На краю Принцесс-парка - Маурин Ли

– Хорошо, – сказала Руби, мгновенно забыв о своем зароке никогда больше не входить в ломбард. – И куда мне пойти?

– Больше всего дают в «Райлиз» на Парк-роуд. Я напишу для тебя записку. Миссис Райли знает меня, если не в лицо, то по имени.

У миссис Райли была жесткая, деловая манера вести разговор, но она все равно не шла ни в какое сравнение с типом, который украл у Руби часы. Как и в «Овертонс», в витрине «Райлиз» были выставлены напоказ золотые и серебряные вещи. Руби вошла через боковую дверь и очутилась в маленьком помещении с уже знакомой ей решеткой. Ей пришлось подождать: какой-то ребенок сдавал в ломбард мужской костюм. Это изрядно удивило девушку.

– Ты что, теперь будешь работать вместо старой Нелли? – спросила миссис Райли, когда Руби передала ей конверт с кольцом Марты и листком бумаги, на котором было написано, чья это вещь.

– Нет, просто миссис Квинлан попросила меня оказать ей услугу.

– Жаль. После того как Нелли умерла, многие говорят, что в этом районе не хватает посыльного. Погоди минуту, я покажу кольцо мужу.

Спустя некоторое время женщина вернулась.

– Двадцать пять шиллингов, – сказала она.

– А сколько будет два с половиной процента от этого? – поинтересовалась Руби. В монастыре не учили считать проценты.

– Шесть с половиной пенсов.

Несколько дней спустя Руби была послана выкупить кольцо – Марта пообещала заплатить за это ту же сумму. Девушка решила, что полученные в результате этих операций шиллинг и три пенса достались ей очень легко.

– Помните, вы говорили, что в районе не хватает посыльного ломбарда? – спросила она у женщины за решеткой. – А что для этого нужно?

– А тебе можно доверять?

– Миссис Квинлан доверила мне свое кольцо.

– Да, это точно. Все это не так уж просто. Приходи завтра, и я тебе все расскажу.

Несколько дней спустя, в солнечный октябрьский денек, Руби перешла Дингл-лейн и углубилась в район Эгберс. Дома здесь были больше, улицы шире. В эркерах аккуратными складками свисали парчовые шторы, ступеньки крылечек были тщательно вымыты, в лучах неяркого солнца поблескивали латунные дверные ручки. Руби нашла переулок, который искала, и, как ей было сказано, вошла через боковую калитку и зашла в дом под номером четырнадцать, успев по пути восхититься шторами в окне. Она постучала, и дверь открыла заметно нервничающая женщина лет сорока, которая подозрительно оглядела двор, словно ожидая, что из-за забора покажутся головы любопытных соседей.

Руби затащили в кухню, очень напоминающую ту, что была в Брэмблиз, только поменьше. Женщина хрипло прошептала:

– Ты из «Райлиз»?

– Именно, – с гордым видом произнесла Руби.

– У меня все готово, это кое-какие мои драгоценности.

Женщину звали миссис Сомерфилд. Она открыла ящик комода и трясущимися руками достала бумажный пакет.

– Сколько это займет? Деньги нужны мне прямо сейчас.

– Около часа. Мне надо зайти еще кое к кому.

Глаза миссис Сомерфилд превратились в узкие щелочки.

– К кому? – спросила она.

– Это конфиденциальная информация, – официальным тоном проговорила Руби. – Вы же не хотите, чтобы я рассказала этому человеку о вас?

– О Боже, нет, конечно!

– Я вернусь, как только смогу.

Следующий дом стоял отдельно от соседей, на самом краю Принцесс-парка. Это было большое, симпатичное на вид кирпичное здание красновато-коричневого цвета. У двери росли спутанные кусты роз, а палисадник и сад за домом густо поросли деревьями и нестриженым кустарником. Эркерные окна сильно нуждались в мытье, а траву не мешало бы покосить. Тем не менее дом Руби очень понравился. Ах, если бы можно было поселиться в нем! Он был расположен очень близко от магазинов и в то же время на отшибе. После нескольких месяцев, проведенных в Фостер-корт, Руби научилась ценить возможность уединения. Прямо на столе в уютной старомодной кухне сидел, тщательно вылизывая себя, пушистый полосатый – вернее, черепахового окраса – котенок.

Миссис Харт, владелица этого замечательного дома, оказалась вполне дружелюбной женщиной, высокой и элегантно одетой.

Она абсолютно не делала тайны из своего материального положения. Женщина дала Руби пакетик, завернутый в салфетку:

– Это дрезденский фарфор, поэтому поосторожнее с ним, дорогая. Мой сынок скоро доведет меня до работного дома. Он учится в университете и живет там на широкую ногу – не по моим доходам уж точно. Муж оставил мне лишь небольшой пенсион. Кредиторы постоянно увиваются у моего порога или шлют мне угрожающие письма. Хочешь чаю? Похоже, ты замерзла.

– Спасибо, с удовольствием, – ответила Руби, решив, что миссис Сомерфилд может и подождать. Она уселась и погладила котенка, который в благодарность стал лизать ей пальцы.

– Ты теперь работаешь вместо старой Нелли? – поинтересовалась миссис Харт.

– Да, что-то вроде того.