Не нужно слов - Дениза Алистер

– Не пойму, что плохого я сделал тебе?

– Нет, плохого не сделал. Ты только долгое время водил меня за нос. – Ее голос вибрировал от гнева. – Почему ты не был честен со мной?

– Ты не подпускала меня близко, когда я был абсолютно честен с тобой. Я пробовал прежде, помнишь?

У Кэтрин засверкали глаза.

– Не говори мне, что я делала прежде, Фред! Ты не можешь читать мои мысли.

– Да где уж мне! Ты мне никогда не даешь такой возможности. – Он вытащил сигарету и, загородив рукой спичку, зажег ее.

Его спокойный тон окончательно привел ее в ярость.

– Ты не имел права! Ты не имел права врываться в мою жизнь таким способом. Кто сказал, что я буду играть по твоим правилам, Фредерик? Оказывается, ты все уже решил заранее. А я даже не представляла себе, что ты планируешь близкие отношения со мной.

– Если ты разумный взрослый человек, то веди себя соответственно. Я тебе не лгал и привез тебя сюда не под выдуманным предлогом. Партитуру надо было написать, а здесь идеальное место для работы. Одновременно я чувствовал, что Сандерленд поможет мне возвратить тебя. Я хотел тебя вернуть.

– Ты чувствовал, ты хотел! – Кэтрин резким движением откинула волосы за спину. – Какой невероятный эгоизм! А что с моими чувствами? Ты решил для себя, что можешь войти в мою жизнь и выйти из нее, когда тебе будет угодно!

– Насколько я помню, это ты оставила меня.

– Нет, это сделал ты! – Слезы заливали ее лицо. – Ничто так не ранило меня, как твой уход. Ничто! И нет уверенности, что это не повторится. Тогда ты исчез, не сказав ни единого слова!

– Ты не можешь так говорить, я хотел объясниться с тобой. Но только ты была в таком нервном состоянии в ту ночь, ничего не хотела слушать. Как, черт возьми, я мог поступить иначе! Мне ничего не оставалось, кроме как отойти на некоторое расстояние, чтобы дать тебе время одуматься и понять, что я тебе необходим.

– Время? – Голос Кэтрин дрожал, мысли путались. – Ты дал мне время?

– Ты была ребенком, когда я уехал от тебя. Я надеялся, что ты станешь женщиной, когда я вернусь.

– Ты надеялся... Значит, ты просто предоставил мне возможность измениться, повзрослеть?

– Я не видел другого выхода. – Фредерик сунул руки в карманы и нахмурился.

– Не видел? – Кэтрин вспомнила шесть последних лет. – Разумеется, поэтому ты оставил меня одну. Опять ты присвоил себе право решать за меня!

– Да не решал я за тебя ничего! Это был способ остаться в своем уме. Пойми, я не мог быть рядом с тобой и не иметь тебя.

– Тогда ты покинул меня на шесть лет, а потом внезапно появился, используя мою увлеченность работой и мою доверчивость, чтобы завлечь в постель? Тебя даже не очень волновало качество партитуры. Это было всего лишь предлогом. Все! Твоим замыслам пришел конец!

– Такие слова, – сказал он ледяным тоном, – равносильны отставке.

Фредерик резко повернулся и ушел. Еще с минуту Кэтрин слышала шум его автомобиля, перекрывающий рокот моря.

Она стояла, глядя на машину, мчавшуюся по дороге. Что она наделала?! Кэтрин была в шоке от своих собственных слов, ком подкатил к горлу. Она зажмурилась.

Даже с закрытыми глазами ей чудился разъяренный взгляд Фредерика. Кэтрин устремилась к дому. Она бежала, откидывая волосы с лица. Голова раскалывалась. На минуту она остановилась и глянула вниз на беспокойное зеленое море.

Неужели все, что произошло здесь за последние недели, было частью искусного плана? – думала она. Гнев рвался наружу, он был таким же сильным, как и ощущение несчастья. Фредерик взялся тайно управлять ее жизнью, ее безумно возмущало, что он привлек ее большими возможностями в карьере, использовал этот прием, чтобы заманить сюда. И еще было горькое разочарование...

Миссис Даймонд встретила ее в дверях музыкальной комнаты.

– А вам звонят по телефону, мисс. – Домоправительница нашла предлог, чтобы объяснить, почему она с любопытством выглядывала в окно. Но сейчас, посмотрев в серые глаза Кэтрин, она инстинктивно почувствовала, что девушке нехорошо. – Я приготовлю чай, – сказала она.

Кэтрин подошла к телефону.

– Да, хэлло.

– Кэт, это Марианна.

– Дорогая! – Кэтрин рухнула на стул и смахнула выступившие от радости слезы, когда услышала родной голос. – Ты уже вернулась из Италии?

– Я вернулась уже давно, Кэт. Конечно, Кэтрин должна была знать об этом.

– Да? Все было хорошо? Что-нибудь случилось?

– Доктор Хейбер разыскал меня, потому что не мог дозвониться тебе утром.

– Конечно, она опять убежала, – унылым голосом произнесла Кэтрин.

– Да, прошлой ночью. Она недалеко ушла. – Услышав запинающуюся речь подруги, Кэтрин почувствовала привычную усталость и страх. Опять то же самое! И так без конца.

– Несчастный случай. Кэт, будет лучше, если ты приедешь.

Кэтрин закрыла глаза.

– Она умерла?

– Нет, но она очень плоха. Я не терплю сообщать тебе по телефону такие вещи. Домоправительница сказала, что Фредерика нет дома, а то я сообщила бы ему сначала об этом.

– Да, его здесь нет. Насколько ей плохо? Она в больнице?

Марианна быстро заговорила, как будто бросилась в воду.

– Уже ничего нельзя сделать, Кэт! Доктор сказал, что самое большее остался час.

– О Господи! – Страх такого известия сопровождал Кэтрин всю жизнь. Она осмотрела комнату, безнадежно пытаясь сориентироваться.

– Что же делать, Кэт? Мне не хотелось сообщать тебе о несчастье, но иначе нельзя было.

– Что? Не волнуйся, я в порядке. Я немедленно выезжаю.

– Встретить тебя и Фреда в аэропорту?

– Нет, нет, я сразу поеду в больницу. Скажи доктору Хейберу, что я буду там, как только смогу. Марианна...

– Да?

– Останься с ней.

– Конечно, останусь. Я буду около нее. Кэтрин повесила трубку и в полном отчаянии уставилась на замолчавший телефон.

Миссис Даймонд вошла в комнату с чашкой чая. Она с одного взгляда поняла – что-то случилось. Ни о чем не спрашивая, она подошла к шкафчику с напитками, вынула виски, налила немного в рюмку и поднесла к губам Кэтрин.

– Выпейте это, мисс.

Кэтрин уставилась на нее.

– Что?

– Пейте это, девочка.

Кэтрин подчинилась. Она выпила залпом спиртное. У нее закружилась голова, но ей стало чуть легче.

– Спасибо, – она посмотрела на миссис Даймонд, – теперь мне лучше.

Кэтрин попыталась собраться с мыслями. Здесь она оставляла дела, но не было времени завершить их.