Мой парень – волк - Вероника Колесникова

Взял ключи от своего трактора-джипа, подхватил Верочку на руки и как ни в чем не бывало, прошествовал мимо медвежонка к машине. Медвежонок ожидаемо побежал за ними. Даже лапой на Пашку навалился, но тот только что-то сказал ему, и прежде чем запрыгнуть в кабину, присел перед животным, и сделал невероятную вещь.

Пока я тряслась за наши жизни и переживала, что дикое животное нас пришибет, Пашка как всегда относился к тому, что происходит, с глупым юмором.

Он потрепал по голове медвежонка, и чмокнул его в макушку.

Я чуть в обморок не грохнулась. Сейчас явно появятся трупы.

Трупом Пашка не стал.

Увидев меня в окне, он погрозил пальцем и прыгнул в машину, шины завизжали и машина пропала в дорожной пыли.

Я поняла, что спасение Мишки лежит на мне. Поискав в сенях мешки с одеждой, которую не успела выкинуть, достала несколько ватных штанов и курток. Запаслась ножами в кухне. Натянула все это обмундирование и осторожно приоткрыла дверь. Медвежонка не было. Видимо, побежал к себе в лес за родителями, на завтрак приглашать.

Под всей этой одеждой даже жары не чувствовала, так боялась, что с ребенком может что-то случиться.

— Мииишенька!! — тихонько позвала я.

Да, так не логично кого-то звать. Шепотом.

— Миша! — держа наготове нож впереди себя, я пошла по двору.

Ребенка не было нигде. Заглянула в туалет, зашла в баню.

Ни одной живой души. Значит, надо идти в лес. Значит, надо объявлять спасательную операцию.

Смахнув с лица пот и слезы, пошла по дороге в деревню, и вдруг откуда ни возьмись, вылетел Петр. Тот явно бежал. И, похоже, вообще с пляжа. На нем были только плавки.

Я схватилась за его плечи и начала трясти, пытаясь рассказать, что случилось, но получалось только плакать.

— Мишка?

Я кивнула. Как хорошо, что есть люди, что понимают с полуслова!

— Я в деревню… за помощью… надо искать..

Петр схватил меня за плечи, заглянул в глаза и медленно, как с умалишенной, заговорил.

— Никого не надо искать. Пойдем со мной. Пойдем. Я все тебе расскажу.

В моей голове пронеслись все мысли, какие только могут быть — от торговли детскими органами до похищения инопланетянами.

Я отстранилась, указала тому на дорогу, мол, пропускаю вперед, Петр нахмурился, но сделал два шага по дорожке, повернувшись спиной ко мне. А я припустила со всех своих силенок в деревню. Вот сейчас, за той березой — поворот и уже первый дом! Сейчас — сейчас!

Но нет. Сзади меня что-то хлопнуло и я свалилась лицом вперед, проехав по пыли.

Если бы не куча одежды, пришлось бы, наверное, собирать косточки по всему лесу, но здесь бог миловал. Зимние штаны и куртки послужили амортизатором.

— Говорю же, поговорить надо, — Петр взвалил меня на плечо и понес к дому Пашки.

Маньяк!

Я заголосила, но никто, кроме птичек, не откликнулся на мой призыв о помощи.

Петр донес меня до дома, сгрудил на крыльцо и наставил палец на меня.

— Не орать, не брыкаться и только слушать. Поняла?

Я кивнула, а сама поудобнее перехватила нож.

— А теперь слушай. И сними с себя все эти вещи, не от кого здесь защищаться, все в порядке.

Он вырвал из моих ослабевших рук нож, достал из кармана другой и стянул куртки.

— Штаны уж сама сними, а то тепловой удар получишь.

Пока Петр проделывал все эти манипуляции, краем глаза я увидела, как к нам неторопливо приближается медвежонок, лохматый и уже весь в какой-то паутине и сухих ветках.

Петру я решила о нем не говорить. Медведь нападет на того, кто стоит спиной, гуманно рассудила я. А мне в это время останется только вскочить да в дом юркнуть.

Во все глаза я смотрела на мужчину. Тот прислонился к перилам и начал вещать.

— Лен, тут такое дело. Ты, конечно, не поверишь мне, хотя надо. Черт, фразу эту я редко говорю… так вот. Мишка цел и невредим, потому что он стал медведем. Это я уже в первый день почуял. От чашки, из которой пил мальчик, пахло зверем.

Я закатила глаза и еле удержалась, чтобы не грохнуться в обморок. Вот зверюга и маньячище этот Петр!

— Вижу, вижу, ты не веришь. А придется. И смириться вам с этим придется. Кстати, плюсы в этом тоже есть. Ммм… всякие.

Он помолчал, собираясь с духом.

— В общем, Миша — он медведь. Оборотень по-вашему. Что-то спровоцировало превращение, обычно это происходит намного позже. Но не волнуйся, я ему помогу, мы все ему поможем. Все будет очень даже в порядке. Все решим! Все под контролем. Ты спрашиваешь, где же Мишенька? Да вот же он- прямо за моей спиной.

Петр обернулся и приветливо помахал задумавшемуся медвежонку.

Тот сидел на попе и смотрел на нас. Но только Петр помахал рукой, поднялся и неуверенно направился в нашу сторону.

— Привет!

Я вскочила. Петр глянул на меня и поднял палец вверх, призывая к вниманию.

И тут же воздух вокруг него сгустился, замерцал, а кожа начала покрываться шерстью. Через несколько секунд передо мной стоял большой бурый медведь, недалеко- такой же маленький.

И тут я поняла, что меня накачали наркотиками. И брякнулась в обморок.

Глава 31. Паша

Я гнал свою машину, которую Ленка окрестила бронетанком, вперед, как умалишенный. На последней передаче, газ — в пол. Все крутилось перед глазами, мелькали деревья, было страшно и жутко больно в груди.

— Паша! Срочно дуй ко мне, — успел набрать номер друга. И оборотень-медведь сразу отозвался. Мне ужасно повезло, что он держал телефон всегда рядом с собой и, самое главное, был в зоне доступа.

— Что? — он сразу, по тону понял, что дело не чисто.

— Мишка обратился в медведя, — я не стал юлить и выложил сразу, как есть.

На том конце виртуального провода повисло молчание и я подумал, выворачивая руль от встречи с очередной сосной, что связь прервалась. Но на самом деле это нейроны в голвое моего друга вспыхивали и гасли, помогая осознать случившееся.

Я даже практически увидел, как он хлопнул себя по лбу, осознав, что произошло:

— Медведь! Точно! Как я сразу не понял!

— Я тоже, дружище. Он столько времени был возле меня, и я все гадал, что же в его запахе меня смущает. А оказывается, он был одним из нас, только рожденным оборотнем!

— Так. Где он?

— В моей берлоге.