Эффект Рози - Грэм Симсион

Я был не в состоянии вникнуть в суть вопроса, но Джин ответил на него сам:

– Ротвейлер вернет тебе ребенка.

Это была шутка, предположительно вульгарная, но я понимал, что мы сейчас два приятеля, которые вместе выпивают, и в таком контексте подобные шутки уместны.

– О господи, Дон, что ты принес?

– Гренадин. Это безалкогольный напиток. Необходимо сохранить ясность сознания. А ты отвлекаешься. Продолжай.

– Вот в чем суть проблемы: тебе предстоит встреча с социальным работником, и на ней должна присутствовать Рози. Ты можешь найти предлог…

– Я могу сказать, что она себя плохо чувствует из-за беременности. Это вполне вероятно.

– Так ты только оттянешь время. А отчет эта тетка напишет все равно. Не стоит дразнить ротвейлера.

– Ты же утверждал, что социальные работники отличаются от ротвейлеров.

– Лишь самую малость.

Лишь самую малость. Тут у меня родилась идея.

– Можно нанять актрису. Чтобы она изображала Рози.

– Софи Лорен, например.

– Она ведь существенно старше Рози.

– Шучу. А если серьезно, проблема в том, что нужен человек, который тебя хорошо знает. Потому что социальному работнику надо ответить на главный вопрос – сможет эта женщина справиться с Доном Тиллманом? А поскольку ты…

Я закончил мысль Джина за него:

– …не вполне типичен. Правильно. Сколько времени, по-твоему, нужно, чтобы достаточно меня узнать?

– Я бы сказал, полгода. Минимум. Прости, Дон, но я считаю, что рассказать все Рози – меньшее из зол.

Я выждал еще неделю в надежде, что подсознание все-таки подкинет мне подсказку. Это была девятая неделя с момента зачатия Бада. Его изображение на плитке занимало теперь два с половиной сантиметра, и мне удалось точнее уловить изменение формы тела благодаря приобретенному опыту.

Идея с актрисой в роли Рози выглядела заманчиво, мне было трудно от нее отказаться. Выражаясь языком науки, я утратил способность видеть альтернативу. Но Джин был прав: у нас не оставалось времени на то, чтобы подготовить незнакомку к пристрастным вопросам профессионала по поводу моей личности. Только один человек еще мог мне помочь.

Я рассказал ей о Происшествии на детской площадке и предстоящем собеседовании с социальным работником. Объяснил, что моя главная задача – оградить Рози от лишних волнений и что Эдинбургская шкала послеродовой депрессии показала необоснованность опасений Лидии. Тем не менее избегать назначенной консультации было опасно.

– Мы должны пройти это собеседование как будущие родители и выслушать ее рекомендации, иначе меня осудят, депортируют и запретят мне встречаться с Бадом.

Я, скорее всего, немного преувеличивал, но не мог забыть предложенное Джином сравнение с ротвейлером. В центре боевых искусств обороне от служебных собак не обучали.

– Тварь. Это вообще из ряда вон! Как она может так делать?!

– Она социальный работник, обнаруживший в ситуации факторы риска. Ее требование выглядит обоснованным.

– Ты добрый. Это так на тебя похоже. Хорошо, я с удовольствием сделаю все, что в моих силах.

Это был невероятно щедрый отклик. Больше не надо мучиться, подыскивая аргументы, реакция ясна.

– Я хочу, чтобы ты изобразила Рози.

Насколько я мог судить по выражению ее лица, мои слова потрясли Соню. Я не обсуждал свой план с Джином, но мне было известно, что, по его мнению, бухгалтеры – мастера обмана. Я полагался на него.

– Господи, Дон. – Она засмеялась, но я заметил некоторую нервозность в ее поведении. – Ты шутишь… нет, я знаю, что ты на это не способен. Боже мой. Я не думаю, что у меня получится быть Рози.

– В силу недостатка квалификации или по морально-этическим соображениям?

– Ты меня знаешь, я совершенно аморальна.

Это не совпадало с моим впечатлением о Соне, но соответствовало взгляду Джина на ее профессию.

– Мы с Рози такие разные.

– Совершенно верно. Но Лидия не встречалась с Рози. Она даже не знает, что Рози австралийка. Студентка медицинского факультета, друзей нет – это все, что ей известно.

– Нет друзей? А мы с Дейвом?

– Она с вами встречается только вместе со мной. В основном она общается со своими одногруппниками. Время от времени – с Джуди Эслер. Рози в основном занимают разговоры на интеллектуальные темы.

– Надо будет почитать что-нибудь научное. Хочешь кофе?

Мы разговаривали в квартире Дейва и Сони. Было воскресенье, но Рози ушла в университет, нарушив правило, согласно которому выходные объявлялись свободным временем. Дейв тоже был на работе.

Соня утверждала, что ее итальянские корни регулярно требуют эспрессо, и завела для этого хорошую кофеварку. Кофе был отличной идеей, но перед нами стояли более важные задачи.

– После того, как мы договоримся.

– После того, как я выпью кофе.

Пока Соня ходила за моим двойным эспрессо и капучино без кофеина, разрешенным в период беременности, она обдумала свой ответ.

– Хорошо, Дон, но только один раз, договорились?

Я кивнул.

– И мне не придется ничего заполнять или подписывать?

– Не думаю.

Я ни в чем не был уверен, но если Лидия изучает меня как возможного педофила, то вряд ли станет писать в отчете что-нибудь про Рози или будущее отцовство. Скорее всего, Соня была права, когда сомневалась в том, что Лидия не выходит за рамки своих полномочий.

– Ладно, я сделаю это для тебя по двум причинам. Во-первых, потому что ты помог Дейву. Если бы не наличные от Джорджа-барабанщика, он бы обанкротился. Я это знаю.

Дейв, безусловно, не подозревал, что Соня в курсе. Он очень заботился о том, чтобы Соня оставалась в неведении о состоянии его дел. Что выглядело странно, учитывая профессию Сони.

Соня допила кофе.

– Но ты не должен ничего говорить Дейву.

– Почему?

– У него и так забот хватает. Ты же знаешь Дейва, он будет беспокоиться.

Это правда. Я пошел на ложь, чтобы не причинять Рози стресс. Будет ужасно, если в результате найденного решения стрессу подвергнется Дейв – это может стать причиной инфаркта или инсульта, к которым Дейв и так склонен из-за избыточного веса. Но тайны множились, а я очень плохо владею навыками обмана. Я пообещал Соне сделать все, что в моих силах, но предупредил, что с враньем у меня дела обстоят хуже, чем у обычных людей. Мне бы пригодились навыки Джина, но они были продолжением тех его личностных качеств, которые мне не нужны.

– А вторая причина? – спросил я.

– Поставить эту дрянь на место, – сказала Соня. И расхохоталась.