меня во всех без исключения позах Кама-сутры.

Откровенность и неистовство, с какими была произнесена эта тирада, заставили Оливию задрожать. Она безмолвно смотрела на Льюиса, только ее глаза раскрывались все шире и шире.

— А потом, — продолжал он, — когда я уже решил, что, став твоим любовником, наконец успокоюсь, ты взрываешь очередную бомбу. Таблетки подвели, и ты носишь моего ребенка! Теперь к этому прибавляется твой категорический отказ выйти за меня замуж… И скажи честно, кто кому осложняет жизнь?

— Я.., я никогда не смотрела на.., наши отношения.., с этой стороны.

— Конечно! Чего еще ждать от женщин?! Они даже не предполагают, что у мужчин тоже бывают чувства.

— Не надо обобщать, — огрызнулась Оливия. — Хотя на самом деле у большинства из вас основной орган чувств расположен ниже живота.

— Это не наша вина — такими нас сделала матушка-природа. К тому же, если б не мы, род человеческий давно бы вымер.

— Если б не мы, род человеческий вымер бы! А если серьезно, мой ребенок для меня — важнее всего…

— И я очень рад этому. Правда. Но не забывай, что я стану отцом в тот же миг, как ты станешь матерью. Это раньше основная роль отца сводилась к тому, чтобы зачать, защитить и обеспечить семью. Но психологи доказали, и я с ними абсолютно согласен, что роль отца в повседневном воспитании ребенка очень важна. А как я смогу участвовать в жизни моего ребенка издалека? Я должен быть рядом. Под одной крышей с ним.

— Ты прав. Я подумаю об этом, — пробормотала Оливия.

— Все, о чем я прошу, — это хорошо подумать, прежде чем ответить на мое повторное предложение выйти за меня, поскольку оно будет вторым и последним. Больше я просить не стану.

Оливия вздохнула. Как всем удается заставлять ее испытывать чувство вины? Вот и теперь она чувствовала себя виноватой перед Льюисом. Наверное, она просто эгоистка.

— А вот и дом, в котором живет моя мать. Пока Льюис парковал машину у тротуара, Оливия рассматривала современное четырехэтажное здание.