Убежим вместе! - Лиз Филдинг

– Вы в порядке, Броди? – обеспокоенно спросила Эмми, заметив, что у него вокруг глаз появились темные круги. – Может быть, я поведу машину?

– Нет, не надо, – сердито буркнул он. – Я прошу вас только подсказывать направление.

– Вы совсем засыпаете, – беспомощно сказала она. Броди не ответил. Тогда она посмотрела в листок. – Здесь все на французском.

– Конечно, потому что писал француз. Разве вас не учили французскому языку в школе?

– Учили, но, похоже, я не могу вспомнить ни одного слова. Так, кажется, нам надо сворачивать здесь.

– Кажется?

– Да, точно. Налево.

– Ну если уж вы уверены… – язвительно обронил Броди.

– Здесь должен быть указатель. – Так и оказалось. Эмми торжествующе хмыкнула.

– Не очень обольщайтесь, Эмми. Нам еще далеко ехать.

– Сколько же? – ехидно спросила она.

– Схема маршрута у вас в руках, выясните это сами. – Он повернулся к ней. – Вы еще не жалеете, что отказались от ланча?

– Мм. Но мы можем остановиться и перекусить в деревне, – предложила она. – Я знаю там одно кафе. Где я оставляла по телефону сообщения для Кита.

– И в ту ночь, когда мы останавливались у меня, вы звонили туда же?

– Только чтобы сказать, что я еду. Не исключено, что он это сообщение и не получил, если не приезжал в деревню. Все равно можно там остановиться и узнать, не оставил ли он что-нибудь для меня.

– Что-то не похож он на пылкого влюбленного, – заметил Броди. Эмми не ответила. – Не тревожьтесь, я не позволю вам умереть с голоду. Я и сам с удовольствием выпил бы чего-нибудь похолоднее. – Он отер лоб рукавом и посмотрел на небо. Оно утратило свою чистую синеву и стало гнетуще сизым.

Дорога шла сначала через холмы, потом спустилась в небольшой лесок, мимо замелькали яркие домики ферм. А на заднем плане возвышалась внушительная и живописная гора Сен-Виктуар.

Было уже за полдень, когда их машина остановилась около кафе на деревенской площади. Они вошли внутрь, в спасительную прохладу, невыразимо приятную после изнуряющей жары. Броди заказал два лимонных сока и большую бутылку минеральной воды.

Эмми предоставила все разговоры вести ему. Она была слишком измучена жарой и дорогой, чтобы думать о Ките.

– Хозяин сейчас попросит свою жену приготовить нам два омлета, – сообщил Броди, присаживаясь к ней за столик.

– Хорошо.

– Фэрфакса не было здесь уже несколько дней.

– Отлично. – Эмми опустила голову на руки. – Боже, какая жара!

– Думаю, собирается гроза. – При этих словах Эмми застонала. Броди усмехнулся. – Только не говорите мне, что боитесь грома.

Она улыбнулась вымученной улыбкой.

– Видите ли, Броди, у меня было множество кошмарных нянек, каждая из которых наградила меня каким-нибудь неврозом. Нет, грома я не боюсь, я боюсь молний. Потому что няня номер шестьсот тридцать два знавала какого-то человека, которого убило молнией.

Броди недоверчиво посмотрел на нее.

– Неплохой сюжетец для сказки перед сном.

– По сравнению с ней Беатрис Поттер[16]была вполне милой женщиной, – улыбнулась Эмми. – Хотя из ее сказок я помню только одну. Про какого-то злого, плохого кролика. В конце концов охотник застрелил его из огромного ружья, так что от кролика остались только усы да хвост.

– Шутите?

– Нет, клянусь. Вообще-то далеко не все ее истории милые и добрые. Вспомните, что случилось с отцом Кролика Петера.

Броди, которого в детстве эти кошмарные истории благополучно миновали, заинтересовался:

– И что же с ним приключилось?

– Его запекли в пирог. Ой, вот и наша еда. – На столике появились омлеты, салат и целая тарелка местных маслин. – Какая красота!

Броди заговорил с хозяином. Эмми, чьи уши наконец немного привыкли к французскому, уловила кое-что из их слов.

– Разве собирается гроза? – спросила она.

– Синоптики предсказывают грозу к вечеру, но он говорит, что они вечно обещают то, что сбывается только через неделю, так что бояться нечего.

– А вы сами что думаете?

– Эмми, я юрист, и предсказание погоды для меня не меньшая загадка, чем гадание по руке. Но думаю, нам все же следует поторопиться. – Броди взял вилку и с аппетитом принялся за омлет. Эмми потянулась за перечницей, но он внезапно перехватил ее руку. – Куда делось ваше обручальное кольцо?

– Его украли вместе с деньгами и блокнотом, – без особого сожаления ответила она.

– Прямо с руки? – недоверчиво спросил Броди и с удивлением обнаружил, как легкая краска медленно заливает ее щеки.

– Нет, оно мне было великовато. И я положила его в карман.

– Вас, наверное, сильно расстроила эта пропажа, – ровным голосом сказал он. – Надо было сразу заявить в полицию, а то теперь ваша страховая компания едва ли станет возмещать ущерб.

– Я не застраховала это кольцо, – пробормотала она.

Впрочем, едва ли страховая компания поверила бы в то, что она хочет застраховать такую безделушку, Подумал Броди. Женщины того круга, к которому относится и Эмеральда Карлайзл, носят бриллианты, стоящие целое состояние. Или для мисс Карлайзл действительно предпочтительнее изумруд?[17]Изумруд в обрамлении бриллиантов. Странно, исчезновение кольца, подаренного Китом Фэрфаксом, ее нисколько не огорчило. А Броди был уверен, что пропажа колечка – каким бы маленьким оно ни было, – подаренного в залог любви, должна была привести ее в отчаяние.

– Вы закончили? Принести что-нибудь еще?

– Нет. Мне нужно немного освежиться; я выйду на минутку.

– Идите, Эмми, но если вы собираетесь снова провернуть свою шутку с побегом, предупреждаю, что в этом случае я немедленно разворачиваюсь и возвращаюсь в Марсель. Кстати, машина заперта, и если вы хотели забрать оттуда вещи, это вам тоже не удастся.

– Я и не собиралась. Нет смысла. Теперь вы все равно знаете, где находится Кит, и доберетесь до него раньше меня. Я проиграла.

Она отвернулась и вышла на улицу. Броди проводил ее изумленным взглядом. Она сдается? Неужели? Он сильно в этом сомневался.

Броди вынул из кармана телефон и набрал номер Марка Рида.

– Больше не нужно вести розыски, Марк. Я знаю, где находится Кит Фэрфакс.

– Это хорошо. Только у меня есть еще одна новость. Его отец, некий француз по фамилии Саварин, внезапно скончался, и юный мистер Фэрфакс получил в наследство его загородный дом в Провансе, винный заводик, оливковую рощу и огромные земляные владения, а также неплохую недвижимость на побережье. Я разговаривал с одним своим корреспондентом, и тот сказал, что в обозримом будущем Фэрфакс возвращаться в Англию не намерен. Наследство пришлось как раз вовремя, потому что ему пора продлевать аренду студии. Броди удивился: