Проект "Любовь" - Мария Геррер

– Сейчас позвоню охране, – неуверенно сказал он.

Теперь я догадалась, почему он не уверен. Связь здесь паршивая. Алекс потыкал в смартфон, походил по подвалу и сунул смартфон обратно в карман. Я тоже попыталась набрать хоть какой-нибудь номер, включая экстренный вызов, но связи не было.

– Надо будет поставить около поместья вышку связи, – решил Рокотов.

– Надо для начала отсюда выбраться, – скептически заметила я, сердито поджав губы.

– Охрана регулярно обходит территорию имения. Они увидят автомобиль, поймут, что я здесь, начнут искать и вытащат нас.

– Не слишком ли длинная цепочка событий получилась? Увидят, начнут искать, вытащат… Ты и правда думаешь, что в субботу хоть один дурак будет ходить по этим руинам? – язвительно спросила я. – Оно им надо?

– Я им за это плачу.

– Ну-ну, будет возможность узнать, как охрана выполняет свои обязанности.

Я отвернулась от Алекса и пошла к Риччи. Злость переполняла меня. Конечно, он не хотел! Он не виноват! Он не специально! Он белый и пушистый! Прям козел пуховый!

А теперь сиди и жди, когда кто-то соизволит прийти на помощь. Сколько ждать? Час, три, или еще больше?

Алекс поплелся за мной:

– Я оплачу неудобства.

– Неудобства?! – снова взорвалась я, резко развернувшись к нему. – Я не выспалась, толком не поела. Притащилась сюда. И ради чего?! Чтобы застрять в холодном и грязном подвале? Хороший у меня выходной получается, ничего не скажешь! И перестань говорить о деньгах – не все можно купить!

– В данном случае «да», – обреченно согласился Алекс.

– И не только в данном, – огрызнулась в ответ.

Риччи подбежал к нам и с недоумением смотрел, как я ругаюсь на Рокотова. Он громко тявкнул, осуждая меня и выражая мужскую солидарность.

– Может, покричим, позовем на помощь? – неуверенно предложила я. – Вдруг услышат?

– Можно, но будка охраны далеко, – признался Алекс. – Что ж, попробуем.

Мы начали кричать, но только напугали Риччи и едва не охрипли. Пес убежал в дальний угол и смотрел на нас как на полных идиотов. Никто, конечно, не услышал наши вопли. Моя идея с треском провалилась.

– Вот какого лядова мы сюда полезли? – продолжила возмущаться я. – Сколько теперь здесь торчать?

– Не знаю.

– Так придумай, как отсюда выбраться, ты же такой умный!

Я подобрала доску, положила на выступ около стены и недовольно уселась на нее, скрестив на груди руки и пытаясь испепелить Рокотова взглядом. Алекс даже не задымился и нагло пристроился рядом.

– Мне и правда, жаль, что так получилось, – раскаяние в его словах показалось мне недостаточно глубоким.

– Еще бы тебе не жаль! – рыкнула я.

Мне хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым. Если бы не он, сидела бы я дома, в тепле и уюте, пила кофе и смотрела передачу про путешествия. Или еще про что-то интересное и познавательное. А вместо этого торчу в сыром подземелье и жду, когда нас отсюда вытащат. Я почувствовала себя средневековой узницей самодура-графа. Впрочем, граф сидел со мной рядом. Он пал жертвой собственной опрометчивости и легкомыслия.

Прошел час, затем еще час. Мы чутко прислушивались к шуму наверху. Только ветер гулял по развалинам, да громко каркали вороны. Или кричали грачи? Хотя, какое это имело значение? Люди рядом не появлялись, и никто не собирался помогать нам в этом поистине, безвыходном положении.

Глава 18

Ближе к вечеру я поняла, что сильно проголодалась. Похоже, мы тут застряли надолго.

Порылась в бездонной сумке. Хорошо, что захватила ее из машины. Я, как правило, ношу с собой маленькую бутылку минералки и шоколадку или пачку печенья. Не всегда есть возможность нормально поесть при таком образе жизни, как у меня. Приходится питаться сухим пайком. На этот раз в сумке завалялась пачка печений.

Риччи тут же появился перед нами как из-под земли и преданно уставился мне в глаза. Когда дело касается поесть – он тут как тут. Я протянула печеньку Рокотову. Тот благородно отказался. Риччи был готов принять его жертву и съесть всю пачку целиком.

– Или мы разделим печенья поровну, или я тоже есть не буду. И моя голодная смерь будет на твоей совести, – категорично заявила я Алексу.

– Ты невозможна, – он взял печенье и отправил его в рот. – Я и правда есть не хочу.

– Не верю. Мы тут с утра.

Риччи с чавканьем слопал свою долю и потребовал еще. Пачка печений кончилась очень быстро. Я поделилась водой с Рокотовым, Риччи пил из большой лужи посреди подвала.

– Вечером охранники точно будут совершать обход и найдут нас, – в голосе Алекса я не услышала уверенности.

– Что-то я в этом сильно сомневаюсь…

Воздух свежел и пах весенней сыростью и молодой листвой. Слабый ветерок гулял по развалинам дворца, залетал в подвал, шурша чем-то в завале из остатков лестницы.

Если бы кто-то из нас курил, мы бы легко развели костер. Он был бы очень кстати – приближалась ночь, и начинало холодать. Но ни спичек, ни зажигалки не было. Мы попробовали извлечь огонь из обломков досок, как древние люди. Стерли ладони, но ничего не получилось. Это только на картинке в учебнике истории все так просто и красиво.

Неожиданно издалека до нас долетел истеричный женский смех и визг. Мы начали кричать, но нам никто не ответил.

– Что там происходит? Они что, привезли сюда баб? – возмутился Рокотов.

– Похоже на то. Весенний гон охранников. Брачные игры и все такое. Романтика, в общем, – съязвила я.

– Должны же они нас услышать, – наивность Алекса была просто поразительна.

– Когда у охранников начинается весенний гон, они слышат только призывные крики самки, так что наши шансы равны нулю, – с видом знатока саркастически заметила я.

Радостный визг то приближался, то удалялся и наконец, затих. И, разумеется, никто никакого обхода поместья сегодня совершать не будет. Им не до того.

– Уволю этих уродов, как только отсюда выберемся, – прошипел Алекс. – Выгоню всех взашей! Придурки!

– Боюсь, ты сможешь сделать это не раньше понедельника, когда придут строители, – добила я Рокотова своей логикой. – А сейчас у бравых сторожей есть более интересное занятие. Ночью они продолжат брачные игры в своем логове.

– Если ты права, нам придется провести здесь две ночи.

– Будем к этому морально готовы. И все это благодаря твоему умению проверять на прочность старые конструкции. Теперь проверим на прочность нас – помрем мы от холода или