Я болен тобой - Юлия Стоун

– Блять, за что мне все это?

Тут уже я встаю и складываю руки на груди. Действительно, кто тебя заставляет возиться со мной, Соня у меня сама все спрашивает. Неужели всё же у него особенное отношение ко мне и он хочет быть не просто другом? Блин. Это будет катастрофа.

– Ладно, поехали, отвезу вас с Соней домой.

Мы доезжаем достаточно быстро до дома Сони, потом ещё около сорока минут едем в мою сторону, пробок нет, уже поздно. Я знаю, что Антон живет в центре, назад ещё ехать ещё больше часа, зачем он тащится со мной – так сильно переживает?

Когда мы приезжаем к дому, мне немного страшно, в голове картинки как я убегала вчера из подъезда. Машины Насти нет, но она должна сегодня приехать домой.

Возле подъезда как чёрт из табакерки появляется Артём, участковый, говорит по телефону. Я медлю с выходом из машины.

– Пойдём, я провожу тебя, – заметил мои колебания из-за Артёма?

Когда я выхожу из машины, встречаюсь с Артёмом взглядом, он говорит:

– Перезвоню.

Да ёпрст. Лучше бы он не увидел меня.

– Екатерина, ну как ты?

– Привет, все в порядке, спасибо.

Чувствую за своей спиной назревающую бурю.

– Пока не нашли, но весь район подняли на уши, залёг на дно, урод. Свет, кстати, в подъезде починили.

– Ясно, спасибо, Артём.

– Как будет информация, я тебе наберу.

Я выдавливаю улыбку, иду к двери подъезда. Слышу сзади слова Антона:

– Подождите меня 3 минуты, пожалуйста, девушку провожу.

Вот же ж прохвост.

Антон провожает меня до тамбура, заглядывает внутрь, говорит быстрое «спокойной ночи» и сваливает. Завтра будет тяжелый разговор. Не думаю, что вообще хочу обсуждать с ним этот случай.

Настя благополучно добирается домой, и я со спокойным сердцем ложусь спать. Жаль, что утром моё спокойствие полостью исчезает.

Глава 30

Просыпаюсь поздно, время уже выходить в институт, но я решаю сегодня забить и написать из дома пару рефератов. Сегодня пятница, ничего страшного, если один день пропущу.

Пока торчу в душе, все пытаюсь понять как мне жить дальше с этим страхом заходить в подъезд вечером, решаю спросить у папы совета. Не самая неприятная ситуация в моей жизни, но душу царапает.

На выходе из душа думаю о том, что участковый забрал папин подарок, складной нож, нужно будет попросить подарить новый, когда буду с ним разговаривать. Проходя мимо телефона, решаю проверить экран, вдруг пришли какие-то важные сообщения по учебе, но на экране вижу много пропущенных с двух неизвестных номеров, неприлично много. Перезванивать на неизвестные номера у меня привычки нет, поэтому звоню сначала Насте, потом маме – всё в порядке.

Через какое-то время мне опять звонят, ну ладно, надо ответить:

– Алло.

– Екатерина Александровна? – суровый мужской голос. Может кто-то из органов по поводу наркомана?

– Слушаю.

– Меня зовут Михаил Лесницкий, я начальник службы безопасности у Захара Авдеева.

Дальше не дышу. В ушах начинает звенеть от напряжения. Зачем мне звонит главный СБшник Авдеева? Мой язык моментально прилипает к нёбу. Чёрт. Кирилл?

– Екатерина Александровна, в связи с угрозой вашей безопасности, мы вынуждены принять меры. С этого момента водитель будет встречать и отвозить вас куда скажете. Вне дома и института, он готов будет сопровождать вас.

Это шутка такая? Весь апрель никому не верь?

Так, прежде чем я открою рот, мне нужно время всё обдумать. Угроза безопасности.

Как. Он. Узнал? Шок.

Какое вообще до меня дело дьяволу, если его даже нет в стране?

– Екатерина Александровна? Вы на связи?

Мои шестерёнки работают с бешеной скоростью.

– На связи, но ваше предложение мне не интересно.

– Екатерина Александровна, это не моё предложение, это приказ Кирилла Захаровича.

Правда? Приказ? Как мило. Мышцы начинает понемногу отпускать.

– Ну, мне никто никаких приказов не отдавал. До свидания.

Так. Пипец. Это раз.

Что происходит? Это два.

Может, написать самому дьяволу и спросить?

Ха. Сумасшедшая идея.

Логическая цепочка у меня сходится только на Антоне! Это он шестёрка? Только он и Настя знают про наркомана. Участковый не в счёт. Так, какие еще зацепки? Получается, Антон же меня и с платьем на ДР сдал. Но я не видела этих двоих вместе никогда.

Кладу трубку. И человека обижать не хочется, и больше приличных слов ему не скажу, только далеко отправлю. Ну Кирилл Захарович, ну Антон!

Что он там, машину, говорят, девочке подарил на втором курсе? Мне тоже машину, с водителем. Пора переводиться в другой ВУЗ? Или сразу в другой город? Или вообще в другую страну! Сталкер хренов.

Появись только, гад!

О!

Зато теперь можно его подарок прямо этому водителю вернуть.

Хочу позвонить Антону, но мне нужно остыть. Друг, блин. Я боялась у него ко мне чувства, а он просто шестёрка. Я строила миллион догадок по поводу Антона последние месяцы, но такое я и в страшном сне не могла предположить.

Погодите. Тут меня накрывает волной холодного липкого пота.

Кирилл всё это время следит за мной? В день, когда меня уволили и я сидела дома, мне тогда писал Антон, а приехал он! Он знал, что меня уволили? Он причастен к моему увольнению? Зачем ему всё это? Так много вопросов, на которые у меня нет ответов.

Пока стою и думаю о том, что он мог ещё творить у меня за спиной, меня все больше затапливает гневом. Ну всё, теперь моя ярость вышла из берегов и обратно я её не верну! Дьявол, голубоглазый! Я тебя доведу, я тебе отомщу, теперь уж точно. Только как?

***

Антон не звонил. Сообщением с незнакомого номера пришли сведения о моём водителе, марке, номере авто. А также завуалированная просьба ещё раз обдумать это щедрое предложение и быть хорошей девочкой. Ну-ну. Я видела, это авто с утра стоит у нас во дворе. Но я сегодня никуда не собираюсь, а завтра выходные и Настя будет дома.

Я пишу папе сообщение, чтобы он мне перезвонил как будет минутка и он перезванивает сразу:

– Дочка, что случилось?

– Настя тебе не рассказывала про наркомана у нас в подъезде?

Вряд ли Настя сама такое станет рассказывать, но уточнить будет не лишним.

– Нет, – его голос меняется на сталь. – Что случилось?

– Он меня испугал, но я сбежала и подала заявление на посту участковых. Он ударил меня головой об стену и душил, а я его в висок рукояткой складного ножа, который ты мне дарил. Но его