Cемейные узы не в счет - Кира Витковская

– Глупость какая! Не бери в голову, ничего он не сделает.

– Ты не знаешь Андрея. Это страшный человек, я с каждым днем в этом убеждаюсь!

– А в чем это проявляется – эта его «страшность»? Что такого страшного он сделал? Не на что он способен по твоему мнению, а что он уже сделал?

– Не знаю, Дин, я не была свидетельницей каким-то его преступлениям. Просто у него страшные знакомые, постоянные дела… недавно кто-то звонил ему и угрожал… Андрея не было дома, поэтому говорила и слышала угрозы я. А потом я нашла в его столе пистолет.

– Ну и что? Многим бизнесменам угрожают, у многих есть оружие дома. Ты просто донельзя запугана, подружка, потому и видишь то, чего нет.

– А если как раз то, что есть? Всех деталей не упомнишь, но Андрей много раз вел себя странно. И в нем не только я странности подмечаю… И еще, когда Андрей говорил, что может причинить вред Марку, он Макси вспомнил. То нападение…

– И тебя это напугало?

– Ну да. Знаешь, я не хочу, чтобы с Марком что-то случилось – я себе этого не прощу.

– Только не вздумай от Марка отказаться, а то я тебя знаю. Сейчас накрутишь себя и оставишь все, как есть. Дальше будешь мучиться.

– Нет, – сказала Ксю. – Как есть я все не оставлю. Но я боюсь за Марка… и не знаю, что делать.

– Знаешь что? Поговори с моим отцом – он в этом разбирается и посоветует тебе, как быть.

– Да, конечно. Да я и хотела у него попросить еще одну вещь. Чтобы он начал бракоразводный процесс. Я даже толком не знаю, что для этого нужно.

– Значит, ты точно разводишься?

– Да.

– А долго у нас пробудешь?

– Не знаю. Была бы рада совсем остаться, но не знаю, как получится. Совсем отвязаться от Андрея не получится никак – у меня ребенок от него будет.

– Как же так, Ксю?

– Вот так. Что я могу поделать? Андрей, конечно, подлец или мерзавец, но малыш ни в чем не виноват. Я буду любить его также, как и Женю.

Поговорив со Славой, Ксюша немного успокоилась. Слава сказал, что подготовкой документов займется сам. Из-за детей, конечно, могли возникнуть сложности, но решить их, в принципе, возможно. Плюс выяснения по поводу имущества.

– Я с удовольствием отдам ему все без боя. Мне от него ничего не надо, – сказала Ксю. – Только бы быстрее.

– Узнаю тебя, но не стоит так разбрасываться. У тебя ребенок, который по закону все еще Андрея, и скоро появится еще один. И ты без работы. Не надо отказываться хотя бы от элементарного пособия.

– Там видно будет. Меня сейчас другое беспокоит. Как по-вашему, дядя Слава, Андрей может привести в исполнение свои угрозы?

– Послать людей избить или убить Марка? Не думаю. По-моему, он просто блефует, старается тебя уязвить. Но все же не слишком дразни его, ладно? Поосторожнее, Ксюша.

– Вы думаете, что Андрей все же способен отомстить вот так?

– Да отомстить может любой человек, которого сильно довести, – ответил Слава. – Но ты не пугайся – если вы с Марком любите друг друга, то вы будете вместе, и никакой Андрей вам не помешает.

Через неделю Ксюша вернулась в Минск. Нужно было сходить к врачу, сдать какие-то анализы, чтобы узнать, как развивается ребенок.

– Ну что, ты все же подала на развод? – спросил Андрей. – Ладно, черт с тобой, разводись. Мое условие остается в силе.

– Какое условие?

– Ты не подходишь к Марку, а я не мешаю тебе жить. Не наставляй мне рога у всех на виду.

Опасения, а также предостережение отчима не позволило Ксюше отмахнуться от этих слов. Тем более, что лето уже заканчивалось – были последние числа августа, и скоро должна была приехать Кристина. Жизнь девочки Ксю уж никак не хотела подвергнуть опасности, поэтому решила пока не встречаться с Марком.

Выбрав момент, когда Андрея дома не было, она позвонила Марку и сказала, что пока они не будут встречаться.

– В каком смысле пока? – спросил Марк.

– Пока я не разведусь с Андреем.

– Вот как? А что потом?

– Потом он не будет меня преследовать.

– А теперь, значит, преследует?

– Да… он угрожает мне, что наймет людей, чтобы тебя избили. Я боюсь за тебя, Марк! – словно извиняясь, объяснила Ксю. Марк усмехнулся.

– А когда вы разведетесь, он оставит тебя в покое?

– Да… Андрей обещал…

– Господи, и ты веришь? Ксю, сколько ты будешь вестись на его шантаж? Сейчас Андрей требует, чтобы ты не встречалась со мной, пока вы женаты. Завтра станет угрожать, что убьет нас с тобой, если мы будем вместе… Да это никогда не кончится – Андрей понял, как можно на тебя влиять!

– А что ты предлагаешь? Мозолить ему глаза нашим с тобой счастьем? Эдак или тебе или мне точно горло перережут!

– За меня можешь не волноваться, – ответил Марк. – А тебе, кстати, необязательно продолжать жить с ним, если ты с ним разводишься.

– Ты жесток, – сказала Ксюша. – как ты не можешь понять, что я волнуюсь за тебя и не могу допустить, чтобы с тобой случилась беда!

– Я все могу понять, Ксю, но мне противна сама мысль, что Андрей по-прежнему тобой распоряжается! И ты, тем не менее, не хочешь, чтобы с ним разобрался я. Если бы ты собиралась изменить свою жизнь, то не вела бы себя так!

– Как ты можешь! Марк, ведь ты ничего не теряешь из-за меня, ничем не жертвуешь! А меня могут убить, у меня могут отнять ребенка… Я прошу у тебя лишь одно: подожди!

– Ну, конечно, Ксю, вот ты и показала, кто есть кто! – вышел из себя Марк. – Ты мученица и жертва, а я просто потребитель. И так было всегда. Ты воспринималась, как бедная и несчастная, а у меня все было легко и прекрасно. Не надоело играть в маленькую святую и давить на жалость? Ты говоришь, что подвергаешься опасности из-за меня, но не хочешь, чтобы я помог тебе! Наверняка в дальнейшем скажешь, что из-за меня лишилась всего – богатства, положения, уважения… Не потому ли ты тянешь время и говоришь, что нам лучше не встречаться?

– Вот ты как обо мне думаешь? Думаешь, что для меня главное деньги… а то, что я волнуюсь и боюсь за тебя…

– За себя я и сам поволнуюсь, так что не трудись, – холодно ответил Марк. – А если говорить о том, что я о тебе думаю… то ведь твои мысли обо мне ничуть не лучше моих о тебе…

– Пожалуй, ты прав, – сказала Ксюша и положила трубку.

Вот. Хотим как лучше – получается как всегда. Не стоило надеяться, что у них с Марком что-то выйдет. Да, они любили друг друга и продолжают любить. Но ведь нельзя забывать и о том, сколько ран они успели нанести один другому. Глупо предполагать, что раны эти, эти взаимные обиды, невысказанные упреки позволят им быть вместе. Рано и поздно произошла бы такая вот ссора, которая показала бы, сколько всего их разделяет.