Ее вишенка - Пенелопа Блум

– Тебе будет легче, если я скажу, что тоже нервничаю?

– Врешь, – ответила я дрожащим голосом.

– Я же говорил – у меня куча недостатков, но я никогда не вру.

Я хмуро посмотрела на него:

– Тебе-то что нервничать?

– Меня никогда не волновало, что будет после того, как я с кем-нибудь пересплю. А сейчас – волнует.

Я облизнула губы.

– Ну, даже если ты сказал это, чтобы помочь мне расслабиться, то спасибо, сработало!

Он снова поцеловал мне кончики пальцев.

– Прости, если я немножко… перестарался, что вытащил тебя сюда, – сказал он, кивая на воду вокруг нас. – Хотелось, чтобы наш первый раз был незабываемым.

– Ты был уверен, что я соглашусь?

Уильям кивнул.

– Я же говорил тебе на маскарадной вечеринке, помнишь? Что я уже понимаю тебя.

– Ты говорил только о моих недостатках!

– А сегодня хочу сказать о достоинствах… Твои пальчики, – сказал он, целуя их. – Твои тонкие запястья… – Он продолжал целовать то, что называл. – Твое доброе сердце…

– Это же сиськи, – засмеялась я.

Он усмехнулся:

– Тссс… Я стараюсь соблазнить тебя. Не порти момент!

– Ты соблазнил меня уже очень давно. Я… представляла себе все это с той минуты, как ты украл вазу.

Он недоверчиво хмыкнул:

– Неужели? Тогда было похоже, что ты с удовольствием врезала бы мне по яйцам.

– Ну… предварительные ласки.

Уильям поднял бровь:

– Что за извращение…

Похоже, он перешел от слов к делу: не отрывая губ от ложбинки между грудей, целовал меня сквозь платье и одновременно стягивал его, прилагая все большие усилия. Я тоже попыталась снять с него хотя бы смокинг, но с мужской одеждой гораздо больше проблем. Пуговицы, тесемки, ремни, молнии… Мне удалось лишь развязать галстук, в то время как он уже полностью стянул с меня платье. Я так увлеклась… И вдруг услышала тихий всплеск – что-то упало в воду. Я опустила руки, огляделась. Платья нигде не было видно.

– Уильям… – сказала я медленно.

– О-о, как сексуально ты произнесла мое имя!

– Знаешь, за что я тебя сейчас убью?

– За что?

– Где мое платье?

– Черт…

Он глянул влево – мой наряд медленно уходил под воду.

– Вот на этом месте будет всю ночь веселиться маленькая русалочка. Представь, Хейли, как она будет хороша в твоем платье! Нам…

Я попыталась ударить его по щеке, однако Уильям перехватил мою руку и поцеловал ее.

– Прости за платье. Несчастный случай. А я тебя сейчас догоню!

Он снял рубашку и бросил в воду.

– Видишь? Вот теперь мы точно в одной лодке. Ха! Во всех смыслах!

В лунном свете он выглядел просто божественно. Мой взгляд уперся в его талию и скользнул вверх, любуясь каждым мускулом великолепного тела. Безукоризненный рельеф брюшного пресса, те самые шесть кубиков… На животе и груди темнели волосы, не густые и грубые, а обыкновенные; и хорошо, что он их не сбривает, а то у мужчин на обложках модных журналов всегда гладкий торс. А у него все как есть – совершенно естественно! Мне ужасно хотелось провести пальцами по всем мускулам этого восхитительного торса. Мышцы играли при каждом его движении – от диагональных линий под ребрами и до плеч, словно высеченных из камня. Эта скала была живой, дышала и двигалась…

Я сердито посмотрела на него:

– Я так понимаю, ты продолжаешь меня обучать и сейчас скажешь, что идиотские каламбуры – это важнейшая часть предварительных ласк?

Он кивнул, откинулся назад и взял мою голову в ладони. Затем дотянулся до брюк, вытащил презерватив и показал мне.

– Отвечу вопросом на вопрос. Комплект автомобильных шин и триста шестьдесят пять презервативов. Чем одно отличается от другого?

Я подняла брови и отрицательно помотала головой:

– И то и другое – резина. Это сходство. А отличие? Я так понимаю, комплекта должно хватать на год?

– Именно! Первое – шины Goodyear. Удачный год! А второе – суперудачный год!

Я не удержалась от смеха.

– Давай договоримся: ты не будешь повторять эту шутку, а я не выпрыгну за борт прямо сейчас.

– Согласен. У меня уже куча свежего материала для шуток!

– Замечательно. Чтобы ты поменьше болтал языком… может, придумать ему занятие?

Он ухмыльнулся:

– Наконец-то ты сообразила.

Я нежно потянула его за шею, вниз, на себя. Совсем не в моем характере торопить события, но со мной столько всего произошло! Ночь, тишина, надувная лодка… Платье и рубашка утонули… и… и… я собиралась подарить свою девственность миллионеру. Продолжение тоже будет – полуголые высаживаемся на берег, отчаянные поиски, на чем бы доехать домой, – вот этим, скорее всего, и закончится.

Хотя я всегда мечтала о чем-то таком… необычном. О такой ночи. Представляла себе что-то подобное, провожая взглядом покупателей, выходящих из моего магазина. Грезы стали явью, и я была вне себя от счастья! Можно сомневаться в чем угодно – смогу ли наладить работу в пекарне, отвяжется ли Нэйтан… Одно я знала точно: есть человек, с которым я чувствую себя любимой и счастливой! Вполне достаточно, а точнее – идеально.

Он прижался ко мне бедрами, дал ощутить твердую выпуклость. Я ахнула, поспешила положить на нее ладонь. Не понадобился никакой сексуальный опыт. Как пульсирующую боль, я чувствовала пустоту между ног, ее было необходимо заполнить, и я точно знала, что нужно делать.

– Я готова, – прошептала я.

– Знаю, – ответил он.

– Ну ты и гад… – Мне хотелось рассмеяться, но смех угас.

В этот миг все исчезло: смущение, сомнения, робость – все сокрушило неистовое желание. Мы оба были в его власти, ничто не смогло бы остановить нас. И мысль об этом наполняла не страхом, а свободой! Правил не разум – инстинкт, то, что находилось за гранью всех моих душевных сил и сознания.

Уильям стянул с меня трусики, ловко снял бюстгальтер. Слава богу, он осторожно обращался с моим бельем, положил его рядом. Освободился от своего – одной рукой, на другую он опирался, не переставая меня целовать. Теплым языком он ласкал мои обнаженные соски, и я почувствовала, как они затвердели.

Какая радость, что я не парень – пик может наступить и до того, как он войдет в меня. Голова кружилась. Удовольствие исступленным восторгом наполняло каждую клеточку тела, и он только нарастал!

– А сейчас ты поймешь, почему предварительные ласки – это самое лучшее…

– Я думала, это они и были, – сказала я.

Уильям усмехнулся и посмотрел мне в глаза. Этот жаркий взгляд пронзил меня насквозь.

– Сейчас будут…

Он склонил голову, начал целовать меня – от груди к животу, кое-где очень щекотно. У меня перехватило дыхание, и я поспешно вознесла