Внезапная страсть - Кэйтлин Битнер Рот

– Тише, дорогая. Не лишайте меня удовольствия сделать скромный подарок. – Мистер Андруз зашел сзади, надел украшение и застегнул замок.

С трудом сдерживая слезы, Селина прикоснулась к драгоценным камням.

– Скажите, как мне отблагодарить вас за доброту?

Джастин слегка улыбнулся.

– Ну, если уж речь зашла о благодарности… – Он глубоко вздохнул. – Умение общаться с людьми делает вас, дорогая, необыкновенной. Ко всем вокруг вы относитесь с глубоким уважением и без предрассудков… за исключением Тревора.

Селина не на шутку испугалась. Неужели мистер Андруз узнал, как она поступила ночью с его сыном?

– Пожалуйста, Селина. – Джастин заговорил еще мягче, осторожнее. – Я далеко не наивный человек и чувствую, что назрел нешуточный конфликт. Не понимаю, в чем кроется причина, поскольку вы сказали, что излишним вниманием Тревор не досаждает, но хочу попросить хотя бы сегодня держаться с ним так же, как со всеми остальными. Иной благодарности мне не нужно.

– Да, конечно, – прошептала Селина.

Если бы мистер Андруз знал, что она планирует соблазнить Тревора, причем в ближайшее время, то не считал бы столь безупречной.

Она с трудом перевела дух, взяла доброго хозяина под руку и постаралась перевести разговор в более безопасное русло.

– Вам не кажется, что для завтрака это ожерелье выглядит несколько претенциозным?

– Вне всякого сомнения.

– Я так и подумала.

– Что ж, пойдемте?

– Да, пожалуй.

Они вместе вошли в столовую, и Селина с изумлением увидела, как много народу собралось за длинным столом. Гости из Нового Орлеана и из окружающих поместий начали прибывать еще с вечера, однако она не подозревала, что приехали десять супружеских пар и два холостых джентльмена. Трех гостевых домов на всех не хватило: хозяевам пришлось уплотниться и разместиться в спальнях по двое, – поэтому Фелиция переселилась в комнату Селины.

Хозяин начал торжественный ритуал знакомства. Селина не знала никого, кроме вдовы Бодерье, которая была явно недовольна тем обстоятельством, что оказалась за столом в окружении двух пожилых джентльменов.

Присутствие скандальной особы рассердило и оскорбило. Но разве можно было надеяться, что Жизель останется без приглашения? В конце концов, она ведь не только жила поблизости, но и согласилась приютить тех из гостей, кто не поместился в Карлтон-Оксе. Разумеется, не без тайного умысла: ее остро интересовало мужское общество.

Джастин сел во главе длинного стола, пригласил виновницу торжества занять место справа от себя и тут же извинился, сказав, что непременно должен обойти гостей и поговорить с каждым из присутствующих. Тревор оказался напротив Селины и взглянул с нескрываемым интересом.

– Как прошла ночь? Хорошо спали?

Она не смогла сдержать смех.

– Очень хорошо. А вы? Не утомила ли… ах… дальняя поездка и многочисленные дела в Новом Орлеане?

Тревор поднес к губам бокал, однако не смог спрятать лукавую улыбку. Во взгляде промелькнуло понимание.

– А вы оказались настоящей разбойницей. Признайтесь: любите опасные игры?

– Опасные?

Итак, соблазнение началось, и Селина готовилась насладиться каждым моментом действа. Чтобы вздохнуть полной грудью, пришлось выдержать паузу.

Тревор недоуменно вскинул бровь.

– Вас здесь очень не хватало, – заявила Селина с милой улыбкой.

– Кому? Вам?

– О, я была буквально раздавлена горем.

– А совсем недавно меня снова придавило, но уже не горе.

– Не может быть.

Джастин вернулся на место с чувством успешно исполненного долга.

– Вижу, что вы отлично ладите. Вот и славно!

Из бального зала доносились негромкие, но отчетливо слышные звуки скрипки, а за столом свободно текла легкая, ни к чему не обязывающая беседа, подогреваемая обилием яств и напитков. Свежий кукурузный хлеб, мед, яйца во всех видах, густой мясной соус, аппетитные копченые окорока, только что пойманная и искусно приготовленная рыба, прекрасные вина – все эти кулинарные изыски распаляли красноречие.

Наконец характерный звук опускаемых на блюдца пустых чашек сообщил, что завтрак успешно завершен. Мистер Андруз встал, поблагодарил гостей, слегка поклонился Селине и вышел из столовой. Вслед за ним потянулись и остальные, и скоро в комнате не осталось никого, кроме миссис Керкленд и кузенов.

Кэмерон тут же занял свободное место рядом с Селиной, притронулся к ожерелью и с преувеличенным вздохом произнес:

– Очень красиво, но, к сожалению, для законченности образа недостает подходящих сережек.

– Не задумывалась… – начала было Селина и вдруг порывисто поднялась. – О нет, Кэмерон, вы не можете…

– Очень даже могу. – Он тоже встал, привычным жестом расправил усы и достал из внутреннего кармана черную бархатную коробочку. – Прошу вас.

Тревор устранился, но не окончательно: отошел в дальний конец просторной столовой, облокотился на мраморный камин, принял театральную позу и застыл, бесцеремонно наблюдая и лишая остатков душевного равновесия.

Кэмерон тем временем открыл футляр и преподнес поразительной красоты серьги.

Селина на миг оторопела. Действительно ли в его манере сквозила неуверенность? Как можно отвергнуть подарок племянника, с благодарностью приняв подарок дяди? И неужели Тревор стоит, дожидаясь своей очереди?

Немыслимо.

Кэмерон собственными руками неспешно вдел серьги ей в мочки ушей и старательно застегнул крошечные замочки. Так близко он еще никогда не стоял, но ощущение пристального взгляда старшего из кузенов волновало значительно сильнее, чем горячее прикосновение младшего.

– Право, не нахожу слов, Кэмерон.

– В таком случае позвольте помочь. – В глазах вспыхнули озорные искры, на губах промелькнула лукавая улыбка. – Можно сказать так: «Спасибо, Кэмерон. Обязательно приду на нашу встречу в Сан-Франциско в этих восхитительных серьгах».

Прежде чем Селина успела что-нибудь ответить, с той стороны, где стоял Тревор, хлынула мощная волевая волна, мгновенно стерев присутствие Кэмерона.

Он сразу почувствовал реакцию кузена и недовольно посмотрел через плечо. Потом снова повернулся к Селине, и во взгляде появился другой свет – теперь уже порожденный гневом.

Неужели этот любезный джентльмен руководствуется тайными намерениями? Селина прикрыла глаза, стараясь избавиться от внезапного подозрения.

– Кажется, здесь образовалась очередь, – сухо произнес Кэмерон, и коротко кивнув, вышел из комнаты.

– Кэмерон! – окликнула она вдогонку, но напрасно.

Поспешный уход отозвался в сердце острой болью. Надо найти, успокоить… но только после разговора с Тревором.