Связанные по Жизни - Елена Богданова

— Да, иду я, иду. — натянула что есть.

Тело всё это время дрожит и, я не могу понять от чего: то ли от холода, то ли от голоса парня. Хоть бы, нижнее белье додумались бы положить.

— Ты как? — спросила я у парня, наклонившись над ним.

— Будет лучше, если ты мне чуть поможешь. — Ден продолжил путь к свободе.

— Почему не взял мои вещи? — я попыталась сдвинуть линорма.

Да, Моська ни капли не сильна в попытке сдвинуть слона. Линорм тяжело вздохнул, слабо пошевелился и снова затих.

— А как бы я объяснил, если кто увидел бы, женские вещи в рюкзаке?

— Ну-у-у… Сказал бы — подружке подарок. — предположила я.

Ден наконец-то выбрался и поднялся на ноги. Одежда на груди и животе парня вся пропиталась буро-черной кровью. Куртка, походу, чем-то обработанная, кровь не впитала, но красные разводы на рукавах и боках ясно свидетельствовали о том, что Ден в прямом смысле слова — искупался в крови.

— Ты точно в порядке? — обеспокоенно поинтересовалась я, переступая с ноги на ногу, и тут же призналась: — Видок у тебя, как из фильмов ужасов.

— У меня нет подружки. — проговорил он, окидывая меня взглядом. Тяжело вздохнул и добавил: — Вот, беда-то, на мою голову. Стой здесь.

Парень развернулся и направился в сторону брошенного рюкзака. Порывшись, как я пять минут назад, он вытащил оттуда плоский стальной футляр, железную миску и… Вот, я болда! Он извлёк ботинки, пусть большие, пусть мужские, но какая никакая обувь.

— Держи, не мёрзни. — бросив ботинки около меня, пошёл в сторону реки.

Что он там делал, видеть я не могла, мне весь обзор закрывала туша линорма, так как обувалась я, сидя на песке. Ноги подкашивались и болели ещё после оборота. А ещё, видимо адреналин улёгся и на смену ему пришли вялость и апатия. Даже густой запах крови, исходящий от ещё дышащего линорма, не вызывал во мне отторжения.

— Вот, — рядом со мной опустили наполненную водой миску, а на плечи набросили отмытую от крови куртку, — ты как себя чувствуешь?

— Нормально. Жить буду. А что?

— Поможешь мне его перевернуть?

— Чего ж не помочь, доброму человеку? — с трудом, но я приняла вертикальное положение. — Конечно, помогу.

С протяжным стоном со стороны нечисти, с задушенным кряхтением с моей стороны, и совершенно спокойным сопением со стороны Дена, мы всё же перевернули этого буйвола на спину. Ох! Лучше бы, мы этого не делали… Длинный, глубокий и неровный разрыв проходил от правой подмышки до левого бедра. Рана широко разошлась, позволяя нам увидеть внутренности линорма. Слава Богу, что они ещё не вывалились нам под ноги.

— Думаешь, мы сможем ему помочь? — севшим голосом спросила я, глядя на влажно поблескивающие ребра и, кажись, кишки. — Может, гуманнее его добить, чтоб не мучился?

— Какая ты жестокая девушка, Василиса.

— С кем поведешься.

Собранный и сосредоточенный парень совершенно спокойно высыпал в миску серый порошок из одного кулька и пару белых кристаллов из мешочка, которые быстро растворились в воде. Смешал всё это и со знанием дела, прямо рукой, размазал по одному краю раны.

— Вася, помоги мне…

— Чем?

— Соедини края и держи, — не отрываясь от дела, велел Ден.

Что ж, это не трудно. Это я могу. Руки дрожали, когда я свела края раны друг с другом. С брезгливой отчетливостью ощутив ладонями теплую, липкую влажность крови.

— Хорошо. — Израсходовав всё содержимое миски, он озабоченно осмотрел размазанную по ране тонким слоем кашицу. — Маловато.

— У нас, вообще-то, края сшивают. Но в вашем случае, можно ещё и подорожник приложить.

— Что это?

— Травка такая. Она ещё должна расти. — Надеюсь, она растёт в этом мире. — Хочешь, я поищу?

— Опасно. — Ден нахмурился и посмотрел на меня.

— Думаешь дракончики вернуться?

— Виверны. — хмыкнул парень. — Нет. Они не вернуться. Тебя может кто-нибудь увидеть.

— Так я недалеко. — и, видя, что парень почти сдался, дожала: — Слушай, ещё чуть-чуть и тебе некого будет подчинять.

Ещё с минуту парень гипнотизировал взглядом едва дышащую нечисть. Где-то в лесу раздался тонкий птичий перелив, и линорм нервно дернулся, от чего между краями раны выступила кровь.

— Только, что б я тебя видел, — сдался Ден.

— Обещаю далеко не заходить. — я направилась к кромке леса, — Ты даже соскучиться не успеешь.

— Надеюсь. — без особой радости проговорил парень, залепливая рану широким куском ткани.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Бродить по незнакомому, дикому, опасному лесу страшновато. Но помня, что подорожник он потому подорожник, что растёт вдоль тропинок или на протоптанных полянках, я в глубь леса не заходила, а шла вдоль реки. Островки круглых ещё зеленых листочков я нашла всего в паре метров от реки.

— Очень интерес-с-сно… — насмешливый шипящий голос за спиной раздался неожиданно.

Резко поднявшись, я пошатнулась от головокружения и замерла, когда меня придержал от падения змей. Руки дрогнули, и из подола рубашки выпало несколько листочков.

— Ты уже и не такая пушис-с-стая… — шипяще засмеялся аспид.

— Ты что здесь делаешь? — голос дрогнул, но не сорвался.

— Хозяин послал меня на ваши поиски. — самодовольная ухмылка плохо проглядывалась на змеиной морде, но она явно присутствует. — Поразительно.

Нападать аспид не собирался, да и я уже не маленькая кошка, так уж чувствовала я себя уверенно. Насколько это возможно в присутствии огромной змеи. Но за движениями всё-равно следила и старалась делать всё плавно.

— От виверн отбились? — молодец, запомнила.

— Не повериш-шь, но благодаря той чокнутой девице, помеш-шанной на ихрах, с ними и с-сражаться не приш-шлось.

— Она нашла всё-таки волка? — я продолжила собирать травку.

— Лучше. — не сдержавшись, аспид хохотнул, — она упала на кракота. Видела бы ты его морду.

— Все живы? — Господи, эти леса опасны.

Кракота, я то же запомнила. И то, только потому, что он мне напомнил мультик про тасманского дьявола. Когда из обычной милой, пушистой зверушки в одно мгновенье появляется зубасто-когтистая машина убийства.

— Живы, живы. — благодушный змей выглядел непривычно и дико. — Не совсем целы, но живы. Я так понимаю, твой хозяин знает о твоих талантах? — подползая ближе, спросил он, чуть ли не с жалостью разглядывая куртку и мои ноги.

— Знает. — подтвердила невнятно, прижимая к груди руки с зажатым в пальцах подол рубашки.

— Не тряс-с-сись, — велел змей, — Идём к нему. Ты же не хочешь, чтобы все узнали ваш маленький с-с-секрет?

— Маленький секрет для большой такой компании. — прошептала я, подсчитывая в голове сколько уже про него знает человек.

— Ты сказала, что быстро… — взорвался Ден, стоило мне показаться на берегу и, тут же замолчал, увидев, что следом за мной выполз змей.