Линия времени - Виктория Хорошилова

— У тебя что-то болит?

— Угу, — положила руку на низ живота.

— Оу, — от обоих мужчин.

Меня бережно обняли вдвоем и пообещали баловать.

— Не могу пообещать, что не буду огрызаться по пустякам и без повода.

Катя тем временем подошла к отцу.

— Пап, а ты можешь у меня в столе замок поставить?

— Зачем?! — удивился мужчина и перевел взгляд на напрягшегося сына. — Толик, ты опять конфеты схомячил в один присест?

— Он не сам, а еще всех угощал. Не спросив, можно ли вообще их забрать?!

— Беги, — весело протянул Дэймон.

— Ага, беги в магазин и покупай сестре конфет, — сказал отец ребят. — И себе купи и коллегам. Давай бегом!

— Раз идешь, зайди еще в аптеку за леденцами.

— Не пойду я в аптеку! Не хочу, чтобы над мной смеялись!

— В аптеку я сам схожу, — сказал Антей. — А ты, сладкоежка, дуй за конфетами. Еще печенья девочкам купи. Их сегодня задабривать нужно, а то покусают просто за то, что мимо проходили.

Во второй половине дня выбрались с Катей из своего кабинета сделать перерыв и попить чаю.

— О, ребята вернулись. Ты ж местных оборотней еще не видела?

— Видела, на улице.

— У нас трое работает: один кот и два волка. Они с Антеем в командировке были, а потом в отпуске.

За обедом мы пока только присматривались с ребятам. А потом один из волков попытался ко мне позаигрывать, пока моих мужей не было рядом. А у меня состояние сегодня такое бесячее. Потому парень сразу, без разговоров, едва не получил по лицу когтями. От того, что у меня ногти стали коготками, офигела я сама.

— Хм, значит, мне не показалось, — сказал Дин, второй волк, мужчина постарше своего коллеги, что ко мне пытался заигрывать. — Девочка с примесью кошки, но не значительной, может, прабабка была кошкой. А так от местных ходоков что-то есть и немного ангельского. Клим, не лезь к ней!

— Нет, чего сразу "не лезь"? Девочка вкусно пахнет.

— Идиот, — сказал кот и накрыл глаза рукой. — Совсем одичал за отпуск. О, Антей, привет.

— Привет. Лин, ты как? Что случилось?

Не ответила мужу и молча ушла в кабинет. Когти с руки уже, к счастью, исчезли.

— Клим приставать пытался, едва спасся бегством, — сказал Кирилл.

— Тебе хвост лишний? — спросил серьезно муж у друга и прошипел — Не лезь к моей жене!

— О, извини, теперь понял. А я то думаю, чего она так сильно тобой и твоим братом… Но девочка так сладко пахнет…

— Извращенец, — буркнула Катя и достала бутылочку с духами.

Все три оборотня сразу взмолились.

— Нет!

— Только не духи!

— Помилуй!

А все остальные сидят, смеются. Вышла в общий зал с парой папок, что Катя заполнила.

— Кому работу подкинуть?

Троица оборотней забрала два дела и сразу смылась на улицу. Антей, обняв меня за талию, увел к нам в кабинет. Отдал мне обезболивающие леденцы.

— Спасибо. Прости, я в такие дни часто злюсь и с трудом себя контролирую.

Троица оборотней до вечера не появлялась. А на следующий день я уже была в более благодушном состоянии. Но желание поогрызаться еще было. Днем, прихватив оборотней, пошли за пиццей на весь коллектив. А вернувшись, наткнулась на хмурых мужей. Только бровью повела на их немой вопрос «где тебя носит?». Но увидев, что все подорвались и идут на кухню, пошли со всеми. Сидела я на коленках у Антея. Он в шоке смотрел, как я с удовольствием поедаю пиццу с морскими гадами.

— Это вкусно? — спросил он и старался не покушаться на мой припасенный кусочек пиццы с ананасами и курочкой.

— Угу, не знаю, как они их готовили, но эти гады морские великолепно жуются и не резиновые. Хочешь попробовать?

Мне кивнули и откусили последний кусочек. Анхель подсуетился и доел последний кусочек с моих рук. Вид у них был очень задумчивый.

— Хм, не думал, что такое скажу, но это действительно вкусно. Прошлый раз нам так не повезло.

— А в этот раз у ребят мотивация была, — сказал Клим. — Они глянули на злую кошку и решили хорошо приготовить. Даже в вашу пиццу, шеф, начинки побольше положили.

Анхель посмотрел на их с братом коробку. Начинки действительно было много, как сыра, так и мелко нарезанного мяса.

— А доставка обедов еще будет? — спросила в конце нашего перекуса.

Парни все так поморщились.

— Все так плохо было в тех обедах? Я же не видела…

— К счастью, хорошо, что не видела. Но то предприятие закрыли. Не знаю, что они там натворили, но санитарные нормы полетели в бездну. А так все было хорошо до этого.

— И вкусно, — поддакнули ребята.

— Может, еще исправят?

— Возможно. Но там владельца посадили, и дальнейшую судьбу можешь только ты глянуть.

— Сейчас не буду. Анхель, дашь своей пиццы кусочек?

Мне улыбнулись и покормили, чуть ли не с рук. На нас все смотрели с улыбкой. А после сытного обеда пошли дальше работать. Антей ушел с нами. Я удобно устроилась у него на коленках и начали разбор одного из старых висяков.

— Так-с, это я записала, можно дальше. Эй, вы что уснули там?

9.4

Катя подошла к нам и поняла, что действительно задремала, а Антей сидит с прибалдевшим видом.

— Антей, Каролина! — воскликнула напарница возмущенно.

Я мигом проснулась.

— Прости. Иди работай, — сказала мужу, — а то с тобой концентрация к чертям летит.

— Кто тут меня вспоминает, — улыбнулся в дверях Дэймон. — Что стряслось? Ребята, это дело ждут.

— Я заснула. Так, любимый, иди-иди, а то так не до работы.

Антей повздыхал и ссадил меня на стул, чмокнул в губы.

— Пошли, братец, а то нас покусают.

Когда ребята вышли, спросила у Кати:

— Как твои свидания?

— Хорошо, — по голосу слышу, довольна. — Папе он нравится, брат морщится. Но это понятно. Была у него дома, чай попили. Сегодня снова гуляем, пойдем на каток.

— Здорово, ладно, давай досматривать, чтобы я тебя не задерживала. И я потом нашими отчетами займусь и тебя отпущу.

— Уверена?

— Угу.

Отчеты я делала быстрее, чем Катя, и чувствую, что сегодня её лучше отпустить пораньше. В конце дня зашли мои мужья. Напарницу, я уже отправила на свидание. Антей с Анхелем сразу отметили, что я одна пишу отчеты.

— Давно она ушла?

— Я её полчаса назад выставила. Думаю, ей скоро предложение сделают.

Парни как-то странно переглянулись, мордашки стали виноватые.

— Всё, я завершила писать. Анхель, тебе отправлять?

— Да, как и всегда.

— Угу, тогда ещё минутку и можно идти. Окошко закроете?

— Может,