Сплетенные пожаром - Ксения Вебер

Он нахмурился, но промолчал, и я продолжила.

— Я знаю, для чего ей нужен шантаж, она хочет женить на себе бывшего парня, который ушел от нее. Я заинтересована, потому что Крис теперь мой парень. Мне необходимо, чтобы вы на диктофон подтвердили, что продали ей справку, но она пришла просить вас о подделке УЗИ, чего вы не смогли сделать.

Доктор ухмыльнулся, опустил голову и досадно покачал ей, затем поднял голову и заговорил.

— Вы что же, юная мисс, думаете, что я совсем дурак? Может, вы меня сами хотите сдать полиции? Или, может, вы и есть из полиции? Никаких записей я делать не буду!

— Подождите, пожалуйста, — взмолилась я. — Вы должны мне помочь!

— Нет, это вы послушайте! Вы, две идиотки, сцепились за мужика, а я теперь должен все это разгребать? Да, я продал ей справку, но она меня уверяла, что хочет разыграть своих родственников, а потом явилась второй раз, но я ее прогнал. Да и вообще, неужели вы не можете просто теперь уже своему парню на словах все это передать, чтобы он просто сам выбрал клинику и поехал туда с ней? Да и вообще, беременность же когда-то должна закончиться родами, вот пусть и не трогает ее девять месяцев, а там и видно будет! Какой-то бред! Я прошу вас покинуть мой кабинет, желательно навсегда!

Я вылетела из его кабинета, отошла на безопасное расстояние и хищно улыбнулась.

«Да я ж чертов гений!»

Я вытащила из кармана телефон и отключила диктофон.

Дело сделано! Теперь надо как-то запись доставить Крису. От воспоминаний о нем, сердце судорожно сжалось.

Первым делом, когда я пришла домой, я достала телефон и долго держала палец над экраном напротив надписи «Разблокировать».

Вдох-выдох! Зажмурилась, открыла глаза, нажала. Нашла запись — отправить.

Бум-бум-бум!

Отбивало мое сердце в груди, в ушах, в пятках.

Десять минут, полчаса, час.

Через два часа я уже отчаялась и сдалась.

Крис молчал и меня это убивало. Если он прослушал запись, почему не перезванивает? Может он хочет приехать ко мне и поговорить с глазу на глаз?

Через три дня я перестала переживать об этом.

Один день я меланхолично страдала, все еще надеясь, что он объявится. Оглядывалась на улице, хватала телефон, если тот издавал хоть какой-то звук, вздрагивала, если кто-то проходил мимо моей двери. Крис мерещился мне везде.

На второй день я решила позвонить ему, чтобы все выяснить. Но…он не взял трубку и не перезвонил. Это конец!

Та надежда, которая всколыхнулась во мне после того, как всплыла правда о беременности Ирэн, иссякла к концу третьего дня. Он не придет, он не перезвонит, он не вернется.

А мне осталось только заново собирать по осколкам свое сердце, в который раз.

— Алло, Джени? — почти кричала в трубку Кесс. — Бегом тащи свою задницу в аэропорт!

— Кесседи, что опять за странные идеи? Или ты опять кого-то там разоблачить хочешь? — строго, но с легкой иронией в голосе спросила я.

— Он улетает и улетает навсегда! А ты сидишь и не чешешься!

Кто «он» и так понятно, но я не могла уловить эмоцию, которая при этих словах сформировалась внутри. Я хотела сорваться с места и послать подругу с ее энтузиазмом одновременно.

Кесс в трубку сообщила аэропорт, время вылета и направление.

А я, машинально дослушав ее, просто отключила звонок. Посмотрела на часы, вылет через три часа.

Поеду? А зачем? Если он все решил, что я могу сделать? А если я его больше не увижу? А что если он тоже ждал, что я приду к нему, что попрошу вернуться ко мне?

Через тридцать минут метаний, я уже мчалась по улицам города, пропуская светофоры.

Что я ему скажу, было не важно, я просто хотела увидеть его, даже если он не передумает, даже если оттолкнет меня.

Залетев в здание аэропорта, я метнула беглым взглядом по таблоидам, находя нужный рейс и окна для регистрации.

Я бежала, а сердце колотилось уже в глотке, срывая дыхание.

Остановившись возле нужного окна, я увидела, как забирая документы, с небольшой сумкой в руках разворачивается Крис. Я замерла, наблюдая, как он убирает билет во внутренний карман куртки, не замечая меня. А потом он словно что-то почувствовал и медленно поднял взгляд на меня. Крис прожигал нечитаемым взглядом, тоже замерев. Несколько секунд спустя он двинулся в сторону мимо меня. Внутри меня обожгло волной обиды. Я резко развернулась и схватила его за рукав. Он вскинул на меня взгляд полный холодной злости. Опустив взгляд, он тихо спросил.

— Зачем ты здесь?

— Нам нужно поговорить! Почему ты не позвонил мне? Ты прослушал запись? — эмоции клокотали во мне и слова вырывались резко.

— Прослушал, именно поэтому я здесь. Я улетаю, мне предложили контракт, — ровно отвечал он. А мне казалось, что его спокойствие напускное.

— Крис, не улетай, пожалуйста! Давай поговорим, все обсудим, я хочу, чтобы мы снова были вместе.

Он грустно ухмыльнулся.

— А я не хочу, — ответил он также спокойно, поднимая на меня глаза.

— Не бросай меня! — вырвались отчаянные слова. — Я люблю тебя!

— А я тебя и не бросал, это ты меня бросила, — в его глазах промелькнула боль. — Ты думаешь, что можно меня бросить, как бродячую шавку, а потом поманить к ноге?

Я задохнулась от этих слов, но взяла себя в руки и, сипло втянув воздух в легкие, прикрыла глаза, потом резко открыла и притянула его к себе за удерживаемый рукав, сама преодолевая расстояние к нему навстречу. Зачем разговоры, когда я могу показать, что чувствую.

Вероятно, Крис не ожидал от меня этого, но я предпочитала думать, что он тоже этого хотел. Я накрыла его губы своими, секунду он не отвечал, а потом я почувствовала, как он притянул меня за талию и перехватил инициативу, целуя жарко, неистово, вливая всю боль, что я ему причинила и, отпуская ее.

Мир кружился вокруг нас, мы пили дыхание друг друга, стараясь заполнить пустоту, что образовалась внутри каждого за время нашей разлуки. Крис прижимал к себе очень крепко, и я не понимала, из-за чего мне не хватало воздуха: от переизбытка чувств, его крепких объятий, или от жадного поцелуя. Когда наши тела начали дрожать, в голову врезалось осознание, что мы делаем что-то не правильное. Я легонько отстранилась, Крис