Жизнь полна неожиданностей - Миранда Ли

— Моя мать тоже так говорит.

— На редкость проницательная женщина. — Оливия дословно повторила его слова о ее матери.

— Да вы, мадам, острячка, как я погляжу…

— Это мое единственное достоинство. Некрасивая, не очень молодая, несветская, небогатая, зато остроумная…

— Я сверну Дине шею! Я продам этот чертов дом как можно скорее и наконец отделаюсь от нее. Она как камень на шее!

— Бедная Дина.

— Как же, бедная! После развода она будет очень даже богатая. Она уверена, что это достойная плата за двухлетний брак с дураком.

Сердце Оливии смягчилось.

— Льюис, никакой ты не дурак, — мягко сказала она. — Ты просто не должен был жениться на ней, если не любил по-настоящему.

Льюис тяжело вздохнул.

— Наверное, ты права. Но как распознать настоящую любовь? Существует ли она?

— Существует, — с уверенностью произнесла Оливия. — Я точно знаю.

— Тогда я тебе завидую.

— Когда любовь безответная, это очень больно.

— Ты забудешь его, Оливия, — раздраженно сказал Льюис. — Поверь мне.

Оливия не стала разубеждать его, что речь идет вовсе не о Николасе, и промолчала. Льюис снова вздохнул.

— Подозреваю, что ты не пригласишь меня зайти.

— Не приглашу.

— Ты очень волевая женщина, да? Оливия рассмеялась.

— Не во всем, Льюис, не во всем. Он нагнулся и крепко поцеловал ее в губы. Голова Оливии откинулась на подголовник, и она оказалась в ловушке. Второй поцелуй был более глубоким и более чувственным. Решение удерживать Льюиса на расстоянии улетучилось, как дым. С тихим стоном она сдалась на милость победителя, раздвинув губы и приветствуя вторжение его языка.

Это был самый долгий, самый страстный поцелуй в ее жизни.

— Смею я надеяться, что твоя сильная воля не распространяется на эту сферу наших отношений? пробормотал он у самых ее губ.

— Похоже, моя плоть и впрямь слабеет в твоем обществе.

Льюис отклонил голову и пристально посмотрел ей в глаза.

— Если я правильно помню, Николас, уходя, назвал тебя скучной в постели. Ну и глупец! Я не нахожу тебя скучной, тем более в постели.

Оливия густо покраснела.

— Ты разбудил ту сторону моей натуры, о которой я даже не подозревала.

— Ммм. Я польщен. — Льюис выразительно посмотрел на ее бурно вздымающуюся грудь.

— Не смей, — выдохнула она, предугадав его следующий шаг.

Льюис откинулся на сиденье и послал Оливии разочарованный взгляд.

— Могу я надеяться, что ты отменила табу на наши интимные отношения? Мы по-прежнему любовники? Поверь, твоя беременность ничуть не уменьшает моего желания. И если доктор считает, что это не навредит ребенку, то почему мы должны отказываться от удовольствия обладать друг другом?

Оливия чуть не задохнулась от возмущения. Он просто шантажирует ее — задавать такой вопрос, когда она еще не пришла в себя от поцелуя! Надо все-таки взять себя в руки и установить рамки их дальнейших отношений, иначе она потеряет остатки самоуважения.

— Пожалуй, ты прав, — бросила она как можно равнодушнее. — Я признаю, что наше обоюдное влечение слишком сильно. Но все-таки я лучше сначала проконсультируюсь с доктором, чтобы быть абсолютно уверенной, что секс не повредит малышу. И если я соглашусь на продолжение наших отношений, ты дашь мне обещание, что в офисе мы останемся по-прежнему боссом и секретаршей — никаких эмоциональных проявлений, никаких поползновений.

— Господи, Оливия, ты как сделку заключаешь.

— Извини, я никогда раньше не была в такой ситуации.

— Ты думаешь, я был?

— Не знаю. Я знакома с тобой всего полтора года. Какой была твоя жизнь до этого, я не имею ни малейшего представления.

— Поверь, ничего подобного со мной не случалось, — рявкнул он, но тут же взял себя в руки. — Ладно. Никакого секса до посещения доктора, и никаких оргий в священных стенах офиса. Но разреши мне хотя бы делать подарки тебе и будущему ребенку.

— Я не могу запретить тебе покупать детские вещи, но что касается меня — уволь. Любой подарок я буду воспринимать как попытку подкупа.

— Не могу поверить своим ушам, но все козыри у тебя. А как насчет моей матери?

— А что с ней?

— Я могу сообщить ей эту радостную весть?

— Ты находишь ее радостной? — Тебе лучше поверить в мою искренность! Кроме того, моя мать мечтает стать бабушкой как минимум последние лет десять. Она тут же накинется на тебя со своей заботой и подарками… Если серьезно, она захочет увидеться с тобой.

— Ну что же. Я с удовольствием встречусь с ней, но только не в эти выходные.

— Как скажешь.

— Спасибо. Теперь я пойду. Спасибо, что подвез.

— Тебе обязательно держаться так официально, Оливия?

— Да.

— Почему?

— Потому что… — Оливия выскользнула из машины, предугадав его намерение снова обнять ее и поцеловать. — Увидимся в понедельник на работе.

Еще на лестнице она услышала трель телефонного звонка в своей квартире. Оливия торопливо открыла дверь и бросилась к аппарату. Кто бы это ни звонил, он был очень настойчив.