Скандальный брак - Арина Вильде

— Я никому и ни в чем не клянусь, папа…

— А мне поклянись. Сейчас. Вы не будете тянуть со свадьбой и внуками и женитесь в этом году.

— Папа… — Конечно, я не собираюсь в подобном клясться. Поэтому отдаляюсь и сгоняю с плеча руку. — Чтобы я не тянул с внуками, меня не надо выдергивать ночью на разговор под вымышленным предлогом. Выпей чегото на ночь и ложись спать. У тебя завтра целый день на то, чтобы любоваться моей Мирой.

Называть её своей — приятно. Почти настолько же, насколько касаться.

С учетом того, что отец не умирает и откачивать его не нужно, разворачиваюсь и движусь обратно в сторону двери.

— Ром. — Оклик догоняет, когда я делаю первый шаг из номера.

Оглядываюсь и киваю. Отец светится новой копейкой.

— Не зря долго выбирал… Ой не зря…

Такая своеобразная похвала и меня, и Миры одновременно не требует ответа.

Я возвращаюсь в наш с ней номер с улыбкой на губах.

Представляю, как Мира будет краснеть, когда я дам ей понять, насколько сильное впечатление она произвела на моего отца.

Но больше я представляю, конечно, коечто другое.

Распахиваю дверь, не особо заботясь о том, чтобы не напугать… А вот закрываю — медленно и тихо.

Улыбаюсь шире. Хочется одновременно стонать и хохотать.

— Господи! Что я сделал в своей жизни не так, что ты так жесток со мной? — задаю вопрос про себя, запрокинув голову, но ответа не жду.

Иду к кровати и приседаю рядом.

Мира меня не дождалась. Спит, свернувшись клубочком.

Я убираю с лица влажную прядь, глажу скулу, трогаю губы.

Она кривится, но не просыпается, а я снова улыбаюсь.

Становлюсь почти таким же сентиментальным, как отец. Но вот такая — наивноранимая во сне — она нравится мне не меньше, чем в переговорной офиса, когда качала права, будто всю жизнь только этим и занималась.

Поднимаюсь с корточек, набрасываю на нее одеяло, потом же, снова склонившись и упершись руками в кровать, прижимаясь коротко губами к губам. Оторвавшись, иду в душ.

Обидно, конечно, но как я чуть раньше сказал отцу — впереди у нас целый день.

Глава 21. Мирослава

Никогда не думала, что однажды сама стану причиной наших с Ромой сорванных планов. Но на сей раз это полный провал.

Я сама не поняла, как отключилась, а проснулась только глубокой ночью. Свет был погашен. Рядом со мной сладко сопел мужчина.

Теперь я знаю, что Рома спит на животе, раскинув руки по сторонам. Я осторожно убираю его руку, которой он надавил мне на живот и на цыпочках иду в уборную. Вернувшись, юркаю под одеяло и недолго смотрю на спящего мужчину с улыбкой на губах.

Его можно было бы разбудить и закончить начатое, но я жалею его.

Чтото подсказывает, что спит он мало и пара часов сна лишней не будет.

Закрываю глаза, отвернувшись, чтобы заснуть, а не пялиться в полутьме на лицо мужчины рядом. Чувствую, как Рома ворочается в постели. У меня сердце оборвалось подумала, что проснулся. Но он лишь притянул меня к себе, обнял, уткнулся носом в макушку и снова засопел.

А я, как дурочка, долго еще улыбаясь, поглаживала его руку.

Придумывала, как всё будет утром. В моей голове волшебно. В реальности… Как всегда.

Никто не собирался давать нам возможность отоспаться и насладиться уединением. У отца Романа на нас большие планы.

Нас рано разбудили на завтрак. Рома был зол. Хмурился. Видно, что хочет послать всё и завалиться досыпать, но держался.

На второй праздничный день остались далеко не все гости. Это естественно. Только самые близкие товарищи Мирона Марковича с семьями.

Он продолжает представлять меня всем и нахваливать, пусть и совсем ничего не знает обо мне. Только согласованную нами с Ромой полуправду.

Под конец завтрака он крадет меня у Ромы, чтобы прогуляться по территории гостиницы.

Не могу сказать, что Роман сопротивляется. Напротив отпускает без вопросов, а вот я жутко взволнована.

Боюсь ляпнуть чтото не то.

Конечно же, зря.

Мирон Маркович отличный собеседник. Совершенно не тяжелый человек. Он не задает мне каверзных вопросов, купает меня в комплиментах и постоянно пытается выведать когда же мы с Романом планируем скрепить свой брак официально.

После прогулки с отцом Романа был сквош. Моя попытка сбежать в номер не увенчалась успехом, пришлось делать вид что мне очень интересна эта игра и быть центром внимания гостей, что я так ненавижу.

Роман к нам, конечно, не присоединился.

Иногда я делаю попытки вырваться изпод заботливого крыла отца Романа и подняться в номер, но они заканчиваются одинаково моим проигрышем.

Правда и сам Рома не спешит меня вызволять. Кажется, его вполне устраивает то, что я сегодня исполняющая обязанности любимого ребенка, а он может потратить время на разговоры о работе.

Всего несколько раз, пересекшись, я видела его в компании товарищей отца. Уверена, разговаривали они о чемто важном. Иначе не знаю как оправдать его за то, что оставил меня одну в копании незнакомев.

Вообще, наблюдая за Ромой и его родными, я довольно быстро разобралась, почему все они именно такие, и как сосуществуют. Серьезность и собранность Романа расслабляет тех, кто может позволить себе на него положиться.

И я ловлю себя на мысли, что тоже хотела бы. Только червячком сомнения подъедает вспышка вчерашней ревности.

Я не сомневаюсь, что Роман сказал мне правду, но то, что он сам считает деловой приветливостью, для меня уже слишком. Уверена, он был бы против, начни я с кемто из присутствующих вести себя так же «дружелюбно».

Я прихожу к выводу, что нам стоит это обсудить серьезно, и это не когда его вес придавливает меня к кровати и вся кровь несется в одну единственную точку.

Вспоминаю о нашей не случившейся ночи, и моментально краснею.

После всех дневных активностей, мы спускаемся в СПА.

Я не большой любитель парилок, но и отказать Мирону Марковичу не могу. Кажется, для него возможность доставить удовольствие мне это тоже удовольствие. Посетив несколько кабинок, я чувствую, что мне достаточно. Сославшись на желание выпить водички, говорю, что поднимусь в бар. Сама же сворачиваю в другую сторону.

Думаю, что неплохо было бы отдохнуть на одном из шезлонгов около бассейна.

Оказавшись