Карусель - Карен Брукс

— Спасибо, что ты меня выслушал, — сказала она нежным голосом. — Извини, что я заморочила тебе голову своими проблемами.

— Рад быть полезным, — любезно ответил Клайв. — Может быть, у вас с мужем все еще наладится.

Нору всю передернуло от этой сцены — сестра и Клайв приветливо улыбаются друг другу…

— Наладится? Боюсь, что слишком поздно, — горько посетовала Мария.

Нора могла поклясться, что в глазах Клайва сверкнули озорные чертики и он с трудом сдержал улыбку.

— А где же двойняшки? — спросила Нора, когда гость уехал.

— У родителей. Когда я здесь устроюсь, пошлю за ними. Знаешь, мне было просто невыносимо оставаться в Рочестере. Какую ужасную ошибку я совершила, выйдя замуж за этого человека. Мы совершенно разные люди.

— Когда-то ты думала иначе. Да и всем он казался прекрасным человеком и хорошим отцом.

— О да! Он не просто хороший, он — образцовый папаша. Иногда мне кажется, что он женился на мне только ради того, чтобы иметь семью. После рождения близнецов у меня не стало никакой личной жизни. Нянька и только!

В течение всего следующего часа Нора выслушивала жалобы сестры на свою семейную жизнь. Трудно было избавиться от впечатления, что большинство проблем надуманны, а сама Мария — жертва не столько дурного характера мужа, сколько собственной вздорности.

При всем том Мария оставалась интересной, более того — роскошной женщиной в расцвете лет. Недаром Клайв весь вечер не сводил с нее глаз. А та всячески старалась привлечь его внимание к своей персоне.

Нора вспомнила юные годы, которые она с сестрой провела в небольшом поселке с многозначительным названием — Рай. Марии было всего пятнадцать, когда она познакомилась с Клайвом. Тот вместе с матерью жил в собственной усадьбе, расположенной рядом с одним из самых престижных пляжей.

Яркая, броская, сексапильная Мария только-только начала ощущать свою привлекательность и с удовольствием эксплуатировала ее, одаривая благосклонностью то одного, то другого поклонника. С Клайвом все было совершенно иначе. Как только она увидела его, все остальные молодые люди просто перестали для нее существовать. Так было до той злополучной ночи, которая коренным образом изменила жизнь и Марии, и Клайва.

Нора так и не узнала, из-за чего Мария с Клайвом поссорились тогда. Все произошло во время вечеринки, проходившей на лужайке перед домом Хартли. Мария заверила своих родителей, что с ними будет мать Клайва. И действительно, миссис Хартли сначала была вместе с молодежью. Клайв с приятелями жарил сосиски, разносил пиво и воду, в то время как девушки стряпали салаты и делали сандвичи.

К десяти часам вечеринка начала затихать. Одни ушли на пляж, другие исчезли в темных кустах. Нора присела рядом с группкой болтавших о чем-то девушек.

Клайв с Марией убежали поплавать. Когда меняли кассету, в наступившей тишине вдруг донесся резкий, пронзительный голос Марии, в чем-то обвинявшей Клайва.

При лунном свете Нора разглядела стоявшего лицом к дому Клайва. Широко раздвинув ноги, положив руки на пояс, он всем своим видом выражал готовность к решительным действиям. Внезапно юноша поднял руку, и Нора с ужасом подумала, что он сейчас ударит сестру. Но тот просто помахал рукой и прошел мимо Марии. Сестра попыталась его задержать, но Клайв, бросив через плечо несколько слов, зашагал прочь. Не замечая Норы, он прошел к дому, поднялся по ступенькам крыльца, и вскоре за ним захлопнулась дверь.

Мария в купальнике осталась стоять на краю лужайки. Заметив любопытные взгляды, обращенные к ней, она резко бросила:

— Чего уставились?

В ответ послышались слова, сказанные сквозь смех:

— Есть на что, кошечка! В мокром бикини ты выглядишь роскошно!

Долговязый парень, держа в одной руке банку с пивом, другой небрежно обнял Марию. Та отняла у него банку и разом выпила ее содержимое. Затем обвила руками шею молодого человека и сказала:

— Скажи еще что-нибудь приятное.

Парень что-то прошептал ей на ухо. Размахнувшись, девушка со смехом влепила ему пощечину, хоть было очевидно: слова юноши доставили ей удовольствие.

В этот момент Нора заметила стоявшего на крыльце Клайва. Повернувшись, он снова ушел в дом.

Прошло не менее получаса, а Клайв так и не присоединился к компании. Нора, поискав глазами сестру, увидела ее стоявшей в сторонке в обнимку с молодым человеком. Вспыхнув, Нора отвернулась. Как же так? Ведь Мария — девушка Клайва.

— Мария! — Нора подбежала к сестре.

— Ну, что тебе? — раздраженно спросила та.

— Может быть, пойдем домой?

— Ты не маленькая, делай что хочешь, — лениво отозвалась сестра.

— Я не знаю, как выйти к дороге…

— Иди через дом. Прямо по коридору и насквозь.

Открыв дверь, Нора вошла в темную переднюю и стала шарить по стене в поисках выключателя. Наконец она нащупала кнопку и нажала ее. Свет, вспыхнув на мгновение, тут же снова погас. Но она хоть увидела, где коридор, и, держась за стену, двинулась вперед. Вдруг послышался голос Клайва:

— Мария, это ты?

Не успела девушка ничего ответить, как оказалась в его объятиях. И тут она закричала:

— Нет, нет! Это я, Нора!

— Нора? — удивился Клайв. — Какого черта тебе здесь надо?

Понятно, что он ждал Марию, а не ее, и тем не менее Нора почувствовала себя обиженной.

— Извини, — пробормотала она. — Я искала, как выйти на улицу, но в коридоре перегорела лампочка.

— Лампочка? — переспросил Клайв.

— Ну да, только я нажала выключатель, она, вспыхнув, тут же погасла. Извини, я не хотела тебя беспокоить.

— Ладно, заходи ко мне, — предложил Клайв. — Сейчас я оденусь и тебя провожу.

Комната, в которую они вошли, оказалась его роскошной спальней. Такой красоты Нора не видела никогда.

— Если не торопишься, останься со мной.

— Остаться? — раскрыв от изумления рот, тупо повторила Нора.

— Составь мне компанию. Говорят, одному пить вредно, — пояснил он, криво усмехнувшись.

— Вредно пить много, а одному или в компании — не так важно, — возразила Нора, поняв, что молодой человек уже здорово перебрал.

— Ты как классный руководитель читаешь нотации. Кстати, сколько тебе лет?

— Семнадцать, — ответила Нора и с видом оскорбленной невинности направилась к двери.

— Не уходи! — крикнул Клайв. Он подошел к Норе, взял ее за руку и развернул к себе лицом. — Не сердись, я пошутил, — сказал он, примирительно улыбаясь.

И тут Нора почувствовала, как она вся размякла, моментально потеряв всякую волю и желание сопротивляться. Дура, говорила она себе, этот парень прекрасно знает, что и как надо делать, чтобы вскружить девушке голову. И тем не менее она не ушла, не закричала, а ответила неожиданно мягко: