Контракт стервы - Елена Дженкинз

— Э-э, у меня новый телефон, звонки еще не поменял. Какая-то малолетка в салоне баловалась, наверное.

— А по-моему, эта песня — как раз о тебе. Ты только и делаешь, что уничтожаешь женщин, — насмешливо, но с затаенной обидой ответила Верочка.

— Верунь, ты… — Максим не договорил. Выхватывая смартфон из руки Фрэнки, чтобы отключить, он увидел полуобнаженную грудь сидящей под столом «пленницы» и застыл, в шоке на нее глядя. — Господи, помоги, — пробормотал он и отключил звонок. Но к столу все же подвинулся.

— Что? Что — Верунь? Свадьбы я так и не дождалась когда-то, — ехидно сказала Вера.

— …он другими бабами потому что слишком занят.

— …а когда закончится совещание?

Голоса гудели, сфокусировавшись не на проблемах корпорации, а на личной жизни Егеря. В семье он явно урод наоборот. Бедненький… Фрэнки села на колени и, проведя ладонями вверх-вниз по бедрам Максима, раздвинула его ноги. Подалась вперед, расстегнула молнию на брюках.

— Я-а! Можете расходиться, — надрывно сказал Максим и откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке; затем снова выпрямился, спрятав лицо в ладонях… — Твою мать…

— Что, сынок? — искренне поинтересовалась вежливая Екатерина.

— Вам пора, говорю.

— Нет, нужно доводить дела до конца, когда ты уже это поймешь? Я хочу, чтобы каждый высказался. У нас демократия, информация прозрачна, любое мнение ценно.

Не желала Езерская признавать, что в свое время правила неумело, не справилась — и поднять «Дол» на ноги невозможно без реорганизации. Вместо этого Екатерина врет всем подряд, еще и сыну замечания делает.

…Максим шумно выдохнул и взял ручку со стола, постучал по дубовой столешнице, швырнул ее подальше и, не удержавшись, положил ладонь на затылок Фрэнки, безуспешно и не слишком настойчиво пытаясь оттянуть назад. Она ухмыльнулась, сжала его член рукой и коснулась губами. Не так уж и страшно… Не зря обучающие видеоролики смотрела перед сном. Самообразование — сила.

Максим уронил голову на стол и прошептал:

— Я тебя убью.

— Не расстраивайся ты так, сынок! Корпорация процветает, просто временные финансовые трудности, правда ведь? — с наигранной веселостью разглагольствовала Екатерина.

…Фрэнки с вызовом посмотрела Егерю в глаза, облизала губы и медленно насадилась ртом на член, который уже окаменел, а потом заглотила еще глубже, насколько смогла.

Максим до боли сжал ее волосы на затылке, но на этот раз не для сопротивления. Он, наоборот, слегка повел бедрами и притянул Фрэнки ближе. Он дышал глубоко и больше не разговаривал с Советом. Фрэнки тоже перестала прислушиваться, увлеченная куда более необычным делом. Максим оперся локтями о стол и не двигался. Наверное, пытался не потерять выдержку, бедолага. Фрэнки улыбнулась — и отстранилась, оставив Егеря страдать. Он шумно выдохнул и прошипел:

— Теперь точно убью.

— Он уже угрожает, — ответил хамоватый мистер «пивной живот». — Ну хорошо. Мы поняли, что Новый год будем отмечать на хлебе и воде. Если вопрос закрыт, то я откланяюсь. Мне новое охотничье ружье подвезли.

Совет наконец покинул кабинет, только Екатерина напоследок прошептала сыну:

— Уф, пронесло на этот раз… Ты меня не проводишь?

Максим нервно побарабанил пальцами по столу и хрипло сказал:

— Сама сказала, что я должен завершать дела. Я занят… очень.

— Ну хорошо… Но манеры, да будет тебе известно, не менее важны, чем самодисциплина.

С этим она ушла, бесшумно закрыв за собой дверь.

Максим нажал на кнопку коммутатора и рявкнул:

— Меня ни для кого нет!

А волшебница Ланочка, душа его, и отвечает задумчиво:

— Босс, а где та… Селиванова? Она… кстати, вы заметили, что она на Уварову очень похожа?

— Заметил! Все, меня нет!!!

Он оттолкнулся пятками, откатывая кресло назад, и мстительно процедил:

— Иди сюда.