Сердце горца - Ханна Хауэлл

— А теперь ты, милый друг, ползи вперед так же медленно.

— Ты что, совсем очумел, не признаешь родню? — проворчал Ривен, однако тоже подчинился приказу.

— Голос похож, но тут слишком темно, и я ни в чем не уверен. В наши смутные времена надо быть осторожным. Справа от тебя на столе лампа, — продолжал мужчина, заметив, что Ривен выбрался из прохода и поднялся на ноги. — Зажги ее, я должен увидеть твое лицо. Не забывай, мой меч — у горла твоей подруги. Одно неосторожное движение — и у нее появится новая улыбка.

Лампа осветила комнату, и Ривен обернулся, встретившись взглядом со своим братом Нэрном.

— Ну так что, брат?

Нэрн отпустил Тэсс и, вложив меч в ножны, с улыбкой пожал плечами:

— Такие времена, дорогой. А что бы ты сделал на моем месте?

— Похоже, обычай приставлять клинок к горлу девушек — ваша милая семейная привычка, Ривен, — буркнула Тэсс, потирая горло.

— Ну же, Тэсс… — начал Ривен.

— Да и угрозы звучат удручающе одинаково.

Нэрн отвесил легкий поклон, окинув Тэсс внимательным взглядом.

— Примите мои извинения, леди. Вокруг полно врагов. Приходится вести себя соответствующим образом.

Тэсс не удостоила его ответом, и Нэрн повернулся к Ривену. Обнявшись, братья похлопали друг друга по спине. Тэсс закатила глаза в безмолвном возмущении, слушая их шутливый обмен ругательствами и нецензурные пожелания доброго здоровья. А о ней никто и не вспомнил. Оглядевшись, она увидела широкую кровать, аккуратно застеленную чистым бельем, и ей до боли захотелось упасть на нее и забыться безмятежным сном. Тэсс была грязной, мокрой, от нее разило плесенью и прибитой дождем пылью. Завалиться спать в таком виде было бы верхом неприличия. Но она тут же решила, что имеет на это право. Не потому, что еще один Халиард угрожал ее жизни. А потому, что все о ней забыли. Никто не спросил, как она себя чувствует, и, нахмурившись, она решила, что чувствует себя все хуже и хуже. Расстелив одно из тонких одеял прямо поверх белья, Тэсс растянулась на кровати и почувствовала огромное облегчение. Все, что ей сейчас нужно, — это хорошенько отоспаться в теплом, сухом, безопасном месте. Уже закрывая глаза, она с легкой обидой подумала: когда же Ривен вспомнит о ней?

— Итак, эта девушка в мужской одежде — племянница Теркетла, — проворчал Нэрн, когда они с Ривеном завершили наконец свои приветствия.

— Да. — Ривен обернулся к Тэсс и обнаружил, что она уже растянулась на кровати Нэрна. — Тэсс, — воскликнул он, подскочив к девушке, — надо сначала помыться! — И он схватил Тэсс за руку.

Она открыла один глаз.

— Только тронь меня, и я приставлю к твоему горлу кинжал.

— Тэсса, я знаю, как ты устала, но это — кровать Нэрна, и тебе действительно надо помыться.

— Ну и пусть я грязная, это вовсе не значит, что вы можете угрожать моей несчастной жизни. Оставьте меня в покое. — И она повернулась к ним спиной. — Я могу помыться и позже, — промямлила она и провалилась в глубокий сон.

— Тэсса. — Ривен попытался разбудить ее, но Нэрн схватил его за руку:

— Оставь бедняжку в покое. Ты, небось, тащил ее через все эти болота и горы почти без отдыха, потому что Дугласы и Теркетлы все время были у вас на хвосте.

— Ты прав, но посмотри, во что она превратила твою постель. Она вся в пыли, грязи и промокла.

— Ладно, с моей кроватью ничего не случится. А мы с тобой можем переночевать и в другой комнате.

— Ты иди. Я останусь с ней.

— Думаешь, так будет лучше?

— Не важно, как будет лучше.

— Поступай как знаешь.

Ривен попытался раздеть Тэсс. Стянул с нее сапоги, расшнуровал куртку.

— Так вы собираетесь пожениться? — спросил Нэрн.

— Нет. Я не могу взять в жену богатую наследницу, не имея за душой ничего, кроме верного меча.

— Тогда не надо было соблазнять девушку.

— А я и не соблазнял, — огрызнулся Ривен и добавил: — По правде, говоря, мы соблазнили друг друга.

— Хочешь сказать, что она уже не была девственницей?

— Была.

— Впервые слышу, чтобы девственница соблазнила мужчину.

— Это долгая история.

— Пусть так. Вам придется задержаться здесь ненадолго. У меня будет время послушать твою долгую историю. — Скрестив на груди руки, Нэрн продолжал наблюдать, как Ривен расстегивает на Тэсс сорочку.

Ривен обернулся к брату:

— У тебя есть какая-нибудь рубашка? Необходимо растереть ее насухо.

Как только Нэрн отвернулся, Ривен быстро стащил с Тэсс сорочку, отбросил в сторону, и, прикрыв девушку сухим краем одеяла, заметил Нэрна, стоящего у противоположного края кровати с рубашкой в одной руке и полотенцем в другой.

— Мне приходилось видеть твоих прежних женщин, — тихо произнес Нэрн, передавая Ривену полотенце.

— На сей раз я предпочел бы, чтобы ты отвернулся, пока я буду ее одевать.

Нэрн отвернулся, и Ривен быстро обтер Тэсс. Он взял у Нэрна рубашку и попытался натянуть ее на девушку. Уже застегивая ее, он заметил, что Тэсс проснулась и, к крайнему удивлению Ривена, отвесила ему полновесную пощечину.

— Ривен, нет, — бормотала она, — я так устала, давай утром.

Нэрн тихо рассмеялся, а Ривен встревожился при виде нездорового румянца, разлившегося по ее щекам.

— Я просто переодеваю тебя в чистую одежду.

Тэсс не ответила, и он понял, что она снова провалилась в сон.

— Ну вот, — сказал Ривен. — Теперь можешь повернуться, Нэрн. — Улыбка на лице брата вывела Ривена из себя.

— Подними девушку, я расстелю постель, уложишь ее как следует.

Уложив Тэсс, Ривен пощупал ее щеки и лоб:

— Кажется, ее лихорадит.

— Бедняжка просто замерзла и устала. Посмотрим, как она будет чувствовать себя утром. Еще рано волноваться. А сейчас мы с тобой выпьем немного вина.

Ривен еще раз взглянул на Тэсс и последовал за братом к маленькому столу в дальнем углу спальни. Сев напротив Нэрна и приняв от него кубок с вином, Ривен надеялся, что брат поймет его желание поскорее закончить заговор. Он чувствовал себя совершенно измученным.

— Тебе удалось проскользнуть мимо людей Дугласа незамеченным? — спросил Нэрн.

— Надеюсь, что да. И как долго они здесь околачиваются? Старый Колин сказал, что около двух недель.

— Примерно так. Единственным способом избавиться от них было бы напасть на их лагерь, но он расположен на земле Дугласов, и я не рискнул.

— Я понимаю. Не стоит привлекать к себе внимание, особенно в такое время.

— Значит, ты уверен, что будет война?