Контракт стервы - Елена Дженкинз

Вертолет доставил Фрэнки на ближайшую к «Таре» площадку, а дальше ее подобрал таксист. «Тара» не пострадала от урагана, но несколько деревьев свалило, и теперь по двору прохаживались рабочие, гудели бензопилы.

Фрэнки проверила конюшни, погладила Ацтека, пообещав, что они обязательно покатаются на днях, и с улыбкой упомянула о том, что ее жизнь перевернулась вверх-дном.

— Ты не поверишь, во что я ввязалась.

— Расскажи, — ответил… не Ацтек, слава богу, иначе Фрэнки решила бы, что и действительно свихнулась.

— Роберт! Я тебя не заметила. — Фрэнки схватилась за сердце и посмотрела в сторону брата, который вышел из небольшой кузницы, где дядя Тим изготавливал подковы.

— И во что же ввязалась Франция?

— Иди к черту. Лучше признайся, что происходит с тобой? Ты где ночевал?

— В гараже, у нас репетиция была.

— А ты… ты с девочками… предохраняешься хотя бы?

— Ой все, началось. Я всего на год младше, Фрэнки, перестань вести себя, как моя мамочка. Хотя, именно мама так себя и не ведет, она вообще не задает мне вопросов и не видит. Не кормит. Не одевает. Меня для нее просто нет, и в этом есть свои плюсы. Например, могу уйти ночевать в канаву или подворотню, и никто не хватится.

Роберт был худощавый, но подтянутый, стройный, потому что начал качаться в прошлом году. Его модная челка спадала на лоб, прикрывая внешне холодные, такие же синие, как у Фрэнки, глаза. Пирсинг в ухе, татушка на шее — в общем, весь набор будущей рок-звезды. Голос у Роберта был низкий, красивый, очень музыкальный, но он все же не стремился стать солистом, а придерживался избранной стези гитариста.

— Мама стерва, — развела руками Фрэнки. — Не обижайся на нее, это бессмысленно.

— Я и не обижаюсь, что я — маленький? Просто не лезь в мою жизнь, ладно?

— Нет, не ладно.

Роберт обреченно засмеялся и взлохматил себе волосы, зачесав челку наверх.

— Я люблю тебя, Фрэнки. И мне нравится, что ты стала увереннее в себе, это здорово. Но честно, не хочу говорить по душам. Слишком у меня в душе… не убрано. Как в моей комнате. Понимаешь? Вот разгребусь, тогда и обсудим.

Фрэнки подошла, поцеловала брата в щеку и отправилась полировать мотоцикл. Она любила рутинные дела, физический труд. Мысли светлели и вставали на свои места.

Мысль первая. Нужно найти подставного покупателя акций Екатерины. Фрэнки боялась искать человека на стороне, чтобы не посвящать в детали происходящего, поэтому решила пригласить на совещание Борю. С друзьями контракт запрещал сегодня общаться, но это ведь ради дела.

— Плохо слышно… Что? — уточнил Боря.

— Говорю, приходи ужинать завтра, ресторан «Айсберг» рядом с «Константой». Есть срочное дело.

— А… да, может быть… Печень куда? Сочится вся.

— Что?

— Прости, я на вскрытии… Черт, чуть мозг локтем не сбросил. Я тебе перезвоню. Тут такие жуткие легкие у чела.

— Курильщик? — поддержала неадекватный разговор Фрэнки.

— Да не-ет, ну что ты. Обычный житель мегаполиса. Он тебе машет ручкой сейчас: приве-ет, Фрэ-эн…

Она отключилась и передернула плечами: у-э-а! Черный юмор у друга иногда зашкаливал.

Итак. Через Борю можно попытаться выкупить акции. Фирма его отца процветала, у Екатерины вряд ли появятся вопросы. Лишь бы она не начала выяснять, с кем дружит сын покупателя. Но учитывая, что финансовые отчеты «Дола» плачут горькими слезами, то более выгодного кандидата Екатерина в короткие сроки все равно не найдет. Главное, не проговориться отцу на допросе, а то он перехватит сделку и восторжествует.

«Божечки. Конспирация — это не мое… Еще и недели контракта не прошло, а уже сил нет. Ничего, аппетит приходит во время еды, может и мне станет легче».

Она выпила шипучку кальция на кухне, а потом поднялась к себе и с удовольствием переоделась в плюшевую пижаму. Счастье-то какое.

Вспомнив о том, что накануне растерялась, когда дело дошло до орального секса с Максимом, Фрэнки включила ноутбук, лежавший на столе, и зашла в Интернет. Быстрый поиск — и масса ссылок на видеоролики. Куча статей: «Как правильно ублажить своего мужчину». Приложив ладони к горящим щекам, Фрэнки с упорством отличника начала изучать предмет… пока не уснула прямо за столом, прифигевшая от увиденного и прочитанного.